Джоанна Линдсей - Мужчина моих грез

— Я не стану убивать человека, свалявшего дурака из-за смазливого личика, — сказал Девлин.

— Очень рад слышать.

— Но осмелившийся покуситься на принадлежащее мне заслуживает подбитого глаза или двух.

Меган не расслышала отчетливо этих слов. Она не могла. Лачлан, хотя и не сомневался в том, что слышит, запрокинув голову громко расхохотался: Джилелнан и Рональд теперь тоже улыбались. Она одна была здесь в здравом уме?

— Девлин, ты не будешь этого делать? — отчетливо произнесла Меган по-настоящему спокойным тоном.

— Напротив, моя дорогая, — возразил жених с решимостью, которая заставила ее внутренне застонать.

— Не могу себе представить, чего в данный момент я желал бы больше.

— Но…

— Ты знаешь, как стрелять из пистолета?

Меган заморгала при смене темы и сказала было:

— Конечно, — но это было чистым хвастовством в самый неподходящий момент. Поэтому она тут же добавила: — Нет!

— Отлично, — сказал Девлин (чем весьма удивил се) и передал Меган оружие, предварительно поместив ее палец на спусковой крючок и направив ствол в сторону сообщников Лачлана.

— Ты, скорее всего, пристрелишь их прежде, чем они успеют глазом моргнуть, не правда ли? И следи за ними, Меган, а не за дракой. Ты это можешь?

Девушка была в этот момент слишком расстроена, чтобы быть способной на большее, нежели кивок. Она никогда прежде не держала в руках оружие, никогда прежде не стреляла в человека, никогда прежде у нее не было жениха, которого вот-вот должен был вогнать в землю настоящий великан. Наблюдать за аудиторией вместо схватки? Меган наверняка упадет в обморок, если увидит, что Девлину причинили боль. Чем это могло способствовать их вызволению отсюда?

Первый удар, который донесся до Меган, заставил ее съежиться. Несмотря на предупреждение Девлина и на ее собственную решимость не смотреть, Меган все-таки бросила беглый взгляд в сторону дерущихся и тут же снова перевела внимание на тех, кого ей предполагалось удерживать от вмешательства. Бандиты, казалось, не имели ни малейшего желания вмешиваться и ничего не предпринимали, разве что сели. Меган так и не определила, кто кого ударил, хотя и пришла к выводу, что ударили Девлина.

Еще один сильный удар, опять девушка съежилась и опять бросила беглый взгляд. Но и на этот раз она не могла сказать, кто получил удары, а кто их нанес. Все, что она видела — это двоих мужчин, кружившихся один вокруг другого, выискивая открытое для удара место. Ничего удивительного, что Лачлан ухмыляется. Девлин же не ухмыляется. Но удивляла стойка Девлина: кулаки подняты, одна рука слегка выдвинута вперед, прямая, подобно планке, осанка.

Меган дважды за свою жизнь наблюдала бои: однажды на переправе между кузнецом и бродячим бойцом, который, на потеху толпе, дрался со всеми желающими; другой раз сражались ее поклонники, младшие отпрыски благородных семейств, которые имели кое-какие познания в искусстве колледжского боксирования джентльменов. Девлин дрался не как кузнец! Лачлан да, а Девлин дрался как джентльмен. Где же он, в таком случае, выучился бою?

Меган, должно быть, ошиблась. Взгляд был слишком краток, чтобы быть уверенной. Послышались новые удары. Девушка не разрешала себе смотреть. О ходе сражения говорили лица бандитов. В какое-то мгновение Джилелнан скривился. Рональд же выглядел растерянным.

Больше Меган выдержать не могла. Она не на шутку увлеклась схваткой и не могла ошибиться. Девлин действительно дрался как джентльмен: прямые удары, молниеносные боковые по корпусу, ни одного чрезмерного замаха или лишнего движения. И это невероятно, но все удары нанес он. Его нырки и отходы были просто-напросто слишком молниеносны для Лачлана. Конечно же, Лачлан одним ударом сшиб бы Девлина на колени. Шотландец просто был лишен возможности подтвердить это.

С другой стороны, необычное превосходство Девлина, казалось, не приносило ему значительного преимущества. Бога ради! Лачлан по-прежнему ухмылялся и внешне ничуть не пострадал от ударов, наносимых Девлином. Хотя постепенно его урон стал заметен. Один глаз Лачлана, который со всей определенностью должен был завтра почернеть, уже покраснел и стал набухать, нижняя губа несколько вздулась. И не припухла ли также левая сторона челюсти?

Тут Меган бросила быстрый взгляд на Джилелнана и Рональда, продолжая наблюдать за схваткой. Она должна это прекратить. Девлин получил то, что хотел, зачем же они продолжают? И тут случилось то, чего она боялась больше всего. Лачлан сделал обманный боковой удар левой, а правой врезал прямо в челюсть Девлина. К удивлению, Девлин отшатнулся всего лишь на пару шагов и тут же восстановил равновесие. Его стойка оставалась прежней: оба кулака подняты — это свидетельствовало о том, что он готов выдержать и более значительные атаки. Меган была не готова смотреть, как это произойдет.

— Достаточно!

Лачлан бросил на нее обиженный взгляд.

— Имейте совесть, дорогая. Я врезал ему только раз.

Меган, недоумевая, посмотрела на шотландца. Глядя на него, можно было подумать, что девушка отнимает у ребенка любимую игрушку. Девлин тоже выглядел раздосадованным. Ну что ж, тем хуже для них обоих.

— Вы оба, может быть, получаете громадное удовольствие, а я нет. Я решительно на грани истерики, и я, видимо, кого-нибудь подстрелю по неосторожности! Но почему меня это должно волновать?

Девлин тут же откликнулся:

— Можешь ты когда-нибудь делать то, что тебе говорят?

Поскольку уже второй раз за день Меган не стала делать так, как он ей говорил, а первый случай привел девушку к данной неприятности, она, естественно, стала защищаться.

— Когда будешь моим мужем, Девлин Джеффриз, тогда можешь командовать мною сколько душе угодно, но до тех пор, пока это не факт, а лишь намерение, не надейся, что я буду тебе подчиняться без чертовски серьезных на то оснований.

— У меня есть веские основания, милочка! И ты это достаточно ясно демонстрируешь. Однако ты действительно обещаешь подчиняться всем моим приказаниям, когда выйдешь замуж?

Меган открыла было рот, чтобы немедленно выразить протест, но тут же закрыла его в замешательстве. Не дай Бог, ей придется дать слово!

— Ты не можешь требовать от кого бы то ни было ответа за то, что произносится в припадке истерики, — резко возразила она.

Девлин фыркнул.

— Я так не думаю.

Тут расхохотался Лачлан.

— Не думаю, что буду в конечном счете тебе завидовать, Джеффриз. Я мог бы выдержать ее трескотню недельку-другую, но не более того. Меняешь ее на лошадь?

— Как быстро ваша искренность меняет цвета, Макдуел, — усмехнулась Меган. — А Цезарь ему не принадлежит, он лишь одолжил его у моего отца.