Дебра Коуэн - Бутон страсти

— Я телеграфировал в Фаррелл, что завтра привезу в приход древесину. — Он не хотел задавать свой следующий вопрос, но знал, что тогда она задаст его.

— Хочешь поехать со мной, чтобы повидать родных?

— Ой! — Она была явно удивлена. — Нет, мне, наверное, лучше остаться здесь, чтобы быть в курсе дел.

В случае, если она узнает что-нибудь о Роберте.

Кэбот стиснул зубы, злясь на ее конспиративный тон, и стал машинально складывать бумаги на столе Саймона. Аккуратные стопки бумаг высились на блестящей деревянной поверхности.

— Я бы хотела послать письмо и рассказать о Джеке.

— А как насчет себя? — спросил он, не глядя на нее и размышляя о том, что она собирается рассказать родителям об их бывшем зяте.

— Думаю, что расскажу им об аварии, но о ее причинах пока не буду.

Он не отрывал своего взгляда от стола. На одном краю стояла чернильница, перо и песок для высушивания чернил. Стул был аккуратно придвинул к столу.

— Почему бы тебе не пожить у сестры Реджины, пока меня не будет?

— Ты не приедешь к завтрашнему вечеру? — Ее голос звучал немного обеспокоено.

Он удивился ее беспокойству: она волновалась из-за него или из-за того, что останется одна?

— Буря идет в нашу сторону. Если будет наводнение, то я не смогу проехать.

— Я не подумала об этом. Ладно, я переночую там, — покорно сказала она и, выдвинув ящик, переложила бумаги с места на место. Вот. Я хочу показать тебе кое-что.

— Что? — Он медлил, не желая подходить близко к ней, чтобы не поддаваться ее чарам.

— Дневник, — нетерпеливо воскликнула Ли. — Я подумала, что ты можешь увидеть что-нибудь, чего не заметила я.

— Не знаю, что из этого получится.

— Пожалуйста. — Голос ее звучал ровно, без мольбы.

Он подошел к ней, стиснув зубы, и, взяв у нее книгу, сразу отошел. Нежный чистый запах ее тела преследовал его и возбуждал желание.

Она откинулась на спинку стула и тяжело вздохнула. Он заметил, что плечи ее были опущены и что она выглядит более уставшей, чем ему показалось вначале.

Кэбот раскрыл книгу и с минуту тупо смотрел на страницы, стараясь отбросить мысли о ней. Она сидела рядом и не отрывала от него глаз. Он переключил свое внимание на книгу и некоторое время молча читал. Да, эти записи, действительно, подтверждали открытие Ли о торговле женщинами. Вопрос заключался в том, кто был вовлечен в эту аферу и кто по-прежнему этим занимается.

Он перевел взгляд на стол Саймона. Этот человек имел доступ к докам, пароходам, имел связи в десятке портов. Участвовал ли он в этом деле?

Кэбот снова уткнулся в книгу. Если Саймон был вовлечен в работорговлю, разве не мог он уже давным-давно достать этот дневник? Фактически он мог бы уже давно обладать им и Ли никогда ничего не узнала бы. Возможность того, что Саймон был не тем, за кого себя выдавал, была велика, и Кэботу это не нравилось.

— Ну что ты думаешь? Заметил что-нибудь необычное? — Ее нежный мягкий голос разжег в нем огонь. Руки его крепче сжали книгу.

— Нет. — Он откашлялся, стараясь снять с себя напряжение. — Хотя все действительно так, как ты говоришь. Кто-то определенно занимался продажей женщин. — Кэбот сжал зубы. Если Саймон был одним из участников, то тогда Ли находилась в опасности. — Но куда они отсылались? И откуда их привозили?

Она побарабанила пальцами по столу и посмотрела на него.

— У шерифа Сандерса была на этот счет пара идей.

— Ты разговаривала с шерифом? — Кэбот нахмурился: — Я думал, что ты никому не говорила.

Она улыбнулась слабым подобием своей обычной улыбки:

— Я сказала ему, что спрашиваю об этом от имени дяди Эндрю.

Он злобно усмехнулся ее попыткам быть детективом.

— И что сказал шериф?

Она рассказала ему версию шерифа Сандерса о том, что женщины, возможно, доставлялись в Канзас и Колорадо для беглых преступников и шахтеров.

— Да, кто бы ни перевозил их, путь лежал вверх по Миссисипи до Миссури, за Бунвиль. — Он посмотрел на ее опущенную голову.

Блестящие рыже-каштановые волосы струились по спине, маня его дотронуться до них. Желание как-то облегчить ее усталость все возрастало в нем, и он сжал кулаки, хрустнув листами книги. Это заставило его вспомнить о Роберте Беккере.

Она взглянула «не него:

— Да?

— Может быть, вверх по устьям Миссури, там где она впадает в Гранд, и потом по суше до границы с Канзасом.

Лицо ее побледнело, она судорожно сглотнула. Он весь напрягся, увидев ужас и сожаление на ее лице. Он страстно желал, чтобы она никогда не узнала эту сторону жизни ее покойного мужа.

Она решительно вздернула подбородок и посмотрела в сторону входной двери:

— Я могу наблюдать отсюда. Это — прекрасное место для того, чтобы следить за доками, не вызывая подозрений.

— Да, если только ты не будешь прятаться за мешками с пенькой, — сухо заметил он, раздраженный тем, что она опять навлекает на себя опасность.

Она усмехнулась, и он почувствовал, как кровь закипает в его жилах.

— Я согласился помогать тебе только потому, что ты обещала ничего не предпринимать в одиночку. Если ты увидишь что-нибудь подозрительное, немедленно посылай за мной. Не смей выходить никуда одна! Ты не представляешь себе, с какими людьми мы имеем дело.

— Ладно. — Выражение ее лица стало более спокойным, хотя возбуждение все еще отражалось в ее глазах.

Он покачал головой. Она относилась к этому так, как если бы это было что-то вроде общественного поручения.

— Ты заметила какую-нибудь активность здесь?

— Нет, вроде бы нет. Было там одно судно, которое я видела тем вечером, когда… пряталась за мешками. — Она опять усмехнулась. — Но оно ушло. Каждый корабль, который приходит зимой, привлекает много внимания.

— Хорошо. Ладно, продолжай наблюдать за всем подозрительным. И давай мне знать. — Он сделал ударение на последнем слове, потрясая дневником в ее сторону. Ему хотелось взять и встряхнуть ее.

— Обещаю, — мягко сказала она. Глаза ее радостно блестели, но он увидел в них также тень тревоги.

Она боялась того, что она может узнать о Роберте Беккере.

Эта мысль больно задела его, и он отвернулся. Желание притянуть ее к себе и защитить захлестнуло его, но он знал, что ей нужна была только его помощь.

— Спасибо. — Ее рука легла поверх его руки.

Рефлекторно мускулы его напряглись, и ладони его опять сжались в кулаки. Он бешеным взглядом посмотрел на нее, и она, поняв его нежелание, убрала руку. Прежде чем она отвернулась, он увидел выражение досады на ее лице.

Ли поднялась со стула, превозмогая боль, и повернулась к нему:

— Подумай только, скоро мы вместе все узнаем о Роберте.

— И тогда что? — Он вдруг представил себе десять лет супружества и Ли, продолжающую цепляться за Роберта. А их отношения будут такими же, как сейчас. Он сорвался: — Никакой разницы не будет.