Лиза Клайпес - Обвенчанные утром

Мгновенно оскорбившись, Лео напомнил себе, что имеет дело с законным беспокойством брата о благополучии сестры.

— Мне нет дела до её плодовитости, — невозмутимо ответил виконт, — если это уменьшит твоё беспокойство, мы подождём, пока это станет неважным. Я хочу её независимо от спасения дома.

— А как быть с тем, что хочет Кэт?

— Это её дело. Что касается Латимера, я уже поставил его в известность, что у меня есть кое-какие рычаги, на которые я надавлю, если из-за него начнутся неприятности. Но лучшей защитой для Кэтрин станет моё имя. — Допив бренди, Лео отставил бокал в сторону. — Что ты знаешь о её бабушке и тёте?

— Старая карга недавно умерла. Теперь в борделе хозяйничает тётка, Алтея Хатчинс. Я послал своего помощника Валентайна выяснить положение, и тот вернулся несколько шокированным. Очевидно, стремясь поправить дела, миссис Хатчинс превратила заведение в садистский бордель, где потакают самым грязным порокам. Несчастные женщины, которые там работают, обычно так истощены, что наняться в другие бордели им не удается. — Гарри допил бренди. — Похоже, тётка больна, и, скорее всего, неизлечимой болезнью, которая встречается у людей её профессии.

— Ты говорил об этом Маркс? — встревожился Лео.

— Нет, она не спрашивала. Не думаю, что её это интересует.

— Она боится, — ровным голосом сказал Лео.

— Чего?

— Того, что с ней почти случилось. Вещей, о которых ей рассказала Алтея.

— Каких именно?

— Маркс сказала мне это по секрету, — покачал головой Лео и слегка улыбнулся на очевидную досаду Гарри. — Ты знаешь её долгие годы, Ратледж. Бога ради, о чем вы разговариваете при встречах? О налогах? О погоде? — Он поднялся и подхватил свой сюртук. — Прошу извинить меня, мне надо позаботиться о комнате.

— Здесь? — нахмурился Гарри.

— А где же ещё?

— Как насчет квартиры, которую ты обычно арендуешь?

— Закрыта на лето. Но даже если бы не так, я бы всё равно остался здесь, — улыбнулся Лео. — Рассматривай это как ещё одну возможность насладиться близкими родственными отношениями.

— Гораздо больше радует, когда родственники остаются в чёртовом Гемпшире, — вздохнул Гарри, едва Лео покинул апартаменты.

Глава 22

— В одном Гарри совершенно прав, — сказала Поппи, когда они с Кэтрин прогуливались по цветнику за отелем.

В отличие от модного в парковом искусстве направления романтизма — без строгих линий, с неожиданно возникающими перед глазами клумбами, с петляющими и извивающимися дорожками — парк отеля «Ратледж» оставался строгим и величественным. Ровные стены из живых изгородей вели к продуманно расположенным фонтанам, скульптурным группам, цветникам и великолепным клумбам.

— Сейчас самое подходящее время, — продолжала Поппи, — чтобы Гарри представил сестру обществу, а для вас — вспомнить своё настоящее имя. Кстати, как вас зовут на самом деле?

— Кэтрин Уигенс.

— Наверное, потому, что я узнала вас как мисс Маркс, фамилия Маркс мне нравится больше, — вынесла заключение Поппи.

— Как и мне. Кэтрин Уигенс была испуганной девочкой, попавшей в сложные жизненные обстоятельства. Как Кэтрин Маркс я стала намного счастливее.

— Счастливее? — мягко уточнила Поппи. — Или менее напуганной?

Кэтрин улыбнулась.

— За прошедшие несколько лет я многое узнала о счастье. Нашла покой в школе, хотя была слишком тихой и замкнутой, чтобы завести подруг. Начав работать на вашу семью, я познакомилась с ежедневным общением любящих друг друга родственников. И, наконец, за последний год я испытала несколько минут настоящей радости. Ощущала, что в какие-то моменты всё идёт так, как должно, и ничего не хочется менять.

— Какие именно моменты? — с улыбкой уточнила Поппи.

Они вошли в розарий, радующий глаз разнообразием цветов. Воздух благоухал ароматом нагретых солнцем бутонов.

— Вечера в гостиной, когда все собирались вместе и Уин читала. Прогулки с Беатрис. Дождливый день в Гемпшире, когда мы устроили пикник прямо на веранде. Или…

Кэтрин замолчала, потрясённая тем, что собиралась сказать.

— Или? — поторопила Поппи, останавливаясь и рассматривая великолепную крупную розу, вдыхая её аромат.

Поппи бросила на бывшую компаньонку пристальный и проницательный взгляд.

Выразить личные мысли оказалось не так просто, но Кэтрин заставила себя признать неудобную правду.

— После того, как лорд Рэмси повредил плечо в руинах старого дома… из-за лихорадки он несколько дней провел в постели… я часами сидела рядом с ним. Мы много говорили, пока я штопала, потом я читала вслух Бальзака.

— Должно быть, Лео это очень нравилось. Он обожает французскую литературу.

— Он рассказывал мне о том времени, которое провёл во Франции. А ещё он восхищался французами, которые имеют замечательную способность не усложнять простые вещи.

— Да, для него это значило очень многое. Когда Лео отправился во Францию вместе с Уин, он был ходячим несчастьем. В то время вы ещё не были знакомы. Мы не знали, о ком волноваться больше — об Уин с её больными легкими или о Лео, имеющего склонность к саморазрушению.

— Но оба благополучно выздоровели, — удивилась Кэтрин.

— Да, в конце концов оба поправились, но изменились.

— Благодаря Франции?

— Наверное, а также благодаря тому, через что им пришлось пройти. Уин как-то сказала мне, что человек не становится лучше, стоя на вершине горы, это подъём туда делает его таким.

Кэтрин улыбнулась, вспоминая Уин, терпение и сила духа которой помогли ей преодолеть долгие годы болезни.

— Узнаю слова Уин, — согласилась она, — проницательные и решительные.

— Лео они тоже понравились, — сказала Поппи, — только он выразил это не столь уважительно.

— Скорее, цинично, — добавила Кэтрин.

— Да, цинично… но шутливо. Возможно, это странный набор качеств, но в этом весь мой брат.

На лице Кэтрин заиграла улыбка. Она хранила в памяти бессчётное количество образов Лео: вот он терпеливо спасает провалившегося в дыру ежа… с серьезным выражением лица работает над планами нового дома для арендатора… лежит раненый на кровати, смотрит лихорадочно блестящими от боли глазами и тихим голосом говорит: «Я слишком упрям, чтобы вы смогли справиться со мной», а в ответ слышит: «Нет, вы не такой».

— Кэтрин, — нерешительно продолжила Поппи, — вы с Лео приехали в Лондон вместе… мне кажется… я надеюсь… что вопрос о помолвке уже поднимался.

— Виконт сделал мне предложение, — призналась Кэтрин, — но я…