Элизабет Хойт - Принц-леопард

Но в этот раз его изумрудно-зеленые глаза широко открылись и вполне осмысленно уставились на нее.

– Моя госпожа, – скрипучим голосом прошептал Гарри.

Благодарю тебя, господи. Она готова была благодарить бога. Она готова была начать танцевать от счастья. Она готова была упасть на колени и читать молитвы.

Но вместо всего этого она осторожно поднесла к его губам чашку.

– Ты, наверное, очень хочешь пить?

Он кивнул, но глаз от нее не отвел. Сделав глоток, он еле слышно прошептал:

– Не плачь.

– Прости, – Джордж поставила чашку на стол. – Это слезы счастья.

Он смотрел на нее еще несколько минут, потом снова закрыл глаза и заснул.

Она в тысячный раз положила ему руки на шею, пытаясь нащупать пульс. Она так часто это делала в последние дни, что действие вошло в привычку. Стук сердца был отчетливым и сильным. Гарри пробормотал что-то в ответ и пошевелился.

Вздохнув, Джордж поднялась и вышла из комнаты. Целый час нежилась в чудесной горячей ванне, потом немного вздремнула. Проснувшись, она увидела, что за окном уже начало темнеть. Она надела желтое платье со шнуровкой на локтях и попросила принести ей ужин в комнату Гарри.

Войдя в комнату, Джордж увидела, что Гарри не спит. Сердце ее забилось быстрее. Его глаза светились жизнью: одного этого оказалось достаточно, чтобы изменить весь мир вокруг.

Кто-то уже помог ему сесть и облокотиться на подушки.

– Как поживает Уилл?

– С ним все в порядке. За ним присматривает Беннет Грэнвиль. – Джордж встала, чтобы раздвинуть портьеры.

Солнце почти село, но даже такой слабый свет делал обстановку в комнате более радостной. Она отметила, что утром обязательно нужно попросить слуг открыть одну створку окна, чтобы запах болезни и лекарств, наконец, выветрился из комнаты.

Джордж вернулась к кровати и села.

– Когда тебя поймали, Уиллу удалось спрятаться. Потом он побежал в деревню Вест-Дайки, чтобы сообщить о случившимся лендлорду. Тот, конечно, мало, чем мог помочь в сложившейся ситуации.

– М-м.

Джордж нахмурилась, вспомнив о том, что никто не пришел Гарри на помощь, когда он находился в подвале, где его каждый день избивали.

– Уилл больше всех переживал за тебя.

– Он отличный парень.

– Именно он рассказал нам, что случилось той, ночью. Ты ведь спас ему жизнь.

Гарри неопределенно пожал плечами. Было замет но, что тема ему неприятна.

– Может, выпьешь немного бульона? – она сняла салфетку с подносов, на которых служанка принесла ужин.

На ее подносе стояла тарелка с ароматным ростбифом в соусе и гарниром в виде картофеля, вареной моркови и пудинга из савойской капусты. На подносе для Гарри – только чашка горячего мясного бульона.

Гарри оглядел все блюда и вдохнул.

– С удовольствием выпью бульона, моя госпожа. Джордж поднесла чашку ближе к его лицу и уже хотела поить его с ложечки, как делала все предыдущие дни, но Гарри взял чашку у нее из рук.

– Спасибо.

Украдкой поглядывая на любимого, она спешно занялась своим подносом. Не пролив ни капли, Гарри выпил всю чашку и поставил ее на колени. Руки его не дрожали. Она немного расслабилась. Совсем не хотелось, надоедать ему, помогать в таком простом деле. Но всего день или два назад он был совершенно беспомощным.

– Расскажи продолжение сказки, моя госпожа, его голос звучал все более уверенно.

Джордж улыбнулась:

– Ты с нетерпением ожидаешь окончания той истории:

Израненные губы Гарри неловко дернулись, словно в улыбке, но голос его звучал серьезно.

– Да, моя госпожа.

– Хорошо, посмотрим, что там случилось дальше. – Джордж отрезала небольшой кусочек мяса, положила себе в рот и ненадолго задумалась. Когда она рассказывала ему эту сказку в последний раз… Она вдруг вспомнила, что тогда на ней не было никакой одежды, а Гарри… Джордж судорожно сглотнула, и ей потребовалось срочно выпить глоток вина. Она чувствовала, что заметно порозовела. Незаметно глянула на Гарри. Но тот опустил глаза и смотрел на чашку из-под бульона.

Откашлявшись, она продолжила свой начатый когда-то рассказ:

– Принц-леопард превратился в мужчину. Он взялся рукой за свой волшебный кулон и пожелал плаща-невидимки. Это его сильно выручило, потому что, как мы узнали раньше, превратившись в человека, он предстал миру в обнаженном виде.

Гарри поднял глаза от чашки и посмотрел на Джордж сквозь ресницы.

Она чинно улыбнулась в ответ.

– Он накинул плащ и приготовился нанести поражение злой волшебнице, чтобы завладеть Золотым Лебедем. Ведь произошла небольшая задержка, когда волшебница превратила его в гадкую жабу…

Гарри улыбнулся Джорджине. Как ее обрадовала эта улыбка!

– В конце концов, он сумел обрести свой прежний вид, выкрасть Золотого Лебедя и привезти его молодому королю. Тот, не медля ни секунды, предъявил, сей трофей отцу прекрасной принцессы.

Она отрезала еще кусочек ростбифа и протянула на пилке Гарри. Он посмотрел на еду, но вместо того, чтобы взять вилку в руку, открыл рот. Его глаза смотрели прямо на Джордж все время, пока она кормила его.

По какой-то необъяснимой причине все это заставило ее сердце биться чаще.

Джордж посмотрела в тарелку.

– Но молодому королю снова не повезло. Золотой Лебедь заговорил человеческим голосом, так же, как прежде Золотая Лошадь. Отец принцессы отвел Лебедя в сторону и выспросил все детали. Выяснилось, что вместо молодого принца кто-то другой добыл Лебедя в труд ном сражении со злой волшебницей. Хочешь картошки?

– Спасибо, – Гарри закрыл глаза и губами снял картошку с вилки.

Джордж улыбнулась от радости. Прокашлялась и продолжила:

– Разгневанный король вышел к принцу и сказал: «Хорошо. Золотой Лебедь – прекрасный дар, но эти еще не все испытания. Тебе нужно добыть Золотого Угря, которого охраняет семиглавый дракон. Ты найдешь его на Лунной горе».

– Угорь?

В руке она держала ложку, полную пудинга. Гарри посмотрел на нее с сомнением. Ложка задержалась у его рта.

– Да, угорь, все верно.

Он помог ей поднести ложку ближе к своим губам.

– Тебе кажется, это звучит немного странно? – Задержав дыхание, спросила Джордж. – Я, конечно, уточню, о ком именно говорилось, но, по-моему, все было так. – Она отрезала еще кусок мяса и нацепила на вилку. – Сама я подумала о волке или единороге.

Гарри проглотил пудинг.

– Нет, не единорог, слишком он похож на лошадь.

– Возможно. Но в любом случае это что-то еще более экзотическое. – Она сморщила нос, понюхав пудинг. – То есть угорь, даже золотой угорь, для тебя слишком экзотичен, а?

– Нет, не слишком.

– И для меня недостаточно. – Она ковырнула пудинг. – Конечно, тетушка могла и позабыть с годами, ей ведь не меньше восьмидесяти. – Она подняла глаза и увидела, что он смотрит на разрушенный пудинг. – Ой, прости, хочешь еще?