Патриция Поттер - Возлюбленный воин

Мелькнувшие вдали паруса заставили его прищуриться; продолжая пристально всматриваться в горизонт, Патрик следил за их приближением, как вдруг со стены донесся крик дозорного, извещавший о прибытии корабля. Члены его команды тут же высыпали во двор, огласили его криками ликования.

Патрику легко было понять их реакцию: все они хотели домой. Мавры не привыкли к холоду шотландских ночей и частым туманам, испанцы боялись, что их обнаружат, а остальные просто мечтали поскорее вернуться к себе. Для Патрика прибытие «Фелиции» тоже было большим облегчением. Держать команду здесь в течение долгого времени было опасно, и появление любого гостя могло стать катастрофой, так что после неожиданного визита Кэмпбелла они с Рори приняли решение говорить всем проезжим, что у них в замке лихорадка.

Патрик надеялся, что уже к вечеру бывшие гребцы погрузятся на борт и отправятся в путь на восток. При этом единственной опасностью для них останется нежелательная встреча с пиратами в морских просторах. Однако Рори заверил брата, что за штурвалом судна стоит отличный капитан и он сумеет уйти от любого преследования.

Внезапно Патрик понял, что к его чувству облегчения примешивается грусть. Кое-кого из гребцов ему будет не хватать. Они вместе страдали, вместе сражались, вместе одержали победу и разделили трудности пути в Шотландию. Многих из них он никогда не забудет.

Интересно, уйдет ли с ними испанец? В Инверлейте Диего вел себя как дома, и Патрик видел, что многие привязались к нему, несмотря на его испанское происхождение, возможно потому, что Диего учил Маклейнов искусству фехтования.

Мануэль уже высказал пожелание остаться с Джулианой, Патрик доверял ему. А вот в отношении Диего он такой уверенности не чувствовал, но принуждать его к отъезду все равно не собирался. Еще с ним оставался Денни, которому и вовсе некуда было направиться.

В целом Патрику предстояло много работы и необходимо было принять много решений.

Причесав пальцами волосы и сбрызнув водой лицо, он вышел из комнаты и, миновав лестницу, остановился у комнаты Джулианы, после чего негромко постучал в дверь. Ответа не последовало, и он вошел внутрь.

Комната была пуста, но в воздухе еще висел тонкий запах роз. Патрик нехотя вышел и двинулся в большой зал, где на столе расставляли подносы с едой. Голода он не испытывал: его желудок привык обходиться малым, однако ему надо было убедиться, что все идет по плану.

За столом уже сидели гребцы, но Джулианы среди них не было. Патрик обратился к Кармите.

– Тебе известно, где сейчас находится твоя хозяйка? – спросил он.

– В комнате Лахлана, – ответила Кармита не слишком радушно, и Патрик заметил в ее глазах плохо скрываемое недовольство.

– Благодарю, – ответил он тихо.

– Я не нуждаюсь в ваших благодарностях. Вы держите нас с сеньоритой в плену, а это грех.

Ее слова удивили Патрика: девушка всегда казалась ему тихой и покорной: прелестное маленькое создание с темными волосами и жгучими глазами, она выглядела совсем юной и слегка запуганной.

Но теперь, судя по всему, Кармита приготовилась к драке. К драке за свою госпожу. Такая подруга как раз и нужна была Джулиане.

– Денни, это Лондон, один из величайших городов мира, – настойчиво повторила Джулиана. Она, Кимбра и Денни сидели за столом, на котором была разложена карта, добытая у Рори, которому Джулиана подробно объяснила, зачем она понадобилась ей. – Скажи, если увидишь что-либо знакомое, – попросила она. – Хотя бы просто кивни головой.

Глаза Денни сказали ей, что он понял, но в какой степени, она не знала. Порой ей казалось, что Денни гораздо лучше разбирается в событиях, чем полагали окружающие.

Этот человек казался фанатично преданным Патрику и всегда очень волновался, когда тот выезжал за пределы замка. Было похоже, что, кроме Патрика, Денни никому не доверяет.

В дверях, словно откликнувшись на ее мысли, вырос Патрик, и у Джулианы сжалось сердце.

Его взгляд скользнул по ней, замер.

– Это еще зачем? – удивился он.

– Карту нам дал Рори, – пояснила Джулиана поспешно. – Кимбра подумала, что она поможет Денни восстановить память.

– Вот как? – Лицо Патрика по-прежнему сохраняло серьезность, но Джулиана уловила в его голосе иронические нотки.

И тут же она почувствовала на себе задумчивый взгляд Кимбры, а также заинтересованное внимание Денни. Ее сердце застучало сильнее. При воспоминании о ласковых руках Патрика, так легко возбуждавших желание, у нее невыносимо заболела грудь.

Неужели так будет всегда? И что чувствует он? Однако сейчас, разумеется, она не могла задать ему все эти вопросы.

– Корабль уже здесь, – объявил Патрик и тут же посмотрел на Денни.

Джулиана тоже обернулась к Денни и с удивлением убедилась, что в его глазах промелькнул испуг.

Он все понял.

Патрик тоже заметил это и положил руку Денни на плечо:

– Тебе не обязательно уезжать, но я подумал, что ты должен выбирать свое будущее. – Он замолчал и после колебания добавил: – Пребывание здесь может представлять опасность для тебя. Если нас обнаружат…

Денни покачал головой; его глаза смотрели с мольбой, которую он не мог выразить словами.

– Так ты все же хочешь остаться? – осторожно спросил Патрик.

Денни энергично закивал, и его глаза наполнились слезами благодарности.

– Что ж, тогда оставайся. Отныне это твой дом. – Видимо, желая ободрить Денни, Патрик улыбнулся: – Мои братья согласны.

Джулиана знала, что Маклейны не испытывают особой любви к англичанам и что для Патрика ее наполовину английская кровь была ничуть не лучше испанской. И все же нежность к Денни и терпение по отношению к нему согрели ее сердце.

И тут взгляд Патрика переместился на нее.

– У меня тоже есть выбор? – осведомилась Джулиана.

– Нет, – прозвучал короткий ответ. – Пока нет.

– А если я поклянусь, что не расскажу о том, что произошло?

– Ты действительно хочешь уйти?

Нет! Джулиана надеялась, что Патрик не заметил ее невольного протеста.

– Да, – солгала она. – Мне не по душе роль пленницы.

– Даже весьма уважаемой? – Патрик замер в ожидании ответа.

– Птица всегда покидает клетку, даже самую шикарную, – с вызовом произнесла Джулиана, смело глядя в его глаза.

Некоторое время Патрик продолжал изучать ее лицо, потом вдруг повернулся и быстро вышел, не проронив больше ни слова.

Пытаясь скрыть разочарование, Джулиана снова углубилась в карту.

– Это Нортамберленд, – произнесла она срывающимся голосом. – А это Лондон…

– Море, Денни, – подключилась к делу Кимбра. – Ты помнишь море? Скалы, камни? Может, город и деревню?