Маргарет Пембертон - Невеста-незабудка

— После разговора он пошел в салон на нижней палубе. Может, мне стоит как-нибудь загримироваться под уродливое чудовище, чтобы Джош Нельсон просто побоялся выставлять меня на аукцион и обрадовался бы выкупу?

На нижней палубе Лилли увидела, что Джек, Саскачеван Стэн и двое мужчин, которые вместе с Джеком сходили с «Сенатора», увлеченно играют в карты. Она вздохнула. Если замешаны карты, на Счастливчика Джека рассчитывать нечего.

Она встала у поручней, разглядывая густо поросший деревьями берег. Оттуда доносился стук дятла, а в тени невысокой сосны ловил рыбу огромный медведь. В небе кружили и парили молодые ястребы.

Лилли снова вздохнула Красивая земля. Самая дикая и самая красивая из всего, что она видела. Ей хотелось ступить на эту землю, познакомиться с ней. Хотелось заночевать в палатке у журчащего ручья, прогуляться по холмам, покрытым густым цветочным ковром, познакомиться с индейцами и древним укладом их жизни.

На губах Лилли заиграла грустная улыбка. Представить себе Джека ночующим в палатке у ручья или гуляющим по холмам она не могла. Более того, чем больше она его узнавала, тем скорее могла представить только за карточным столом. И уже не могла надеяться, что он с энтузиазмом воспримет ее желание познакомиться с индейцами и что-то для них сделать.

«Каска» обогнула очередной поворот Юкона. Без школы мистера Дженкинсона у нее не будет возможности помочь индейцам. Если только…

С берега донесся лай собак. Вскоре показались стоявшие тут и там палатки. Когда «Каска» подошла ближе, к кромке воды поспешили с полдюжины индейских детей, энергично размахивавших руками. Воспрянув духом, Лилли помахала в ответ.

…Если только она не откроет собственную школу. Лилли охватил восторг. Если преподобный мистер Дженкинсон не придет в чувство, не женится на Сьюзен и не поселится в Доусоне, открыв школу, о которой говорил, тогда она сама ее откроет. И не позволит недостатку энтузиазма в Счастливчике Джеке обескуражить ее. Она должна что-то сделать сама. Должна сделать именно это.

— Мы уже приехали, — раздался позади нее голос Летти. — По словам Саскачевана Стэна, Доусон за следующим поворотом.

— А где Мариэтта и Эди? А Кейт? Она сказала лорду Листеру, что помолвлена с другим?

Летти кивнула.

— Не знаю, как он принял эту новость. Кейт абсолютно спокойна. Однако это какое-то неестественное спокойствие. Мариэтта говорит, что она ушла в себя, чтобы защититься от горя. Она говорит, мы не должны оставлять ее одну, если вдруг она.., если она…

Она не смогла закончить, но Лилли и так все поняла.

Поверх плеча Летти она увидела, что к ним идут все четыре девушки. Сьюзен выглядела ужасно, пушок над верхней губой сильно выделялся на побледневшей коже. Однако одета она была безупречно: прекрасно сшитый светло-коричневый костюм, кремовая блузка с жестко накрахмаленным высоким воротником, янтарного цвета шелковый галстук и такая же лента на плоской соломенной шляпке.

Кейт казалась смертельно больной. На ней было то же самое темно-синее платье с пышными рукавами. Но если раньше оно выгодно оттеняло мягкое достоинство, с которым держалась Кейт, то теперь лишь старило ее, прибавляя лет десять.

— Значит, мы почти доплыли, — сказала Мариэтта, щеголявшая в пронзительно оранжевой блузке и ярко-розовой юбке. — Иди сюда, Эди, к поручням. Тогда ты сможешь все увидеть.

Огромная скала закрыла следующий поворот.

— Это последний поворот! — услышали они возбужденный возглас Саскачевана Стэна, обращенный к его слушателям. — Боже Всемогущий, мы почти на месте!

«Каска» начала огибать поворот. Эди взяла Мариэтту за руку. Лилли крепче ухватилась за поручни. Мариэтта с шумом втянула воздух. Сьюзен сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Только Кейт осталась ко всему безучастной.

Пароход обошел поворот, и взору пассажиров открылся вид, который, поняла Лилли, она не забудет до конца жизни. Другая река — Клондайк — с ревом впадала в Юкон справа. За местом слияния рек возвышалась конусообразная гора. У подножия горы, рассыпавшись по окрестным холмам, лежал город, состоящий из баров, казино, каркасных магазинов, двухэтажных бревенчатых гостиниц, дансинг-холлов и банков. И повсюду, кое-как втиснувшись между этими заведениями, сползая к самой воде и взбираясь по склонам холмов, стояли маленькие бревенчатые домишки и убогие хижины.

— Ну, вот мы и на месте, — натянуто сказала Сьюзен. —Добро пожаловать в Доусон.

Глава 13

Пока «Каска» шла, мимо пенящегося устья Клондайка и разворачивалась в сторону Доусона, Лилли видела только мужчин. На причале было черно от них. Здесь были мужчины в брюках, заправленных в сапоги, и в широкополых шляпах, затенявших лицо; в элегантных костюмах, щеголяющие жилетными цепочками из золотых самородков и большими черными шляпами; в сорочках с высокими крахмальными воротничками и сиявшими в манишках алмазными булавками; в накидках и цилиндрах; в шляпах самых разных цветов, размеров и фасонов; мужчины в синей с золотом униформе полицейских, в алой униформе констеблей; индейцы в расшитой бусинами кожаной одежде и мокасинах.

— Женщин нет, — бесстрастно заметила Летти. — Миссис Пибоди не преувеличивала, что на Клондайке женщины на вес золота.

— Я боюсь, — жалобно прошептала Эди. — Ты не бросишь меня, Мариэтта? Обещай, что не оставишь меня.

— Я сделаю все, что могу, чтобы не покинуть тебя, — ответила, озабоченно хмурясь, Мариэтта. — Но если это случится, с тобой все будет хорошо, пока за тобой будут присматривать Лилли, Летти или…

— Вон мистер Нельсон, — мрачно проговорила Сьюзен. — Интересно, как он нас разместит?

— Наверное, нас где-нибудь поселят, — сказала Лилли и вспомнила, что у Сьюзен, наверное, есть в Доусоне свое жилье. — Ты пойдешь с нами, Сьюзен?

Та кивнула, глаза ее были красны от слез.

— Да. Теперь у меня только одно утешение: мы вместе, и я не одна.

Загремела якорная цепь, пароход вздрогнул. Несколько секунд спустя с грохотом опустили сходни, и толпа, давясь, устремилась на берег.

— Пусть сойдут, — не двигаясь, проговорила Сьюзен. Нам спешить некуда.

Оставаясь на палубе, они смотрели, как мужчины, которые хотя бы внешне стали им знакомыми за время путешествия, спускаются на сушу. Среди покидавших пароход были и более близкие их знакомые: Саскачеван Стэн, такой низенький и толстый, что казалось, он скатился, а не сошел с «Каски»; лорд Листер, красивое лицо которого было белым от напряжения; преподобный мистер Дженкинсон, предоставивший толпе нести себя по течению.

— Вон идет мисс Нетлшем, — сказала Летти, милосердно отвлекая их внимание от двух последних мужчин. — Как по-вашему, жених ее встретит?