Джослин Келли - Любовь-целительница

– Боюсь, – сказала Чайна, – что после потрясений, пережитых во время утреннего пожара, это выскользнуло из моей памяти.

– А я боюсь, что не смог бы раздобыть латы и щит моего предка, – с таким серьезным видом проговорил Александр, что Чайна едва не рассмеялась.

– Вы всегда шутите со мной! – Леди Виола игриво шлепнула ладонью по его руке. Шагнув между ним и Чайной, она потащила его в сторону. – О, негодник, заставьте меня еще посмеяться!

Александр оглянулся через плечо и плутовски вскинул бровь. Они вошли на территорию лагеря. Он перешагнул через собачку, которая пыталась схватить его за ботинок.

Чайна не могла сдержать смех. Шиан нахмурилась, и Чайна шепотом спросила:

– Как ты думаешь, что она сделала бы, если б узнала, что он сказал о доспехах совершенно честно? Он не смог бы их одолжить у Квинта.

– Мне это не нравится. – Шиан потерла руки. – Я слышала много рассказов о местах на пустоши, куда часто наведываются призраки, но до твоего рассказа о Квинте мне никто не говорил, что их видели здесь, в лагере. – Обхватив себя руками, она тяжело вздохнула. – Было бы хорошо, чтобы это представление поскорее закончилось.

Позади них послышался смех.

– Когда мы только-только появились?

Повернувшись, Чайна увидела два знакомых лица. Один из мужчин, тот, что пониже, был сквайр Хейвуд. Он, в тоге под ярко-багровым плащом, достойным римского императора, чувствовал себя неуютно и, видимо, зябко. Рядом с ним стоял мужчина, который и произнес услышанную Чайной фразу.

Сэр Генри Кранлер имел приятную внешность и манеры, удовлетворяющие требования города и высшего светского общества. По росту он был под стать Александру. Черные волосы у него на висках слегка поредели, однако его лицо выглядело совсем моложавым. Если точнее, он был на год старше Чайны. Когда она с ним поздоровалась, он наклонился к ее руке и быстро ее отпустил.

Затем он взял руку Шиан и улыбнулся.

– Я вижу, мисс Шиан, вы снова подтвердили, что вы мудрее нас. – Он не отпустил ее руку, пока поправлял тогу, которая была надета под темной накидкой, развевавшейся под освежающим ветерком. – Будь я хотя бы чуточку разумней, я бы тоже не стал являться в этом наряде.

– Странно, что здесь так ветрено, – сказал сквайр. – Утром здесь было совсем тихо.

– К счастью для нас, – заметила Чайна. – Если бы такой ветер поднялся утром, пожар перекинулся бы дальше и погубил бы весь дом.

Пока Шиан вместе с сэром Генри шла к столам, она рассказала о произошедшей трагедии в замке Недеркотт. Сквайр Хейвуд, покачав головой, посочувствовал:

– Вы пережили много неприятностей в последние дни, мисс Недеркотт.

– Да, нам выпало такое испытание. – Она знала, что он не мог угадать, каким угрозам подверглась ее жизнь с появлением призраков. И только радость пребывания в жарких объятиях Александра скрашивала все это безумие.

Можно было подумать, что последние слова она произнесла вслух и сквайр их услышал, поскольку он, вдруг понизив голос, сказал:

– Я не удивлен, что безумие снова посетило эту голову.

– Безумие? – переспросила Чайна, с трудом сдерживая дрожь.

– Да, – кивнул он, затем посмотрел туда, где леди Виола, просунув руку под локоть Александра, флиртовала одновременно с ним и со своим женихом.

– Она безрассудна, но я бы не назвала ее безумной.

– Она? Я имею в виду не леди Виолу, а лорда Брэддока. – Сквайр говорил так тихо, что Чайна была вынуждена податься вперед, чтобы расслышать его слова. – Должно быть, вы слышали, что у его отца и деда случались периоды сумасшествия.

Она помнила, что Александр что-то говорил о сумасшествии и своем отце. Это перекликалось с предупреждениями Квинта.

– У меня не было возможности поговорить с вами раньше, – продолжал сквайр. – Лорд Брэддок всегда был рядом, и я не хотел его ставить в неловкое положение, поскольку его семья и без того была достаточно унижена. Вы знаете, я очень беспокоюсь о вас… и вашей сестре. – Он откашлялся и поспешил добавить: – Именно по этой причине я хочу призвать вас к тому, чтобы вы были очень осторожны. Вы пережили несколько несчастных случаев с момента его появления в замке Недеркотт. Вы уверены, что он не причастен к этому?

Чайна вскинула бровь, услышав предположение, что Александр был настолько безумен, чтобы инициировать пожар, который мог бы погубить его и других.

– Да, – сказала она, не добавив к этому более ничего.

Сквайр поперхнулся, сраженный ее спокойным ответом. Между ними повисла неловкая тишина вплоть до того момента, когда Чайна поклонилась ему и направилась туда, где собрались другие гости.

К ней подошла мисс Аптон:

– С вами все в порядке, мисс Недеркотт? Вы покраснели.

– Все будет нормально через несколько минут. – Она заметила, что мисс Аптон слегка дрожала в платье без рукавов. – Да вы замерзли! Позвольте мне предложить накидку, чтобы вы немного согрелись.

– Ни в коем случае! Моя кузина будет недовольна!

– Клочок материи не испортит ее замысла.

Мисс Аптон покачала головой:

– Прошу вас, не надо. Со мной все будет хорошо, как только этот бриз уляжется. Посмотрите! Лорд Брэддок подает вам сигнал. Я думаю, все созрели для тоста.

Чайна и мисс Аптон присоединились ко всем гостям. Когда они подошли к скамейкам, мисс Аптон заняла самое крайнее место. Чайна сначала хотела этому воспрепятствовать, но потом решила не привлекать внимания всех окружающих.

Лорд Тернбулл поднял бокал кроваво-красного вина, Александр подал такой же бокал Чайне.

– Какую удивительную декорацию ты создала для нас, моя дорогая, – сказал Тернбулл с улыбкой, адресованной леди Виоле, которая просияла от похвалы. – Только ты можешь посмотреть на руины и увидеть в них возможность насладиться их красотой. Я уверен, что это отражение твоей собственной красоты и грации.

Пока он говорил, Чайна посмотрела на других собравшихся. Сэр Генри улыбался Шиан, которая смаковала только что произнесенную им остроту. Стоявший рядом с ними сквайр Хейвуд быстро отвернулся, встретившись со взглядом Чайны.

– Почему ты так неодобрительно смотришь на добродушного сквайра? – шепотом спросил Александр.

Она не видела причин для того, чтобы это скрывать. Под звуки бессвязного тоста лорда Тернбулла она ответила:

– Он предположил, что ты имеешь отношение к пожару в замке Недеркотт.

– В самом деле?

Она крепко сжала пальцами бокал.

– Я не имею понятия, почему он обвинил тебя. Это на него так не похоже.

– Потому что он хочет очернить меня в твоих глазах.

– Что? – Это слово неожиданно было сказано громче, чем она намеревалась, и кое-кто посмотрел в ее сторону. Она сделала вид, что это был всего лишь кашель.