Лаура Кинсейл - Робкая магия

Капитан тем временем встал и с расстроенным, недоумевающим видом потер ладонями лицо. Тяжело вздохнув, он зашагал в сторону моря.

Фэлен и Родди, долго молчали. Но когда она уже решила, что может наконец задать мужу мучившие ее вопросы, Фэлен разжал свои объятия.

— Собирайтесь, — сказал он. — Мы немедленно отправляемся в путь. Позавтракаем в дороге.

Знакомство с имением Фэлена получилось довольно странным. Впрочем, все это было вполне в духе графа Иверага. Занявшая весь день поездка сквозь туман, сказочная ночь в руинах усадебного дома, а затем в течение недели путешествие по дикой местности с ночевками под открытым небом. И когда наконец три усталые малорослые лошадки вступили в Килларни, Родди с облегчением вздохнула. Хотя ей все же было жаль расставаться с суровыми скалами и долинами, в которых клубился туман.

Из Килларни они выехали с комфортом, в экипаже с хорошими рессорами. Родди сидела, укрывшись мягким шерстяным пледом. Это путешествие, которое должно было стать официальным въездом графа и графини в свое имение, Фэлен назвал «английским». И Родди поняла, что он имел в виду. Горы и заливы, мимо которых они проезжали теперь, превратились в отстраненную картинку, милые акварельные пейзажи. В них больше не чувствовалось суровости. Солдаты милиционной армии с большим почтением относились к ним. Граф и графиня останавливались по дороге у кордонов, и военные с готовностью показывали им местные достопримечательности — древние надгробия, каменные столбы с непонятными знаками и таинственные пещеры.

Выйдя из кареты, Родди прогулялась в сопровождении мужа и солдат. Отсюда хорошо был виден холм с расположенным на нем остовом усадебного дома.

Родди вдруг вспомнила капитана, побывавшего на балу призраков. Она не знала, что с ним дальше произошло.

— О, смотрите! — воскликнула Родди, делая вид, что поражена открывшейся панорамой. — Это ваш дом, милорд?

Фэлен, остановившись, прислонился спиной к огромному валуну.

— Скорее это то, что осталось от него, — с улыбкой сказал он. — Я построю для вас другой дом, дорогая моя.

— Неделю назад мы пережили настоящий ужас, — промолвил сопровождавший их офицер и бросил настороженный взгляд на Родди.

Ему не терпелось рассказать графу страшную историю, связанную с его домом, и в то же время он не хотел пугать молодую графиню.

— А что произошло? — спросил Фэлен и, достав из кармана табакерку, взял щепотку табака.

Вопрос, заданный графом, развязал язык словоохотливого офицера.

— Мы потеряли трех человек, сэр, — с важным видом сообщил он. — Если быть совсем точным, то двух. И все это случилось не во время военных действий, милорд. Это был канун ноября, мы заметили огни в горах. Капитан и два лейтенанта отправились на разведку. Дело в том, что здесь много контрабандистов, деятельность которых мы должны пресекать. Вам, конечно, милорд, нет причин бояться их, мы выполняем свой долг и надежно охраняем эту территорию. — Офицер помолчал, а потом продолжал зловещим тоном, понизив голос: — До нас дошли слухи о призраках и о карете, которая промчалась через военный лагерь на такой бешеной скорости, словно за ней гнались черти. Я ее не видел. Возможно, это были выдумки. Но зато я видел тело одного из ушедших в разведку лейтенантов. Прошу прощения, миледи, но это был настоящий кошмар. А потом в наше расположение приплелся полуживой от страха капитан. Он как безумный все твердил о призраках и дамах в белом. — Офицер перевел дух. — Полковник Бамс положил этому конец, переведя капитана в другую часть. Однако некоторые поверили в его бред и стали вслед за местными жителями утверждать, что это были эльфы и феи. Безумный капитан, по их словам, описывал их короля и его леди, присутствовавших на балу. Королева была в белом одеянии и очень хороша собой. Эту девушку, по местным поверьям, король эльфов украл прямо из постели, положив на кровать вместо нее полено.

— Феи, эльфы… — с усмешкой промолвил Фэлен. — С ума сойти.

Офицер смущенно засмеялся, стараясь не выдать охватившего его беспокойства. Он был готов и дальше сопровождать графа и графиню, решивших размять ноги, но Фэлен вдруг отказался от его услуг. Взяв жену под руку, он направился к ожидавшей их карете.

В нескольких милях от военного лагеря, в котором они делали остановку, новая дорога заканчивалась. Здесь их поджидал Сенах с парой породистых верховых лошадей. Фэлену и Родди теперь предстояло подняться по старой заброшенной дороге к усадьбе.

Хотя при свете дня Сенах утратил всю свою таинственность, Родди беспокоило, что она не слышит его мыслей и не может заглянуть в его душу.

Сенах помог ей сесть в седло и дотронулся кончиками пальцев до ее руки.

— Вас смущает то, что вы не слышите меня, миледи? — произнес он. — Не обращайте на это внимания, это пустяки.

Родди испуганно отдернула свою руку.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — резко сказала она.

— Вы все отлично понимаете, леди Лассар.

И старик потрепал ее лошадь по холке. Родди охватила паника. Между тем Фэлен уже тронулся в путь. Она посмотрела на старика, и на мгновение их взгляды встретились. У Родди перехватило дыхание.

— Какая чушь… — пробормотала она и пришпорила свою серую лошадь.

— Присмотрите за лошадьми! — крикнул ей вслед Сенах, и его слова прозвучали как насмешка.

Еще до заката они добрались до своего временного пристанища. Дом под шиферной крышей стоял за холмом и не был виден с новой большой дороги. В его окнах горел свет, в воздухе пахло горящим торфом, которым топили печь. Здесь жила семья О’Коннел.

Это место по сравнению с другими безлюдными пейзажами дикого края казалось уютным и обжитым. Как только всадники въехали во двор, двери дома гостеприимно распахнулись, и на крыльцо вышел высокий мужчина, чем-то напоминавший Родди ее отца. Он сразу же направился к молодой графине, чтобы помочь ей спешиться.

— Добро пожаловать, королева фей, наша отважная девочка, — промолвил он. — Этот злодей заставил вас исколесить все графство. Но теперь наконец-то вы сможете отдохнуть в тихом уютном месте. Входите, прошу вас! А вы, Ивераг, слезайте в коня и присоединяйтесь к нам.

Спустя три часа Родди сидела за длинным столом, заставленным блюдами с беконом, дичью, жареной индейкой и бараниной. Затем им подали лосося, отварную треску, омаров, тушеный горох и картофель. Родди закрыла глаза, у нее больше не было сил есть.

Сидевшая во главе стола пожилая матрона, Майра О’Коннел, заметив по выражению ее лица, что гостья утолила голод и больше не прикоснется к угощениям, заявила своему сыну и остальным многочисленным домочадцам, что пора что-нибудь спеть.