Шеннон Дрейк - Приди, рассвет

– Лэрд Уорик – сподвижник короля, – примирительно сказала леди Доугалл. – Вряд ли можно найти более доблестного и отважного человека.

Сара прислонилась к каминной решетке. Ее губы тронула улыбка.

– Да, разумеется. Я хочу сказать, что многие леди, как владеющие землей, так и безземельные, мечтали о великом лэрде Лайэне. Некоторые видели его в своих сновидениях. Существует леди Элинор из Тайна. Говорят, она мечтала о том, чтобы вновь выйти замуж. Но если она не выйдет замуж за Уорика, то не станет сочетаться браком ни с одним мужчиной, потому что никогда в жизни не найдет столь доблестного рыцаря.

Понимая, что женщина явно выпускает когти, Меллиора решила не подавать виду, что слова Сары ее задевают, – пусть говорит что угодно.

– Похоже, леди Элинор весьма разумная дама, – сказала она. – Замужество – далеко не всегда желанное состояние для женщины. Она сохранит нечто весьма дорогое – свою независимость. Никто не будет вмешиваться в ее жизнь и указывать, что ей делать.

– Однако те, кто очень хочет независимости, частенько теряют ее, – сказала Сара и с улыбкой добавила: – Ты выглядишь прекрасно, Меллиора. Нам уже пора. – Подойдя к Меллиоре поближе и понизив голос, она проговорила: – Дай Бог, чтобы у тебя все было хорошо. В крепости ходят слухи о том, как ты пыталась бежать и унизить Уорика. Многие считают, что тебя следует выпороть и выслать подальше. Поверь: и помимо Элинор, многие весьма охотно заняли бы твое место.

– Какая жалость, что король не намерен им этого позволить, – с милой улыбкой заметила Меллиора.

– Мужчины женятся, руководствуясь чувством долга, хотя и кажется, будто они свободны в выборе. Ты права. Я дорожу своей независимостью, – продолжала Сара. – Очень много мужей умирают, войнам, кажется, не видно конца. Жены остаются вдовами, но, кстати – увы! – умирают и жены. Роды, болезни, несчастные случаи – вот мужья и вынуждены искать себе новых жен.

Меллиора почувствовала, как по телу пробежала волна озноба. Создавалось впечатление, что Сара пытается внушить ей желание умереть.

– Нам пора идти в церковь, – вмешалась Мэри. – Поднимайтесь, Джудит, Сара. – Выпроводив двух дам из комнаты, Мэри подмигнула Меллиоре, и та решила, что леди Доугалл не столь проста, как можно было подумать. Она поцеловала Меллиору в щеку. – Элинор – близкая подруга Уорика, а Саре просто досадно, вот и все. А ты славная девушка, и я думаю, твой жених все тебе простит.

Мэри Доугалл просто не знает, как много нужно прощать, подумала Меллиора, но лишь улыбнулась и сказала:

– Спасибо.

Оставшись наконец, с Джиллиан, Меллиора покачала головой.

– Кажется, я этого не вынесу.

Джиллиан фыркнула.

– Ты никогда не была трусихой. Не принимай близко к сердцу то, что говорит эта ведьма! И нечего ее бояться!

– Я не боюсь ее. Просто чувствую исходящее от нее зло. Пожалуй, мне нужно что-то выпить – лекарство, эль, вино...

Джиллиан кашлянула и посмотрела поверх головы Меллиоры. Меллиора поняла, что дверь открыта, и медленно, похолодев от ужаса, повернулась.

На пороге стоял Уорик. Он был великолепен в своем шотландском наряде, в шерстяной накидке, наброшенной на плечи и схваченной спереди застежкой с изображением сокола. Позади стоял Ангус.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Меллиора. – Я думала, что увижу тебя только в церкви.

– Но разве плохо, что я оказался здесь? Я могу проводить тебя до церкви. Ангус, посмотри, что мы можем найти для моей леди. Вон там, на сундуке, графин с вином. Как раз подойдет. Неси сюда побыстрее. – Он понизил голос и добавил, обращаясь только к Меллиоре: – Мы же не можем допустить, чтобы ты пила вино для причастия на нашей свадебной мессе, правда ведь?

Меллиора не знала, шутит он или в его словах кроется презрение. Впрочем, ей было все равно. Ангус поднес ей кубок с вином. Она благодарно улыбнулась ему, чувствуя, что ее будущий муж внимательно смотрит на нее.

– Выпей, и мы пойдем, – нетерпеливо сказал Уорик.

– Будь осторожна, Меллиора, ведь ты же не хочешь потерять рассудок, – предостерегла ее Джиллиан.

Меллиора продолжала смотреть на Уорика.

– Ну почему же, хочу, – тихо ответила она.

Его взгляд был устремлен на нее, лицо не выражало никаких чувств. Он взял ее за руку.

– Так пойдем, любовь моя?

Это было не приглашение. Он уже шел, и она шла вместе с ним.

– В церкви полным-полно народу, – небрежным тоном проговорил он. – Король позаботился о том, чтобы на этом представлении присутствовало как можно больше зрителей.

Меллиора почувствовала холодок тревоги.

– Ты не... не...

– Что я «не»?

Она облизнула внезапно пересохшие губы.

– Ты не отступился от своего обещания?

– А ты не отступилась от своих?

Она покачала головой.

– А я всегда держу свое слово. Я уже говорил тебе об этом.

Он шел быстрым, широким шагом, за ним трудно было поспевать, хотя Меллиора была высокого роста и привычна к быстрой ходьбе.

– Скажи мне, – заикаясь, спросила она, – твоя любовница тоже находится в церкви?

К ее удивлению, Уорик остановился как вкопанный и уставился на нее.

– Что?

– Я спросила, в церкви ли твоя любовница...

Меллиора не знала, что он видел и о чем думал. Он смотрел на нее так долго, что она даже пожалела о своем вопросе. Она вдруг поняла, что специально дразнит его и что ее это очень волнует. В жизни слишком много такого, с чем все смирились. Мужчины имеют жен в качестве приза, а любовниц – для удовольствия.

Однако, как она сейчас осознала, ее подобная судьба не устраивает.

Она шагнула вперед. Уорик пошел вслед за нею, держа ее за руку.

– Это имеет значение? – спросил он Меллиору спустя некоторое время.

– Что именно?

– Если бы она была здесь? Если бы Элинор сидела на скамье неподалеку? – с кажущимся безразличием уточнил Уорик.

– Для тебя ничто не имеет значения, как я понимаю?

– Поверь мне, будущее имеет значение.

Они подошли к входу в церковь. Меллиора не помнила, как они вышли из коридора во двор и в сумерках преодолели это расстояние. Должно быть, помогло вино, подумала она. В какой-то степени... В церкви горели свечи – вероятно, сотни свечей. Освещение казалось каким-то мерцающим, призрачным, нереальным. Это было к лучшему, потому что Меллиора и себя ощущала какой-то нереальной, словно наблюдая за происходящим со стороны.

Король нетерпеливо ожидал их у входа, чтобы, будучи опекуном Меллиоры, подвести ее к алтарю, выдать замуж и на том поставить точку. Меллиора поразилась количеству собравшихся. Ей бы следовало испытывать признательность к королю за то, что ради ее свадьбы он столь глубоко залез в свой карман, он она понимала, что сделал он это не из любви к ней, а для того, чтобы произвести впечатление. Отныне она и Голубой остров отходили к Уорику, лэрду Лайэну, – и все должны это знать.