Джиллиан Хантер - Порочен, как грех

Мерри стала прямо у него на пути. Она воплощала собой все мыслимые соблазны. Это была стройная, не больше двадцати одного года, начитанная молодая красавица с пепельными волосами, весь смысл жизни которой заключался в том, чтобы доставлять удовольствие.

– Вот уж никак не думала, что мы лишимся вашего общества, – добавила она, грустно вздохнув. – Вы что, обязаны на ней жениться? – спросила она, как если бы то, что он обрюхатил сестру графа, как-то могло объяснить внезапность венчания.

Он рассмеялся.

– Да, я влюблен, и я обязан на ней жениться, хотя бы по одной той причине, что не могу представить, как буду жить без нее. Ваше любопытство удовлетворено?

Мерри сочла невозможным обидеться на его откровенность.

– Гейбриел, я должна признаться, что мое любопытство скорее уязвлено, чем удовлетворено. Я никогда не представляла себе, что вы способны на постоянные отношения.

Он усмехнулся ей в лицо.

– Я и не был на них способен. Я мог бы всю жизнь простоять у позорного столба, дожидаясь, когда она меня освободит.

Мери, наморщила носик.

– Какое ужасное ощущение! Надеюсь, после женитьбы вы не станете относиться к нам платонически. Вы были весьма заманчивым гостем – в качестве игрока.

– Кстати, я как раз иду в игорную комнату. Не хотите ли сопровождать меня? Я уверен, Тимоти скучает без вас.

– Идите без меня. Я не хочу всю ночь дышать сигарным дымом.

Он повернулся. В холле не было лакеев, чтобы проводить заблудившегося гостя.

– Это слева, да?

– Да, – рассеянно ответила она, потому что с низу лестницы ее позвал чей-то голос. – Третья комната от конца – по диагонали от моей спальни, хотя это вас не может интересовать. Дверь открыта. Она всегда открыта для вас.

Гейбриел рассмеялся, а Мерри устремилась вниз, только раз обернувшись на него с многообещающей улыбкой.

– У нас мог быть красивый роман, Гейбриел. Вы никогда не узнаете, что упустили.

Гейбриел покачал головой и снова пошел по холлу, заглянув с удовольствием в роскошно обставленную спальню Мерри: одеяло из атласа цвета янтаря было разложено на ночь. Вино и бокалы стояли на подносе рядом с блюдом с рыхлым белым сыром, бисквитами и пирожными с малиновым кремом.

И все это ничуть не показалось ему соблазнительным.

Выйдя из спальни, он услышал позади легкий звон стекла, за которым последовали приглушенные шаги. Неужели у Мерри есть тайный поклонник, спрятавшийся там? Который теперь вышел из укрытия или вообще не был приглашен? Он мысленно пересчитал количество гостей, с которыми сидел за ужином. Пятеро ушли с Тимоти играть в карты. Остальные остались внизу.

Гейбриел вновь вошел в дверь.

Окно, выходящее на аллею, было открыто, и прохладный ветерок шевелил занавеси. Он затылком почувствовал опасность. Маленький кувшин с каким-то косметическим средством лежал разбитый на полу. Не порыв ли ветра сбил его с туалетного столика? Не похоже, если учесть расстояние от столика до окна.

Он прошел по комнате и посмотрел вниз, в переулок. Там был еще один дом, угловой, в котором находился игорный притон. Он увидел нескольких хорошо одетых мужчин, которые играли на балконе, то были аристократы, которые имели достаточно средств, чтобы играть и часто проигрывать.

Он отвернулся от окна и только тут заметил мужчину в маске, стоявшего в дверях туалетной комнаты, и мужчина этот смотрел на него.

Однако на сегодняшней вечеринке маскарада не предполагалось.

– Вы заблудились, сэр? – спросил у него человек властным голосом.

Гейбриел обогнул кресло. Этот глубокий грудной голос разбудил в нем смутные воспоминания. Неужели это кто-то из Боскаслов, решивший устроить розыгрыш в последнюю ночь его холостяцких похождений?

Гейбриел подавил усмешку. Он вполне заслужил, чтобы его карту побили после всех порочных комбинаций, разыгранных им вместе с его кузенами, особенно с Дрейком и Девоном, которые были приглашены на эту вечеринку, но так и не появились. Если он не будет держаться поосторожнее, то скорее всего окажется в повозке с турнепсом, едущей по Пиккадилли, или на какой-нибудь другой вечеринке, на которой будут все женщины и игроки, у которых на него есть зуб.

Мысль о том, что придется вытерпеть еще одну вечеринку, вызвала в нем нетерпеливое желание увидеть Элетею. Его друзья стали бы смеяться, если бы узнали, что он скорее предпочтет играть в вист с ней, чем в фараон с иностранным принцем, которому совершенно наплевать, выиграл ли он или проиграл целое состояние.

Но он выглядел бы никудышным игроком, если бы по крайней мере не притворился, что поддерживает их шалость, хотя и не мог определить, кто этот джентльмен-шутник в маске. А их разговор с Мерри – была ли то часть заранее задуманного плана заманить его в эту комнату?

Он мог только воображать последующие унижения, если бы согласился на ее предложение. Это была одна из грязных шуток, в которых он сам принимал участие прежде.

Гейбриел расслабился и посмотрел на этого человека внимательнее.

Не кузен ли это Девон Боскасл, который в качестве разбойника с большой дороги требовал поцелуев от своих жертв-женщин, что принесло ему короткую, но нескромную известность? Он прищурил глаза.

Нет, это не Девон.

Этот человек был немного шире в плечах, и в нем чувствовалась какая-то странная тайна – как будто он дразнит Гейбриела, призывая узнать его. Похоже, надо заставить его снова заговорить.

– А вы не заблудились, сэр? – спросил Гейбриел, подходя ближе.

– Нет, – удивленно ответил незнакомец. – Но поскольку все считают, что это именно так, я был бы вам очень признателен, если бы вы не извещали их об этом. Полагаю, я могу вам доверять.

Гейбриел пытался определить, чей это голос.

– Вы из тех, кто жаждет меня разыграть?

– Когда-то такое вполне могло случиться, – ответил человек насмешливо.

– Значит, вы Боскасл?

– Да. А вы, насколько я понял, вскоре вступаете в брак.

– Вы приглашены на свадьбу? – небрежным тоном спросил Гейбриел, стараясь не спугнуть этого человека, чтобы он продолжал говорить.

Маска и плащ с капюшоном мешали увидеть лицо, но манеры незваного гостя казались смутно знакомыми.

– Увы, я не смогу там присутствовать.

– Однако теперь вы собираетесь сыграть партию в карты? – с любопытством спросил Гейбриел.

– Если честно – нет. Я собирался уйти.

– Через окно спальни ваших хозяев? Это не говорит о хороших манерах.

– Но я не уверен, что мисс Рейберн сама всегда придерживалась хороших манер. Так говорят.

Гейбриел кивнул, словно был участником этого маскарада.

– Для чего я пришел сюда сегодня? Слишком долго рассказывать. Я очень постараюсь вести себя как мальчик для битья.