Лиз Карлайл - Добродетельная женщина

Эдмунд нагнулся к ней и ласково положил руку на ее плечо.

— Признаться, милочка, вы сняли тяжкий груз с моей души. Сам не знаю почему — наверное, из-за преданности семье, — я опасаюсь, что мой дорогой кузен обвинит во всем меня, если в его отсутствие с вами что-то случится.

Сесилия выдавила слабую улыбку. Она никогда не думала, что Коул настолько близок с Эдмундом. По правде, говоря, это ее насторожило.

— Можете не беспокоиться. Вы выполнили свой семейный долг, — ответила она и сменила тему. — Скажите, пожалуйста… кто был тот высокий джентльмен, с которым вы разговаривали? Он показался мне знакомым.

Эдмунд нахмурился:

— Я сильно сомневаюсь, что вы можете быть знакомы с этим человеком.

Тут перед глазами Сесилии появилась инкрустированная серебром трость.

— Я вспомнила! Он был гостем на вашем званом вечере.

— Нет, моя милочка, вы ошибаетесь.

— Нет-нет, я совершенно уверена, что видела его у вас дома.

Эдмунд тихо засмеялся.

— Вы могли его видеть, но разве что в вестибюле. Он не был в числе гостей. Это мой брокер с Леденхолл-стрит. — Он сморщил нос. — К тому же он еврей. Таких людей на званые вечера не приглашают.

Его слова показались Сесилии довольно жестокими.

— Вот как? Это, должно быть, очень досадно — отвлекаться на дела посреди всеобщего веселья, — холодно произнесла она.

— Конечно, — ответил Эдмунд, не обратив особого внимания на ее тон. — Но мне надо было срочно подписать кое-какие бумаги. Кстати, надеюсь, Уолрафен оставил ваши дела в полном порядке? Мне не хотелось бы совать свой нос в чужие проблемы, дорогая, но я неплохо подкован в вопросах бизнеса. Если у вас возникнут трудности, смело обращайтесь ко мне.

— Спасибо, но обычно мне помогает Джайлз. Он огорчается, что я с ним редко советуюсь. — У Сесилии не было желания обсуждать эти вопросы, тем более с Роулендом. Впрочем, и с Джайлзом тоже. Она исправно, в рамках закона вела свои дела и не нуждалась в лишних советчиках.

С башни Сент-Джеймсского дворца донесся бой часов.

— О Боже! — воскликнула Сесилия, мигом вскочив со скамейки и радуясь возможности наконец завершить разговор. — Уже час дня? Как быстро летит время! Мистер Роуленд, к сожалению, я должна вас покинуть.

Эдмунд встал, собираясь подсадить ее на лошадь, но Джед поспешно вышел вперед и сделал это сам. Они поскакали по Парк-лейн в направлении дома. Немного отъехав, Сесилия обернулась. Роуленд шагал к поджидавшему его на дороге ландо.

Лорд Делакорт и инспектор де Рохан провели безрезультатно еще один час на берегу Темзы, разговаривая с мистером Праттом и Нелли, служанкой таверны. Потом де Рохан и Дэвид в сопровождении Люцифера (эта мрачного вида собака получила свою кличку явно недаром) бродили по улицам, стуча в двери каждого магазинчика и каждого трактира в пределах пятиста ярдов от «Проспекта». Скрытные обитатели Ист-Энда в ответ на вопросы инспектора боязливо отмалчивались.

Впрочем, Дэвид понимал, что им действительно нечего сказать. Наивно было надеяться, что кто-то из них видел, как двое бандитов приметной внешности тащили из наемного экипажа номер такой-то мертвую женщину в красном платье.

Как еще вчера предположил де Рохан, убийца мог спокойно привезти труп на лодке откуда угодно — к югу от Уайтчепел-роуд почти каждый умеет вязать морские узлы. Вспомнив все эти обстоятельства, Делакорт в очередной раз с уважением взглянул на инспектора. С каждой минутой он все больше восхищался его упорством и сообразительностью.

В полдень де Рохан сообщил, что ему надо отлучиться по другому делу. Вчера поймали двух португальцев-контрабандистов, и на судебном заседании, назначенном на два часа дня, требовалось его присутствие. Дэвид вкратце изложил де Рохану свои планы насчет Китти, высадил его и собаку возле Уэппинга и велел кучеру ехать домой. Продрогнув до костей, плохо соображая после бессонной ночи, он был не в силах делать какие-либо выводы из услышанного сегодня утром.

Приехав на Керзон-стрит и нигде не найдя Кембла, Дэвид принял ванну, спустился на первый этаж и машинально сел за стол в свое кресло, чтобы вкусить, наконец, долгожданный ленч. Мысли его разбегались, и он не сразу заметил, что тарелки с бифштексом перед ним не оказалось.

Стоявший в дверях лакей осторожно кашлянул, и только тут Делакорт почувствовал странное напряжение, повисшее в воздухе. Он перевел взгляд с лакея на стол и в немом изумлении обнаружил жуткую статуэтку со зловеще блестящими черными глазами.

На том самом месте, где должен был, источая восхитительный аромат, дожидаться жареный бифштекс, стояла фарфоровая фигурка, изображающая мальчика с надутыми щеками, выкрашенными в яркий травянисто-зеленый цвет. На мальчике не было ничего, кроме желтой полосы ткани, обмотанной вокруг бедер. Дэвид медленно повернул голову и увидел на буфете целый ряд подобных — только чуть менее устрашающих — фарфоровых предметов.

Моментально вспомнив утренний разговор с камердинером, он взревел, призывая того к себе.

Вскоре в столовой появился виновник произошедшего.

— Что это такое, черт возьми? — спросил Делакорт, указывая на непрошеного фарфорового гостя. Кембл гордо выпрямился.

— Чудесная вещица, не правда ли? — Камердинер самодовольно улыбнулся. — Я знал, что она вам понравится.

— Скорее лишит разума, — пробормотал Делакорт. Он раздраженно потянулся к кофе и бифштексу, отпихнув статуэтку подальше. — Послушайте, Кембл, я в жизни не видывал таких уродливых предметов. Надеюсь, вы отдали не слишком большую сумму за этих колченогих, зеленых, полуголых…

Возмущенно фыркнув, Кембл нагнулся к столу и схватил статуэтку со скатерти.

— Я не виноват! — пылко начал он. — Я же говорил вам, что предпочитаю Цин. Так нет, вам захотелось Мин, да еще зеленый. — Он осторожно поставил странно искривленное основание статуэтки себе на локоть и сунул ее Делакорту под нос. — Так получите свой зеленый Мин!

— О Боже, вы сведете меня с ума своими минами и цинами! — проговорил Дэвид, потирая виски кончиками пальцев. — Что это вообще такое?

— Черепица для крыши.

— Черепица? — взвился Делакорт, отодвигая тарелку. — Я велел вам купить китайские фарфоровые статуэтки — маленьких танцовщиц, вазочки, кубки и прочее, — а вы принесли мне черепицу, на которой стоит гадкий восточный гном?

— Там есть несколько ваз, — с достоинством возразил Кембл, кивнув на буфет, — и два кубка. А про китайскую танцовщицу вы мне ничего не говорили! Кроме того, эта черепица сейчас в моде…

— В моде! — вскричал Делакорт, разводя руками. — Как и те проклятые мрачные жилеты, которые вы заставляете меня носить!