Каролина Дэвидсон - Невеста по заказу

Она уперлась ногами в специальную планку и крепко сжала в руках вожжи, полагая, что лошади вот-вот помчатся во всю прыть. Но оказалось, у них не было такого намерения, они спокойно тащили телегу по изрезанной колеями дороге.

– Господи, где же искать детей, – шептала Лотти. – А вдруг мне все же следовало остаться дома, как велел Джон?

Но врожденная потребность быть хоть кому-нибудь полезной, желание помочь вели ее к цели, и она решила, что ей следует рассчитывать на свою интуицию.

Миновав еще один лесной массив, Лотти выехала на развилку дорог, одна из которых вела к ферме Джона, и она выбрала этот путь. Телега сильно накренилась набок, когда она направила лошадей по узкой проселочной дороге. Лотти пристально всматривалась вдаль, пытаясь разглядеть смутные очертания дома и других построек на ферме. Лошади пошли быстрее, когда она хлестнула их вожжами и цокнула языком, как учил Джон. Ей вспомнилось, как он гордился ею и хвалил ее, называя «образцовой ученицей».

Вот показался, наконец, и дом Джона; это вернуло ее к действительности и напомнило о цели путешествия. Когда Лотти спрыгнула на землю, дверь дома распахнулась, и на пороге показался большой неуклюжий человек.

– Привет, – сказал он. – Вы, наверно, жена Джона Тиллмэна.

– Да, – кивнула Лотти. – А вы, верно, Отто Шрейдер, не так ли?

Он тоже кивнул и направился в ее сторону.

– Что-нибудь случилось? – спросил Отто, щурясь на солнце.

– Вы не слышали выстрелов перед рассветом? – «Конечно же, он слышал», – подумала она. – Люди ищут наших детей, то есть племянников Джона, они исчезли из гостиницы в городе.

Отто отрицательно покачал головой. Весь его облик говорил о настороженности и скрытности.

– Я слышал выстрелы, но решил, что это не мое дело, – пояснил он грубовато. – Там, откуда я приехал, люди никогда не вмешиваются, если только беда не постучится к ним в дверь. У меня было достаточно проблем такого рода на востоке, после войны. С меня довольно, – отрубил он тоном, не терпящим возражений.

– Значит, вы их не видели? А я надеялась, что они могли забрести сюда в поисках крыши и тепла.

– Не детское дело – гулять по ночам, – заявил Шрейдер. – Детей, значит, не приучили делать то, что им велят.

Лотти вся кипела от гнева. Она отвернулась от злобного брюзги, пробормотав что-то еле слышно.

– Ну ладно. Если не возражаете, я все же загляну в конюшню Джона, – бросила она на ходу, направляясь к строению, находившемуся неподалеку от дома.

– Делайте, как знаете! – выкрикнул Шрейдер ей вслед, засовывая руки в карманы пальто. – Глупая женщина. Сидела бы дома, как ей и положено.

Лотти слышала его ворчание, она чувствовала, что Отто смотрит на нее из-под своих насупленных бровей с нескрываемым осуждением.

– Такой наступит на змею и не заметит, – прошептала она, решительно шагая к конюшне.

Лотти с трудом отодвинула засов и распахнула скрипучие двери. Пыль клубилась в воздухе – и никого. Она погрузилась в глухую пустоту.

Ступая по клочкам соломы, разбросанной по земляному полу, она вглядывалась в темноту широкого прохода между стойлами, которые сейчас были пусты. Упряжь еще висела кое-где на стенах; на козлах лежало седло. С сеновала наверху послышалось шуршание, и клочок сена мягко опустился на пол.

«Мыши», – подумала Лотти с содроганием. Она уже имела счастье встретиться с ними, когда делала уборку по приезде в дом Джеймса. Он никогда не убирал остатки еды, и это превратило его дом в рай для полчищ мышей.

Бросив последний взгляд на проход, она вздохнула, признавая свое поражение. Выйдя на улицу, медленно закрыла дверь.

– Напрасная поездка, – пробормотала Лотти, направляясь к телеге.

И тут до нее донесся какой-то странный звук. Повернувшись, она успела заметить что-то похожее на коричневато-белую вспышку. Это мелькнул хвостик кролика, петлявшего по полю меж сухих стеблей. По какой-то непонятной причине, влекомая чувством, которое она вряд ли смогла бы объяснить, Лотти двинулась в том же направлении.

Здесь солнце еще не полностью растопило снег, и он лежал лоскутами на остатках соломы и травы. Лотти выпрямилась, вглядываясь в эти белые островки, которые, казалось, притягивали ее к себе.

И вдруг у нее перехватило дыхание: два ряда следов четко различались на остатках снежного покрова. Сомнений не было! Две пары маленьких ног прошли здесь после полуночи и оставили свое «послание» на снегу.

– Сисси… Томас, – выдохнула Лотти, мгновенно сообразив, что они где-то здесь, рядом.

Ее сердце бешено колотилось. С широко раскрытыми глазами она бросилась обратно к конюшне. Ломая ногти, с лихорадочной поспешностью отодвинула засов, всем телом навалившись на тяжелые двери.

Лотти снова оказалась в конюшне. Снова перед ее взором предстали голые стены и пустые стойла. И снова она разглядывала дыру на потолке и приставную лестницу, которая вела на сеновал. Но теперь Лотти направилась прямо туда с безошибочной уверенностью.

Нащупывая ногами ступеньки, она поднималась все выше, одной рукой придерживая подол юбки, другой – цепляясь за лестницу. Когда ее голова и плечи поднялись над отверстием в потолке, она стала пристально вглядываться в темноту.

– Томас… Сисси! Если вы прячетесь здесь, пожалуйста, выходите сейчас же. – Ее слова прозвучали настойчиво и требовательно.

– Мы здесь, мисс Лотти, – донесся из темноты детский голосок.

– Мы убежали, – донесся оттуда же второй тоненький голосишко.

Лотти облегченно вздохнула, протянула руку к детям, устроившимся на охапке сена, и громко позвала их:

– Идите сюда!

Вдруг она качнулась, потеряла равновесие, вскрикнула и полетела вниз, ударившись о ступени лестницы.

Глава 15

– Мы проверили все дома в городе, – заверил шериф. – Нет смысла осматривать их еще раз.

– Мы могли что-нибудь пропустить? – спросил Джон, не надеясь на утвердительный ответ.

– Нет. – Старик покачал головой. – Мы даже проверили все уборные. Хотя вряд ли они стали бы прятаться там, – добавил он с глупой ухмылкой.

– Я проверил и обе церкви, Джон, – сообщил Стивен Буш, – а Женевьева осмотрела магазин и подсобку – на случай, если бы они сумели пробраться туда.

Мэйбл Шарп стояла за спиной мужа и озабоченно хмурилась.

– Я просто не могу понять, куда они подевались. Уму непостижимо, как им удалось выбраться из гостиницы незамеченными.

– А вот вам удалось, это уж точно, потерять уйму времени, – тоном королевы объявила Элизабет Шерман. – Насколько я узнала этих детей за два дня, они могли направиться только на ферму к своему дяде.

– Я же сказал тебе – останься в доме, – проворчал мистер Шерман. Его волосы растрепал ветер, глаза слезились от яркого утреннего солнца.