Мэдлин Хантер - Страстный защитник

Край утеса обвалился вниз. У Анны закружилась голова.

– Чтобы сохранить ваши владения для Бретани, для малолетнего герцога Иоанна, вы, законная их наследница, должны находиться под надежной защитой. Вам следует взять себе супруга.

Она падала вниз, кувыркаясь в воздухе. Вокруг была одна пустота. Королевская приемная, столы, стулья, роскошные гобелены на стенах – все вмиг исчезло вместе с его величеством и остальными. Откуда-то издалека до нее долетело:

– Мы немедленно найдем для вас достойного мужа.

Кружение прекратилось. Она выпрямилась на стуле и направила прояснившийся взор на английского короля.

Значит, ему не по душе умные, самостоятельные женщины. Что ж, теперь уже бесполезно изображать из себя покорную дурочку. Ей больше нечего было терять.

– Милорд, – сказала она, взглянув на мальчика, – я прошу вас признать правомочность завещания моего родителя и взамен обязуюсь каждые десять лет выплачивать вам годовой доход со своих владений. Такое право даровано бретонским землевладельцам договором, заключенным между ними и герцогом Иоанном Вторым в 1276 году. В завещании же ясно указано, что я могу удалиться в монастырь, если пожелаю, и оговорена сумма взноса, который в таковом случае получит обитель.

У Эдуарда от изумления отвисла челюсть.

– Она говорит дело, кузен, – заступился за Анну ребенок-герцог. – Я читал этот договор. Пусть дело решится в ее пользу.

– Подайте мне завещание, – кисло промолвил король, обращаясь к секретарю.

Анна вручила последнему оригинал документа. Тот с почтительным поклоном передал пергамент Эдуарду. Король погрузился в чтение.

Прошло несколько томительных минут. Изучив документ, Эдуард строго посмотрел на Анну и назидательно изрек:

– Вы неверно истолковали волю покойного родителя. Позвольте мне зачитать вам выдержку из завещания: «Дочери же моей Анне – владения близ Ренна, каковые отойдут монастырю Сент-Мин в случае ее вступления в означенную обитель или достанутся супругу ее в виде приданого, коли дочь моя Анна пожелает принять брачные узы». Видите, об уходе в аббатство здесь лишь упоминается как об одной из возможностей, но наряду с этим указывается также и на вероятность супружества. – Он с довольным видом положил пергамент на колени. – Итак, я подыщу вам достойного мужа, который защитит Ла-Рош-де-Роальд от любых посягательств, с тем чтобы сохранить ее для нашего герцога. Помолвку огласим до вашего возвращения в Бретань.

Эрве, уловив в голосе монарха нотки нетерпения, поднялся, чтобы откланяться.

Нет, она не позволит так с собой обращаться! Она станет бороться за то немногое, что еще можно спасти. И покажет этому спесивому англичанину, из какого теста сделаны бретонки!

– Простите, ваше величество, но, даже если завещание, согласно вашему толкованию, допускает для меня обе возможности – уйти в монастырь или выйти замуж, в нем не говорится, что я должна быть лишена права выбрать себе супруга по собственному усмотрению.

Взгляд Эдуарда скользнул по документу, который он все еще держал на коленях.

Мальчик вскинул голову и отложил в сторону своего пергаментного сокола.

– Она права.

Эдуард сердито покосился на него. Анна же готова была расцеловать ребенка.

– Так кого же вы избрали себе в мужья? – с неудовольствием осведомился король.

– Мне понадобится день или два, чтобы принять решение. Я не была готова к такому повороту дел.

– Так извольте выслушать, что я вам скажу. Вы должны назвать супругом такого человека, который делом доказал бы преданность герцогу. Кандидатура будет утверждена лично мной. Список подходящих персон, достойных вашего внимания и вашего приданого, я теперь же составлю и пришлю вам. Вы совершите выбор в течение одного дня, а в субботу после мессы в замковой часовне будет оглашена ваша помолвка. Ваш родственник, здесь присутствующий, засвидетельствует брачный контракт и подаст вам любую необходимую помощь в составлении такового.

Король отвел взгляд, и Эрве поспешно взял Анну под руку. Повернувшись, чтобы уйти, она мельком взглянула на герцога. Мальчик озорно ей подмигнул и вновь склонился над пергаментом.

Возможно, Бретань ждало светлое будущее. Ее же собственное должно было обернуться кошмаром.

Морван проснулся поздно. Изрядно выпив накануне, дав волю гневу и поставив точку в отношениях с Элизабет, он устал так, как если бы целый день сражался на поле боя в тяжелых доспехах. Лишь в середине дня он с трудом заставил себя выбраться из постели.

Его терзали угрызения совести. Никогда еще он не вел себя с женщинами так грубо, не пользовался своим физическим превосходством, чтобы добиться их внимания. Почему же он был так несдержан именно с ней? Да потому что она сводила его с ума как никакая другая. Стараясь оставаться честным с самим собой, он не пытался объяснить все случившееся своим опьянением. Это было бы малодушием, недостойным смелого и отважного рыцаря. Нет, следовало смотреть правде в глаза: в нем бушевала ревность, он не смог стерпеть обиду, которую нанесли ему Анна и этот заносчивый юнец. Они задели его самолюбие.

И как же он на это отреагировал? Оскорбил ее своим возмутительным поведением. Она никогда ему этого не простит.

Предаваясь таким размышлениям, он бродил взад-вперед по своей комнате, но тут его гостеприимный друг Солсбери сообщил, что Анна де Леон просит его срочно прибыть в дом Дэвида и Кристианы по важному, не терпящему отлагательств делу. Морван не знал, что и подумать.

Прискакав к дому сестры, он застал у входа нескольких молодых людей, с которыми был немного знаком. Все как один в роскошных плащах и высоких сапогах с рыцарскими шпорами, они дожидались, пока слуга уведет их лошадей. Анна пользовалась успехом в свете. Даже большим, чем он мог ожидать. Соискатели богатого приданого, которых не отпугнули даже слухи о ее предстоящем пострижении в монахини, в буквальном смысле выстроились в очередь у ее дверей.

Кристиана в небольшом зале развлекала беседой еще двоих мужчин. При виде Морвана она извинилась перед гостями, встала из-за стола и отвела его в сторонку.

– Где ты был? – С этими словами она легонько ударила его кулаком в грудь.

– Спал.

Она пытливо взглянула на него. Он улыбнулся ей. Нет, она не знала, как скверно он повел себя с Анной минувшей ночью. Дэвид ей об этом не проболтался. Сердце Морвана исполнилось глубокой благодарности к зятю. Не так уж он и плох, этот Дэвид.

– Значит, ты ничего еще не знаешь. Единственный из всех. – Она выразительно кивнула в сторону гостей.

– Так просвети меня. Что у вас тут случилось?

– Пусть Анна сама тебе все расскажет. Она у себя наверху.