Пушистая Сырная Мышь - Причуды судьбы

— Пожалуйста, мистер, отпустите… — просипела девочка. — Я ни в чём не виновата…

— Все вы так говорите, а потом из вас получаются грязные маленькие шлюхи, — зло прошипел Блэкхоук, и я вздрогнула: таким же голосом он разговаривал с леди Айвори. Рука с кинжалом медленно, словно мужчина наслаждался происходящим, поднялась. — Но я не допущу этого, малышка, не волнуйся. Ты больше никого не затащишь в постель.

Я готова была выйти из укрытия и остановить его, не в силах больше смотреть, но Сэйли, оказывается, оставался настороже. Едва Блэкхоук на мгновение застыл с поднятой рукой, сыщик прицелился и громко крикнул:

— Отойдите от неё, сэр! И бросьте кинжал!

Порыв ветра заставил голые ветки дерева, под которым мы прятались, противно заскрипеть. Надо отдать должное Блэкхоуку, он не дёрнулся, не побежал, а медленно-медленно повернулся, не выпуская однако девочку, держа её перед собой, как щит. Я едва не застонала: как Сэйли стрелять?!

— Я сказал, бросьте кинжал! — повторил сыщик, палец на курке чуть дрогнул.

— Это кто там такой умный? — поинтересовался Блэкхоук, скользя взглядом по густой тени. Кинжал подрагивал у шеи жертвы, и она боялась сделать лишнее движение, с ужасом косясь на лезвие.

— Стреляйте! Прошу вас, стреляйте! — прошептала я, опасаясь, что сейчас случится что-то страшное.

— Я могу задеть девчонку, — сквозь зубы процедил Сэйли. — Молчите, и не вмешивайтесь!

Далее события развивались с головокружительной скоростью. Под чьей-то ногой хрустнула ветка, рука Блэкхоука с кинжалом дёрнулась, в тот же момент раздался выстрел, и несколько криков. Нападавший выронил кинжал, держась за плечо — Сэйли его ранил. Девочка, взвизгнув, отскочила в сторону, и не оглядываясь побежала по улице прочь от Тауэра. Сыщик отбросил пистолет и бросился к Блэкхоуку, но тот неожиданно проворно выхватил левой рукой из-за пояса тонкий стилет. Сэйли не успевал увернуться, никак не успевал, и лезвие вошло ему в грудь по самую рукоятку. Судорожно всхлипнув, он упал, взмахнув руками, и больше уже не шевелился. Я оцепенела, едва веря глазам: последняя надежда избежать брака с этим страшным человеком только что разбилась. Боже, помоги мне. Теперь я знаю, что за карта лежит на столе. Шипя от боли, Блэкхоук вытащил стилет, вытер его об пальто Сэйли, и нервно оглянулся: издалека доносились голоса, скорее всего тех, кто ждал убийцу с другой стороны. Они слышали выстрел и крики, и спешили на помощь, только всё равно опоздали. Больше оставаться здесь нельзя. Я начала тихо отступать назад, не сводя взгляда с Блэкхоука, торопливо подобравшего кинжал и направившегося к улице. Господи, только бы он не смотрел в мою сторону, тогда я спокойно скроюсь в противоположном направлении! Конечно, под каблук подвернулся камень, я споткнулась, и он замер, вглядываясь в темноту прищуренными глазами.

— Кто здесь? — негромко спросил он, сделав шаг в моём направлении.

Не дожидаясь дальнейшего развития событий, я подхватила юбки и со всех ног бросилась прочь от страшного места. Ни в жизни не подойду больше к Тауэру, даже днём, даже в сопровождении! Мне казалось, я слышу шаги преследователя, но остановиться и проверить, бежит ли он следом, мешал панический ужас, гнавший вперёд и вперёд в сплетения улочек, до ближайшего же припозднившегося экипажа. Не помню, как добралась до Грейсчёрч, но погони вроде не было — кажется, я несколько раз меняла извозчиков и направления. Трясущимися руками открыв чёрный ход гостиницы, я вернулась в мою комнатку и плотно прикрыла дверь, устало прислонившись к ней. Эмоции схлынули, острота момента тоже, и осталась только горькая пустота. Ноги не держали, и я сползла на пол, прикрыв глаза.

Ну вот и всё. Теперь у меня действительно нет выбора, кроме молчания. Мне никто не поверит, а Блэкхоук может и убить, если узнает, что я его видела у Тауэра. ПО щеке сползла одинокая слезинка, а руки сжались в кулаки. Ну почему, почему всё так происходит? Я словно тонула в болоте, и чем больше барахталась, пытаясь выбраться, тем глубже засасывало. Остановиться и покориться обстоятельствам? Бороться до последнего? Кто бы подсказал… Глубоко вздохнув, я поднялась и подошла к столу. Конечно, Смерть, проклятый тринадцатый Аркан. Моя жизнь в последние месяцы проходит под этим знаком. Надо ехать домой, мелькнула отрешённая мысль, иначе придётся идти через половину Лондона пешком. Платье, в котором я сюда приехала, подождёт до следующего раза, когда появлюсь здесь, а вот кольцо забывать не стоило, хотя очень хотелось. Всегда ведь можно соврать, что потеряла… Но кто его знает, как Блэкхоук отреагирует на такое известие. Скорее всего, ужасно разозлится — перстень-то фамильный, не просто безделушка, купленная в ювелирной лавке.

На улице пришлось помёрзнуть около четверти часа, пока не появился припозднившийся извозчик, медленно ехавший по улице. Я села, назвала адрес, и откинулась на спинку сиденья, прикрыв глаза. Можно подремать, ехать около получаса. Боже, как было бы прекрасно, окажись я где-нибудь в совершенно другом месте, за сотни миль от Лондона… Неожиданно перед глазами возникла знакомая комната с креслами у камина, и я даже почувствовала особый запах этого места — запах старинных книг, нагретого воска, и почему-то корицы. Около узкого окна стоял мужчина, в полумраке вырисовывался только силуэт. "Я скучаю, ведьмочка…" — услышала я тихий шёпот, и резко выпрямилась, ожесточённо моргая. Нет. Нет, вот чего сейчас хочу меньше всего, так это встречаться с Учителем. Знать бы ещё, почему, я ведь тоже скучаю… Господи, как же всё сложно!

К моему облегчению, мы приехали, и заплатив, я поспешила к чёрному входу. Дом спал, погружённый в тишину и темноту, но мне был знаком здесь каждый угол. Без труда добравшись до спальни, я с трудом стащила платье и избавилась от корсета и нижних юбок. Навалилась чудовищная усталость, глаза просто закрывались, и можно не опасаться, что сегодня ночью попаду в замок Учителя. Едва коснувшись подушки, я провалилась в крепкий сон без сновидений. Удивительно, а ведь должны были бы сниться кошмары, после такой-то ночки.

Разбудила меня Бетти, известием, что только что часы пробили двенадцать, и не желает ли мисс спуститься к завтраку. Тяжёлая голова никак не хотела подниматься от подушки, глаза — открываться, и сил дойти до столовой не было.

— Принеси завтрак сюда, — глухо попросила я.

В окно вливался тусклый свет пасмурного ноябрьского дня, и неожиданно я вдруг поняла, что месяц почти закончился. До Рождества оставалось три недели, но теперь это не имело особого значения. Помолвка состоялась гораздо раньше, и совсем не с тем человеком. Вяло ковыряясь в завтраке, я гнала воспоминания о минувшей ночи, но перед глазами то и дело всплывал Сэйли с кинжалом в груди, бледное лицо Блэкхоука, его странный взгляд там, у Тауэра. Он сумасшедший, точно.