Джо Гудмэн - Все в его поцелуе

Уэст скинул одеяло, на скамью, умылся, смыл с кожи запах лаванды и мускуса. От ледяной воды перехватило дыхание, но она возымела желаемое действие.

Уэст ополоснул грудь и небрежно бросил губку обратно в таз, после чего повернулся, чтобы снять с медного крюка полотенце. Отсюда он не видел изголовье кровати и то место, где сидела Рия, но зато он видел скомканные одеяла и грелку, которая сейчас уже могла пригодиться. Тапочки Рии все еще валялись на полу, но подушку, которая упала на пол раньше, Рия подняла, и пресловутую книгу тоже.

Уэст положил локти на мраморную столешницу умывальника и опустил голову. Не потому, что он не желал видеть своего отражения в зеркале, а потому, что его мучила рефлексия. Но не вечность же так стоять! Уэст мысленно встряхнулся и выпрямился, проведя по своей шевелюре рукой. Схватив полотенце, он вытерся насухо и отшвырнул полотенце, вытащив из комода пару кальсон.

Ступая почти неслышно, он вернулся в комнату. Рия все еще сидела в его кровати, подоткнув под спину подушку и скромно запахнув халат. На коленях у нее лежало то самое сокровище эротики, что он выкрал у Беквита. Она изучала картинки, на которых изображалась пара, совершавшая более традиционное совокупление, хотя традиционным такое соитие тоже можно назвать с определенной оговоркой с учетом некоторых аспектов рисунков, которые, как видно, Рия так и не заметила.

Уэст взял книгу из ее рук, касаясь переплета двумя пальцами, словно брезговал ею. Она не сопротивлялась. Уэст закрыл книгу и положил на стол.

– Думаю, на сегодня с вас хватит изучения литературы. – Ему стало приятно, что она не утратила способности краснеть. Хорошо, что приобретенный опыт не успел избавить ее от трогательной скромности. – Я хочу, чтобы вы ушли.

Рия ожидала, что он так скажет. Она кивнула, но лишь в знак того, что его слышала. Она и не думала покидать его постель. Напротив, она вытащила одну из подушек из-под спины и, поставив ее рядом со своей у изголовья, предложила ему к ней присоединиться.

– У меня есть вопросы, на которые книга не дает ответов.

– Я уже предложил вам обратиться к леди Тенли.

– Я думаю, не стоит поднимать такую тему в разговоре с ней. Как я смогу объяснить свой интерес?

– Разве женщины не обсуждают данные вопросы между собой?

Она в недоумении приподняла бровь:

– Я ни разу не получала приглашение участвовать в подобных разговорах, и ни одна из гувернанток, вы уж мне поверьте, даже не пыталась просветить меня. В школе ничего тоже не обсуждалось даже между преподавателями, которые замужем. – Рия сложила руки на коленях. – Поэтому придется объяснить все вам.

Именно такого рода ответственности он всеми силами пытался избежать. И взгляд его говорил весьма красноречиво. Он сложил одеяло, которое держал под мышкой, несколько раз в длину и положил рядом с Рией, чтобы оно стало барьером между ними. Вообще-то такой барьер не мог служить препятствием к сближению сторон, если бы они того пожелали, но как напоминание о необходимости держать дистанцию вполне годился.

– Мне не стыдно, – чуть запальчиво заявила она. – И вы не можете ждать от меня стыдливого раскаяния.

Уэст потянул за край одеяла, валявшегося у нее в ногах, укрыл им ноги: свои и Рии. Потом достал другое и укрыл им Рию. Глаза ее загорелись от радости: он понял, что она ждала именно таких действий. Очевидно, она не желала покидать его постель, пока не получит свое, и в то же время устраиваться в его кровати совсем комфортом, не получив на то его разрешения, ей было как-то неловко.

Уэст не стал распространяться на тему стыдливости. Пусть ее убеждение останется при ней.

– Что вы хотели узнать?

– Вы злитесь на меня.

Она не задала вопрос, а выдала констатацию факта.

– Да, – ответил он. – Но вы к моему настроению невосприимчивы. – Он знал, что не сказал всей правды, Заговорив о его настроении, она ясно показывала, что ей оно небезразлично. Кроме того, он злился скорее на себя, чем на нее. – Вы хотели мне задать какой-то вопрос, насколько я помню?

– Зачем вы взяли книгу у мистера Беквита?

Он ожидал услышать совсем не это.

– Я взял ее из-за одного книгоиздателя – на всякий случай замечу, что он издает книги не такие, как эта. Я подумал, что он мог бы мне рассказать о происхождении подобной книги.

– Вы сами сказали, что такие книги не редкость.

– Для джентльмена не является чем-то необычным держать у себя книги эротического содержания, но коллекция Беквита настолько обширна, что выходит за рамки обычного. Книга именно такого типа – относительная редкость. Иллюстрации расположены на каждой из страниц разворота, что делает книгу еще большей редкостью, хотя я без труда нашел еще две подобные у Беквита на полке, потратив на поиски минут двадцать, не больше. И, наконец, мое любопытство возбуждают пристрастия Беквита в данной сфере. Имеются некие особенности содержания, которые делают коллекцию Беквита уникальной.

– Особенности? – Рия нахмурилась. – Я думала, то, что я видела в книге, отражает лишь природные склонности мужчин и женщин.

– Если вы считаете, что насилие – природная черта обоих полов, тогда вы сказали именно то, что думаете.

– Я не понимаю.

Она действительно не понимала. Неопытность ее – причина того, что внимание свое она фокусировала на наиболее впечатляющих моментах. Она не могла воспринять картинку как целое и не понимала до конца того, что видела.

– Обе женщины прикованы, – объяснил он. – Одна к спинке кровати, другая к колонне, на которую опирается мужчина.

Рия удивленно раскрыла глаза:

– Не может быть.

Уэст вздохнул:

– Жаль, что вы не можете выражать свое удивление иначе, чем подвергая сомнению каждое мое слово. – Он поднял руку, предупреждая ее желание дотянуться до книги. – Я вам покажу. – Он открыл книгу наугад, закрыл ладонью всю картинку, где женщина лежала на постели, оставив только ее руки. Он протянул книгу Рии и стал смотреть на нее, ожидая мига прозрения.

Она смотрела, вначале непонимающе уставившись и моргая недоуменно, но потом все же осознав увиденное. Уэст перевернул книгу, закрыл рукой на тот же манер и показал ей, что руки женщины действительно прикованы к колонне. На ней нет тех тяжелых наручников, что надевают на каторжников, но виднелись тонкие браслеты, возможно, из золота или серебра. Звено между наручниками и кольцами, к которым они крепились, прорисовано совсем тонко, но теперь, зная, куда смотреть, Рия и его разглядела.

Уэст закрыл книгу и вновь отложил ее в сторону. Рия побледнела.

– У вас есть вопросы? – спросил он. – Я хотел бы их выслушать.

– Нет, вы не правы. Я не знаю, что думать… об иллюстрациях или о том, что книга принадлежит мистеру Беквиту.