Мэри Патни - Совсем не респектабелен

— Возможно, когда-нибудь ты это сделаешь. Но сначала мы должны спасти Англию. — Кэсси сказала это так, словно подшучивала над собой.

— Я здесь только потому, что стала случайной свидетельницей похищения. А вот ты и такие, как ты, настоящие герои, — с искренним уважением проговорила Кири.

— Ты считаешь работу агентов более романтичной, чем она есть на самом деле, — усмехнулась Кэсси. — Это скучная, грязная работа, от которой человек раньше времени стареет и утрачивает оптимизм.

— То же самое можно сказать о работе судомойки при кухне, только цели у агентов более высокие. — заметила Кири, перебрасывая через руку плащ. — Пора идти. Удачной охоты.

— И тебе того же.

Кири спустилась на первый этаж и направилась в переднюю гостиную, где должна была встретиться с Маккензи. Открыв дверь, она увидела пожилого джентльмена. Он сидел у камина и читал газету.

Зная, что в этом доме не всегда можно верить своим глазам, она бодро спросила:

— Вы мой сопровождающий на этот вечер, сэр? Мне сказали, что в игорный дом мадам Бланш меня будет сопровождать красивый, полный сил молодой мужчина. Видимо, меня ввели в заблуждение.

Маккензи взглянул на нее поверх газеты и усмехнулся.

— А мне сказали, что я буду сопровождать молодую девушку, — сказал он хрипловатым голосом. — Вы, случайно, не видели ее наверху? Она довольно высокого роста, с темными волосами и очень элегантная.

— Здесь нет такой девушки, — ответила она, восхищаясь измененной внешностью Маккензи. Он отложил газету и поднялся на ноги. Волосы у него были почти совсем седые, а спина чуть сгорблена. Сегодня на нем были очки, под которыми неодинаковый цвет его глаз не был заметен. И он опирался на трость. Перейдя на свой собственный голос, она заметила: — Люди подумают, что я твоя дочь.

— Пусть думают, лишь бы никого из нас не узнали, — сказал он и, взяв у нее плащ, накинул ей на плачи. — Готовы ли вы подарить старому человеку вечер удовольствий?

— Только при условии, что вы не умрете под конец от сердечного приступа. — Она взяла его под руку, и они вышли из гостиной.

Кири с удивлением обнаружила, что эксклюзивный салон мадам Бланш находится на границе фешенебельного района Мейфэр. Когда они поднимались по ступенькам, Маккензи, понизив голос, сказал:

— Бланш — вдова, которой пришлось самой обеспечивать себя и своих детей после смерти мужа. Она гораздо успешнее справляется с этим, чем ее покойный муж. Постоянные клиенты «Деймиена» частенько бывали и здесь, поэтому мне пришлось особенно серьезно потрудиться над своей внешностью. Ты тоже можешь встретить здесь людей из социального круга своей семьи.

— Если так, то они меня не узнают, — сказала она с мидлендским акцентом. — Похоже, однако, что ты хорошо знаешь эту леди. Не боишься, что она узнает тебя?

— Возможно. Но если даже узнает, она ничего не скажет. Мадам Бланш умеет держать язык за зубами, — сказал он, открывая тяжелую входную дверь.

Их встретил ливрейный лакей, он принял входную плату и взял их плащи. Они направились в большой игорный зал, откуда доносились смех и шум голосов. К ним подошла мадам Бланш, чтобы поприветствовать их.

Владелица игорного заведения была дамой неопределенного возраста с зоркими глазами. Такие глаза, начала понимать Кири, являлись отличительной чертой людей этой, категории. Когда она представилась, ее взгляд на мгновение замер, задержавшись на Маккензи. В глазах промелькнул огонек узнавания, но выражение лица ничуть не изменилось. Она, как полагается, рассказала, какие удовольствия их ожидают, и пожелала хорошо провести время.

Они двинулись дальше. Маккензи опирался на трость. Кири, державшая его под руку, прошептала:

— Хорошо, что мадам так сдержанна.

Он кивнул, соглашаясь с ней, и сказал:

— Может быть, осмотримся вокруг, прежде чем сесть за игру, дорогая?

— С удовольствием. Такое великолепное заведение.

Он с некоторой иронией взглянул на нее из-под очков, и они отправились дальше. Среди присутствующих было почти столько же женщин, сколько мужчин. Шум, царивший в зале, позволял Кири и Маккензи разговаривать между собой, чуть понизив голоса.

Прохаживаясь по залу, Кири имела возможность подходить достаточно близко к гостям, чтобы определить, какими одеколонами или духами они пользуются. На нее бросали взгляды, но гораздо реже, чем тогда, когда она была самой собой. Она перешла в безопасную категорию людей незапоминающихся.

Когда они вошли в первую комнату, где играли в карты, она уловила запах «Алехандро». Все ее чувства напряглись. Запах казался не вполне правильным для мужчины, которого она искала, но она все-таки подошла поближе и, старательно изображая непосредственность, спросила:

— Как называется эта игра, дорогой?

— Баккара. Это французская игра. Не хочешь ли попробовать? — сказал он снисходительным тоном мужчины, который знает, что его женщина не очень умна, но ему это даже нравится.

— Ах нет! Я просто так… полюбопытствовала, — сказала она и пошла дальше.

Когда они немного отошли, она прошептала:

— «Алехандро». Но им пахло от седовласой женщины. — И, повысив голос, Кири протянула: — Дорогой, давай немного посмотрим на танцующих.

— Почему бы и нет? — вздохнув, сказал он. — Извини, девочка, сам я стал слишком стар для танцев.

— Это не имеет значения, — бросила Кири, совсем так не думая: жаль, что она и Маккензи не могут присоединиться к кадрили, — возможно, другого шанса у них никогда не будет. Но, учитывая очевидную дряхлость Маккензи…

Они стали ходить по бальному залу, стараясь держаться ближе к стенам, чтобы не мешать танцующим. Танцевали в большинстве своем довольно молодые люди, однако было и несколько пар постарше. Глядя на одну седовласую пару, Кири подумала: интересно бы узнать, каково это, состарившись, все еще танцевать вместе?.. У нее и Маккензи такого не случится. Он принадлежит к другому миру и вообще не из тех людей, которые женятся. Но сейчас он принадлежит ей. И этого достаточно.

Они уже наполовину обошли зал, когда она уловила запах, который заставил ее замереть и насторожиться. Почувствовав это, он спросил:

— Что?

— Обрати внимание на группу мужчин, мимо которой мы только что прошли, — тихо сказала она. — Давай вернемся на несколько шагов обратно и остановимся. — Она тщательно принюхалась, уголком глаза наблюдая за мужчинами. Убедившись, что была права, Кири взяла Маккензи под руку, и они продолжили свою прогулку.

Когда они отошли на безопасное расстояние, она сказала:

— Один из этих мужчин пользуется «Алехандро», и запах почти правильный. Но… не совсем. Я не думаю, что он и есть нужный нам человек. К тому же он недостаточно высок ростом. Я имею в виду мужчину в темно-синем пиджаке, того, что стоит спиной к танцующим.