Джейн Фэйзер - Почти леди

– Спи, Мег. Утром все будет выглядеть лучше.

Мег снова легла, сна ни в одном глазу, каждый мускул натянут и дрожит. Утром лучше не будет. Ей пора перестать притворяться перед самой собой, что это всего лишь игра. Страстное приключение разыгрывается на вражеской территории. Ее любовник – шпион, и, если необходимо, он убивает без колебаний. Как она могла быть такой дурой, чтобы вообразить, будто сможет преобразить эту реальность в нечто вроде романтической фантазии? Как она могла думать, будто ей нет дела до того, что он за человек? Ей есть до этого дело, и даже очень.

На палубе Козимо поставил парус и взялся за руль. Барка направилась в сторону Бордо. Ее экипаж, должно быть, доволен вульгарным обменом шутками с парусной лодкой, но последствия этой встречи непредсказуемы. Им нужно покинуть реку при первой же возможности.

Глава 18

Мег стояла на корме «Розы», прислушиваясь, как Козимо торгуется с дюжим рыбаком из маленького городка Кадильяк, прилепившегося к берегу реки. Они договаривались о цене на «Розу», и Мег загрустила при мысли, что придется покинуть маленькое суденышко. За последние два дня она привыкла к мягкому покачиванию лодки, тихим звукам на реке, даже к сну в узкой койке.

В конце концов мужчины поплевали на ладони и пожали друг другу руки, по старому обычаю это означало заключение сделки. Козимо подошел к Мег.

– Ну, дело сделано, – сказал он. – Хорошо или плохо. В городке есть маленькая гостиница, не слишком шикарная, но переночевать там можно. Двуколка придет, чтобы забрать сундук. Мег кивнула.

– Мне будет не хватать «Розы».

Козимо внимательно посмотрел на нее, гадая, вызвано ли ее подавленное состояние лишь перспективой расставания с рекой. Она все еще не обрела свой обычный буйный нрав после встречи с жандармами. Но во время путешествия ей предстоит встретиться с еще большими опасностями, и пусть лучше справляется с этим сама, сказал себе капер.

– Зато сегодня вечером я могу обещать тебе хороший ужин, – жизнерадостно объявил он. – Комнаты в «Белой лошади», может быть, и простые, но кухня там хорошая.

Мег ответила ему улыбкой, которая постепенно становилась все менее вымученной. Она сказала себе, что ей просто нужно приспособить свой романтизм к реальности.

– Значит, дальше мы отправимся верхом? – Мег старалась, чтобы в голосе звучал интерес.

– Для начала, – ответил он.

– А что с сундуком?

– Нам придется расстаться с сундуком и переложить вещи в седельные сумки. Как только выберемся из этого района, ты снова наденешь свои нижние юбки и временами будешь путешествовать в экипаже.

Мег резко потрясла головой.

– Я не переношу экипажи, – заявила она. – Меня в них укачивает.

– Ну, посмотрим, – сказал он. Ему страстно хотелось обнять ее, поцелуями прогнать маленькие морщинки с нахмуренного лба, но здесь, на открытой палубе, возле набережной шумного маленького городка, было не место для проявления чувств между двумя моряками.

– Чему ты усмехаешься? – требовательно спросила Мег, заметив хитрый блеск в его глазах, улыбку на губах.

Он рассказал и был вознагражден за это взрывом смеха, согревшим его душу.

– Вот так-то лучше, – сказал Козимо. Он ласково коснулся ямочки на ее подбородке и снова обратился к делам.

– Я хочу, чтобы ты отправилась в гостиницу и оставалась там, пока я разгружу лодку и позабочусь о лошадях. Теперь, когда мы привлекли к себе внимание, чем меньше тебя будут видеть, тем лучше.

Мег не возражала, хотя, когда они прибыли в гостиницу, недовольно сморщила нос при виде грязной комнаты и матраца с блохами.

– Ничего другого в этом городе нет? – проворчала она, когда ушел хозяин.

– Боюсь, что нет. Но это всего на одну ночь. На заре мы отсюда уедем.

– То, что от нас оставят блохи, – возразила она, брезгливо тыча пальцем в соломенный матрац. – В лодке нет запасной парусины? Она достаточно толстая, ее они не прокусили бы.

– Принесу что есть, – пообещал Козимо. – А теперь оставайся здесь и никому не показывайся. Я вернусь через час. – Он заметил по ее глазам, что ей хотелось бы возразить, она даже рот открыла, тогда он быстро взял ее за плечи и крепко прижал к себе. Он поцеловал ее, желая, чтобы это было легкое, но определенное прощание, да только все произошло по-другому. Он ощутил, как она ожила под его поцелуем, ее тело внезапно напряглось. Впервые за последние два дня она так отреагировала на него. Козимо провел руками по ее спине, потом поднял голову и глубоко заглянул в глаза, читая там прилив страсти, пляшущий на зеленой поверхности.

– Насколько ловкой ты себя чувствуешь? – пробормотал он, его руки подбирались к застежке на ее панталонах, потом он резко сдернул их с ее бедер.

– Я и близко не подойду к этой постели, – ответила Мег лукавым, но горячим шепотом, сбрасывая сначала сандалии, а потом панталоны. Она вытащила его рубаху из панталон, подсунула под нее руки, царапая ногтями его спину.

– Подожди... подожди... любимая, – бормотал Козимо в ее губы, выбираясь из рубахи. Он отступил назад, потянув ее за собой, и швырнул рубаху на низкий подоконник из грубого камня.

– Ах как остроумно, – сказала Мег, весело и восторженно тараща глаза. Она подпрыгнула, когда он поднял ее, и села на каменный подоконник на его рубаху. – Мы собираемся устроить спектакль для всех внизу? – спросила она. – А потом пустим шапку по кругу?

– Наши единственные зрители – это пара коров, – сказал Козимо, взглянув через ее плечо на поле внизу.

Он быстро вздохнул и подсунул свои руки под ее зад, поднимая ее на ладонях. Она обняла его за шею руками и, обхватив ногами бедра, прижалась к нему, животом к животу. Одним плавным толчком он оказался внутри ее и держал, двигаясь. Мег висела на его шее, его руки, теплые и сильные, удерживали ее в рискованном положении, которое не позволяло ей проявлять никакой инициативы. Она могла только принимать. Смятение и неуверенность последних двух дней исчезали, по мере того как наслаждение заполняло ее. Как она могла бояться человека, который в состоянии доставить ей такое удовольствие? Только тот, кому она доверяет всей душой, тот, кому она готова отдаваться без остатка, может доставлять ей такую радость.

– Иисус милостивый, – пробормотал он, запуская руку в ее спутанные кудри. – Может быть, небольшое воздержание иногда полезно.

Мег устало улыбнулась.

– Мне нужно вернуться на «Розу», любимая. А потом в конюшню, где можно арендовать лошадей, а...

– А я не останусь в этой грязной каморке, – перебила его Мег. Физическое напряжение в эти последние моменты придало ей энергии, восстановило ее активность. – Я хорошо разбираюсь в лошадях – мой отец разводит лошадей для охоты, – и я найду то, что нам нужно. Хотя тебе придется дать мне денег.