Кайла Грей - Обжигающий поцелуй

— Но это неправда, — ответил он, вставая.

Она отступила на шаг.

— Кейн, у тебя ведь было множество женщин… для «этого». Впрочем, я уверена, что они есть и сейчас. И тебе не надо на них жениться, не так» ли?

— Линни, я не могу изменить свое прошлое. Но сейчас все по-другому. Поверь, совсем по-другому. Сейчас мне не требуется множество женщин. Нужна только одна.

— Ты уже получил меня. И мы оба решили… что с этим покончено.

— Я передумал.

— Но почему же тогда… — Она умолкла и снова прикусила губу. Затем, отвернувшись, стала смотреть на огонь.

Он шагнул к ней и, взяв за плечи, повернул лицом к себе.

— Говори же, милая.

Она кивнула в сторону своей комнаты.

— Мои вещи… они все еще там. Почему?

Кейн с трудом подавил улыбку. Было совершенно очевидно, что Мэдлин хотела того же, что и он.

— Я не хотел давить на тебя, дорогая.

Ее смех прозвучал слишком уж резко.

— Неужели, Кейн? Говоришь, не хотел давить? Но ведь ты именно это и делаешь с тех пор, как я знаю тебя. Кроме того, ты прекрасно знаешь, что я не девственница.

— Да, конечно, любимая. Я не забыл ни одного мгновения из тех, что мы были вместе. — На щеках Мэдлин появился нежный румянец, а страсть наполнила ее глаза сиянием. Пристально глядя на нее, Кейн продолжал: — Возможно, из нашего брака никогда ничего не получится. Но не надо сейчас думать об этом. Потому что сейчас мы хотим одного и того же, не так ли? — Она вздохнула с облегчением. А он снова заглянул ей в глаза и добавил: — И поскольку мы муж и жена…

Она прижалась к нему и прошептала:

— Да, поэтому мы сейчас могли бы…

Губы их слились в поцелуе, и Кейн еще крепче прижал ее к себе. Он не собирался торопиться, хотел дать ей время приготовиться, но уже в следующую минуту стало ясно, что Мэдлин не желает ждать.

Едва лишь их поцелуй прервался, она громко застонала и тут же, отстранившись, потянула завязки на его бриджах. «Должно быть, мне это снится?» — мысленно воскликнул Кейн. Он не смел и надеяться, что она захочет близости с ним после того, что сегодня произошло. Он знал, что Мэдлин не любит его, но сейчас убедился, что ее все-таки влечет к нему. Влечет так же, как его к ней.

— О, Кейн, пожалуйста… — прошептала она. — Мне нужно… чувствовать тебя. Всего тебя!

И он не стал медлить. Подхватив ее, Кейн повернулся к столу, на котором давно остыл их поздний ужин. Мэдлин тут же поняла его намерение и попыталась протестовать, но он пресек протесты поцелуем и, отодвинув подальше фарфор, усадил ее на стол.

Мэдлин осмотрелась и тихонько рассмеялась, а Кейн, отступив на шаг, с лихорадочной поспешностью срывал с себя одежду. Обнажившись, он снял с жены халат и ночную сорочку. Мэдлин со стоном откинулась назад, упершись ладонями в стол. Кейн же, опустив голову, принялся легонько покусывать ее отвердевшие соски.

В какой-то момент Мэдлин вдруг выпрямилась, и Кейн, немного озадаченный, заглянул ей в глаза, не пытаясь понять выражение ее лица.

— Милая, что такое? — пробормотал он, едва переводя дыхание.

Она лукаво улыбнулась и ответила:

— Знаешь, я немного проголодалась.

Кейн уставился на жену в изумлении. А она сунула палец в одну из тарелок и прижала его к губам мужа, размазывая по ним начинку из грушевого пирога. Наклонившись, она поцеловала его и несколько раз облизала его губы.

Кейн расплылся в улыбке:

— О, спасибо тебе, любимая. Теперь я понял, что тоже ужасно проголодался.

Подавшись вперед, он погрузил пальцы в одну из небольших тарелочек. Мэдлин захихикала и попыталась отстранить его руку, но безуспешно — Кейн разрисовал ее груди густым клубничным соусом, а затем принялся утолять свой голод. Мэдлин снова откинулась назад и громко застонала. Минуту спустя, задыхаясь, прошептала:

— Ох, прекрати. Это же порочно…

Кейн рассмеялся и прошептал в ответ:

— Но ты же сама начала эту замечательную игру.

С этими словами он снова запустил пальцы в тарелочку, а затем, раздвинув пошире ее ноги, принялся размазывать по ним соус, медленно приближаясь пальцами к золотистым завиткам между ног. Глаза Мэдлин широко распахнулись — в их зеленых глубинах было удивление и любопытство. Какое-то время она молча наблюдала за ним, потом, судорожно сглотнув, пробормотала:

— Кейн, но ты же не собираешься…

— А почему бы и нет? — ответил он с улыбкой. — Я хочу попробовать тебя всю.

Пальцы его коснулись ее лона, и из горла Мэдлин вырвался громкий стон. В следующее мгновение он уложил ее на спину и, опустившись на колени, закинул ее ноги себе на плечи. Прошло еще несколько секунд, и Мэдлин снова застонала. Потом дыхание ее стало прерывистым, а руки раскинулись в стороны.

В какой-то момент она громко вскрикнула и тут же прикусила губу. По телу ее то и дело пробегала дрожь, а бедра резко приподнимались и опускались. Наконец, не выдержав, она простонала:

— О, Кейн, больше не могу…

Он выпрямился во весь рост и тут же, опустив ее бедра на стол, вошел в нее. Мэдлин вновь застонала и крепко обхватила его ногами. Кейн двигался все быстрее и быстрее, а стоны его жены становились все громче. Минуту спустя оба вскрикнули и содрогнулись почти одновременно.

Затем Мэдлин, приподнявшись на локтях, обняла супруга и поцеловала в грудь, покрытую капельками пота. Он тут же подхватил ее на руки и понес к кровати. Уложив ее на постель, он лег рядом и прошептал:

— Если ты доверяешь мне свое тело, то почему не можешь доверять во всем остальном?

— Я вовсе не доверяю тебе тело. Мы просто доставляем друг другу удовольствие, вот и все. Едва ли это можно назвать доверием.

— Интересная логика… — пробормотал Кейн. — И чем же удовольствие отличается от доверия?

— Чем отличается?.. — Мэдлин задумалась. — Ну, удовольствие… это как только что, когда мы не могли себя контролировать.

— Хм… кажется, я понимаю. Но как сделать так, чтобы ты доверяла мне? В конце концов, я же твой муж…

— Да, я в курсе, — ответила она с усмешкой. — Но ты ведь в церкви так и не дал мне высказаться до конца. Почему же ты тогда требуешь доверия?

— Вы рассуждаете не слишком разумно, миссис Грэм. Думаю, вы устали после такого трудного дня. Поговорим об этом позже.

— Мм… нет, не поговорим, — пробормотала она, прижимаясь к нему покрепче.

Кейн прикрыл плечи жены одеялом и снова заключил ее в объятия. Несколько минут спустя она заснула, и ее дыхание сделалось глубоким. Кейн заглянул ей в лицо и улыбнулся. Мэдлин была невероятно чувственной и уже не стыдилась своей чувственности. Но как же сделать так, чтобы она открылась ему, доверилась? Только в этом случае он мог бы ей помочь, мог бы защитить ее, если ей действительно требовалась защита. Но теперь уже Кейн понимал, что не должен беспокоить жену вопросами — следовало набраться терпения и ждать.