Молли Харпер - Искусство обольщения обнаженного оборотня

Я думаю, Самсон больше офигел, чем сдался без боя.

– Даже не пытайся навалять парню, преклоняющемуся перед вулканскими боевыми искусствами [92], – сказал моему кузену Ник, отвешивая ему беспощадный щелбан.

– Ты что, серьезно испробовал на нем вулканский нервный захват [93]? – Я с трудом подавила смех, от которого мои щеки готовы были вот-вот лопнуть.

- Очуметь! – воскликнул Самсон, стряхнув с себя Ника как какого-то надоедливого померанского шпица [94]. Ник вверх ногами приземлился на диван. – Как-нибудь ты должен показать мне, как это делается, – сказал Самсон, уходя в кухню за едой.

Ник спрыгнул с дивана. Он был разгоряченным и в поту. Я чувствовала счастливый триумф его сердца под кожей. Поэтому прочистила горло и отошла от него, пока не успела сделать что-то радикальное.

– Ты как, цел?

– Это вроде как даже забавно. У меня никогда не было старшего брата, с которым я мог бы расти. Мне всегда хотелось быть подвешенным вверх тормашками за лодыжки.

– Я беспокоюсь о тебе, – сказала я ему.

– Угадай, кого пригласили в Анкориджский университет Аляски в качестве гостевого лектора? – усмехнувшись, спросил он.

– Мо? – предположила я. – У них там замечательный кулинарный факультет.

Он нахмурился.

– Меня. Они попросили прочитать лекцию про смену очертаний существ и их распространение в северо-западной американской племенной культуре.

– С академической точки зрения, я полностью уверена, этодолжно взволновать и возбудить меня.

Ник усмехнулся и пошевелил бровями.

– Ну, я хочу, чтобы ты поехала со мной. На снегоходе мы можем доехать до шоссе, а потом уже пересесть на автомобиль. Можем сходить в кино или побродить по книжным магазинам. Там есть ресторанчик, где я хотел бы попробовать кухню. Я просто думаю: вроде как здорово на некоторое время получить тебя полностью в мое распоряжение. – А затем поспешно добавил: – Как друга. Мы можем проводить время вместе и без смущения и обнажёнки.

– Когда мы хотя бы раз проводили время вместе и один из нас не был обнажен или не находился в замешательстве? – спросила я.

– Всегда есть надежда, Мэгги.

Это звучало восхитительно. Видеть Ника в его родной стихии. Пойти туда, где меня не знали и немного расслабиться. Мягкие простыни отеля и красавчик в очках… конечно же, оба удовольствия порознь. И я находилась на грани того, чтобы сказать: «Да, да, возьми меня сейчас», но с языка сорвалось: «Я не могу».

– Мне бы хотелось, но прямо сейчас я уехать не могу. Я знаю, в последнее время ничего не случилось, но не думаю, что для альфы нормально отправиться развлекаться, что будет рассматриваться как сексуальные выходные с кем-то, кто не является ее парнем, в то время как на горизонте маячат раздражающе неопределенные угрозы.

Ник простонал.

– И зачем тебе понадобилось говорить «сексуальные выходные»? Я всецело собирался проявлять полное благородство, самоотверженность и понимание, пока ты это не сказала.

Я усмехнулась.

Ник вздохнул.

– Ты права, – произнес он. – Ты абсолютно права. Ты должна заниматься своими обязанностями. Я уважаю это. Я просто воодушевился, вот и все.

– Я хочу поехать. Просто чувствовала бы себя виноватой, – сказала я. – Может, Самсон согласится поехать с тобой.

Он несколько мрачно кивнул и заправил мои волосы за уши. Самсон крикнул ему из соседней комнаты, угрожая надрать ему задницу

– Большой братец ждет тебя, – сказала я Нику.

– Ты думаешь, я мог бы взять его с собой, чтобы он попугал некоторых деток из моей школы? – спросил он, подводя меня к видеоигре «Валгалла». – Меня не задирали, правда, но я просто хотел бы увидеть выражения кое-каких противно-спортивных лиц при броске трехметрового оборотня.

– У тебя остались нерешенными кое-какие вопросы, да, Ник?

В целом я пыталась не киснуть, но дни, оставшиеся до отъезда Ника проходили несколько мрачно. Даже Клэй заметил, что со мной что-то не так и предложил ускользнуть, чтобы попытаться найти запчасти и восстановить мой старый грузовик. Я согласилась и попыталась поднять себе настроение. Никому не нравится угрюмая альфа-волчица. Я выбрала эту работу. Проводила кампанию в свою поддержку. И не собиралась впадать в плаксивое состояние, когда моя должность подразумевала определенные потери, например, отказ от поездки со своим милым платоническим другом.

Причиной стало даже не расстояние или потеря нескольких дней общения с Ником. Мне просто была ненавистна мысль, что я собиралась пропустить что-то важное для него. Ну, то есть, друзья же переживают по такого рода вещам, верно?

Думаю, я испугала его своими пророчествами о времени, которое займет дорога, и поэтому он уезжал за несколько дней до лекции. А за день до его отъезда я стала немного беспокоиться. Что, если он не вернется? Что, если попадет в аварию в долгой дороге? Что, если встретит в Анкоридже кого-то, кто не станет насмехаться над «Доктором Кто» [95] или случайно оставлять ему раны от укусов?

Итак, я бежала на четырех лапах по пояс в снегу.

– Привет! – крикнула я, заходя в дверь кухни. Я завернулась в безразмерную фланелевую рубашку, постоянно висевшую у Ника на двери.

– Я все еще собираю вещи, – выкрикнул он из своей комнаты. – В холодильнике есть газировка и продукты для сэндвича. Угощайся.

– Хорошо!

Проходя мимо кухонного стола, я локтем задела стопку книг и уронила их на открытый ноутбук Ника. Я усмехнулась, глядя на его экранную заставку – изображение злых бородатых Кирка и Спока, ухмыляющихся друг другу.

Собирая книги, я задела клавиатуру, и открылся какой-то текстовый документ.

Титульный лист чего-то с названием «Оборотни Долины Полумесяца». Я выгнула бровь и с глухим шумом села за стол. Длина документа составляла более ста страниц, причём не просто записей. Ник писал о нас чертову книгу! Здесь находились страницы о наших корнях, социальной структуре, а также как стая нарушила традицию, предоставив мне должность альфы.

Боль, жар и кислота прожгли мою грудь насквозь. Он обещал. Он заверил меня, что все понял, что никому не расскажет о нас. А здесь писал чертову книгу? Кому он показывал ее? Планировал ли опубликовать? И кстати, вся проклятая писанина посвящена мне – «Мэгги, без кого это было бы невозможно».

К несчастью для Ника, я прочитала эпиграф как раз в тот момент, когда он ступил на порог кухни. И был встречен очень большой книгой, брошенной ему в голову.

– Что это, черт возьми? – крикнула я.

– Что за?