Жаклин Нейвин - Встретимся в полночь

Хотя она предпочла бы остаться стоять и приготовилась защищаться, но поняла, что лучше последовать совету Саймона. Она уже чувствовала – надвигается что-то ужасное, что-то сокрушительное. И молодая женщина бессильно опустилась в кресло.

Саймон глубоко вздохнул.

– Кажется, существовало некое пари…

Стоявшая у его дома карета с четверкой лошадей не обеспокоила Рафаэля. У бабки было много друзей, и они часто навещали ее. Однако, войдя в дом, он отпрянул при виде графини, расхаживающей по главному вестибюлю.

Морщины на ее старом лице казались более резкими, чем обычно.

– Здесь Саймон Блейк, – быстро сказала она. – С какой стати бывший жених вашей жены сидит у нас в гостиной?

Рафаэль не отличался хорошей интуицией, но присутствие Саймона Блейка явно настраивало на беспокойный лад, и Рафаэлем овладело мгновенное и мощное предчувствие чего-то плохого. Не сказав ни слова, он направился к гостиной и распахнул дверь.

Джулия и Саймон стояли, глядя друг на друга, совсем близко. При его появлении они одновременно повернулись и посмотрели на него. Некоторое время никто не двигался.

В голове у Рафаэля мелькнула картина – эта пара стоит на великолепной лестнице особняка Брунли, только что было объявлено об их помолвке, и вот они стоят вместе и принадлежат друг другу. А он – посторонний – прижал нос к окну и вожделеет. Почему у него вдруг появилось ощущение, что он снова стоит у витрины, как голодный мальчишка?

Взглянув на него, Джулия помрачнела и прищурилась, словно никогда раньше его не видела. Словно видит его в первый раз. Саймон протянул руку, чтобы остановить ее, но она оттолкнула ее и подошла к Рафаэлю. И заговорила голосом спокойным и твердым:

– Вы держали пари, что соблазните меня?

На какое-то безумное, головокружительное мгновение ему показалось, что все вокруг него рушится. Вот оно. Конец всему.

– Да, – ответил Рафаэль.

Ее брови опустились, но только на мгновение, а потом лицо снова приняло равнодушное выражение.

– Ради шутки вы поспорили с вашими друзьями, что любви не существует. И если вам удастся добиться разрыва между мной и Саймоном, будет считаться, что вы выиграли. Стратфорд спорил на пять тысяч. Вы не так давно получили их. Это правда?

Он до боли стиснул зубы.

– Да.

Джулия кивнула.

– Никаких неприятностей у леди Кэтрин Драммонд не было. Это ложь. Она действительно была вашей любовницей. Все было ложью.

Он нервно посмотрел на Саймона, надеясь, что у того хватит такта уйти. Но Саймон стоял на месте с горящими глазами, с презрительно сжатыми губами. И Рафаэль сказал через силу:

– Не все.

Джулия опустила голову. Руки Рафаэля сжались в кулаки, он чувствовал себя совершенно беспомощным. Ему отчаянно хотелось все объяснить, все отрицать. Потому что хотя это была правда, теперь это уже не так. Но он ничего не сказал.

Саймон подошел к Джулии, положил ей руку на плечо.

– А теперь пойдемте со мной. Я отвезу вас домой.

Не долго думая, Рафаэль, охваченный слепой яростью, схватил его за руку и завел ее назад так, что Саймон вздрогнул. Но нужно отдать ему должное – боль была страшная, но он выдержал ее, стоически сжав побелевшие губы.

– Уберите руки от моей жены, – рявкнул Рафаэль. – Она и так дома.

– Прекратите! – вскипела Джулия. Рафаэль отпустил Саймона.

Баронет потер запястье.

– Сила у вас необыкновенная, Фонвийе. Мне следует вызвать вас.

Рафаэль пожал плечами, легко вернувшись к своему прежнему злобному «я». Этот ход казался ему сейчас ничем не хуже остальных.

– Если вам хочется умереть, милости прошу.

– Согласен. Я вас вызываю, Фонвийе. На дуэль. Рафаэль обнажил зубы в улыбке:

– Вызов принят. Где?

– За городом. Уимблдонский пустырь. На рассвете.

– Пистолеты или шпаги?

– Выбор за вами.

– Лучше пистолеты. Меньше возни. – Рафаэль уже овладел собой. – Я привезу свои. У меня отличный комплект.

– Я с удовольствием пущу пулю в ваше черное сердце за все, что вы сделали со мной, с Джулией, со всей ее семьей.

Рафаэль насмешливо посмотрел на Саймона:

– Ах, Блейк, как вы меня напугали. Саймон шагнул к нему.

– Да нет, куда там. Вы слишком заносчивы, чтобы испугаться. Люди вашего типа ни о чем не заботятся, даже о самих себе.

– Саймон, уйдите, пожалуйста. – Джулия вклинилась между мужчинами, спиной к мужу.

Увидев, как ласково она коснулась руки Саймона, Рафаэль чуть не взревел от отчаяния.

– Прошу вас, дайте мне поговорить с ним наедине, – мягко сказала она.

Саймон сверкнул глазами, не отрывая их от Рафаэля.

– Хорошо. Поговорите. Пусть он ответит на все ваши вопросы, Джулия. Завтра будет поздно.

– Никакой дуэли не будет, – сказала она уже тверже. – Пожалуйста, идите домой. Разрешите мне заняться всем этим.

Саймон бросился из гостиной. Его сопровождало тягостное молчание.

Джулия подошла к диванчику и опустилась на него. Вид у нее был собранный.

– У меня несколько вопросов. Рафаэль продолжал стоять.

– Да, конечно, – отозвался он, слегка наклонив голову. Он не станет умолять ее выслушать его; он не унизится до объяснений. Что-то в нем хотело объясниться, но он заглушил это желание. Он сохранит достоинство, если ему ничего больше не остается, и смирится с прихотями судьбы, которая, судя по всему, вознамерилась разбить его голову о его же ухищрения. Он не заслуживал Джулии. Если он ее потеряет, это будет только справедливо, вот и все. Нужно смотреть на это трезво. Она заговорила:

– Объясните, пожалуйста, как вы заключили это пари и почему выбрали нас с Саймоном?

Им овладела нерешительность. Как можно, стоя перед ней, выразить все словами?

– Джулия, мне кажется, это неразумно…

– Мне не нужны ваши советы. Мне нужны факты. Рафаэль заставил себя говорить:

– Мы были на балу. Речь зашла о любви. Я сказал, что любви не существует. Что любовь – это просто-напросто похоть, что… – Все оказалось труднее, чем ему представлялось. Каждое слово стоило ему кусочка души. Он еще раз вздохнул, укрепил свою решимость и продолжал: – Стратфорд бросил мне вызов. Мы заключили пари. Вы с Саймоном проходили мимо. Кто-то сказал – вот тебе роман этого сезона. Вот тебе очень трудная задача. Я и выбрал вас.

– Вы должны были влюбить меня в себя?

Он посмотрел на нее. Лицо Джулии было бесстрастным.

– Я должен был разрушить вашу любовь к Саймону и любовь Саймона к вам. Я решил сделать это, обратив ваше внимание на себя.

– Понятно.

Она встала, сделала два шага, потом остановилась:

– А что насчет Лоры?

Ах да! Его прегрешения простираются далеко за пределы отношений Джулии и Саймона. Ему придется отвечать за все.