Дебора Макгилливрей - В ее постели

Деймиан не сказал ей ни слова с тех пор, как они тронулись в путь, и это, если сказать правду, вызывало одновременно чувство облегчения и раздражение. Желудок снова всколыхнулся, предупреждая об утренней тошноте. В данный момент она не слишком беспокоилась о том, чтобы скрыть это. Уна заверила ее, что мужчины не отличаются сообразительностью в том, что касается признаков беременности. Достаточно будет сослаться на долгую езду верхом.

Эйтин заметила признаки возведения новой крепостной стены и сухой крепостной ров. Как только они подъехали, решетка была поднята, а мост через ров опущен. Первое свидетельство владения Шеллона. Раньше ворота были простыми. Гленроа уже несет на себе знак принадлежности норманнскому лорду.

Когда всадники въехали в замковый двор, Тамлин стремительно выбежала из главной башни, приподняв юбки повыше. Резко остановившись, она на мгновение задержалась глазами на Эйтин, потом ее взгляд быстро переместился на Джулиана. На лице у нее было написано беспокойство, словно она была безумно рада видеть Шеллона, но не знала, следует ли открыто показывать это перед всеми.

Шеллон спешился и передал поводья Моффету, затем повернулся к Тамлин. Выражение его лица не изменилось, поэтому трудно было судить, как Джулиан относится к молодой жене.

С мимолетной вспышкой расстройства Тамлин придала своему красивому лицу подобающее истинной леди выражение и приветствовала его:

– Добро пожаловать, лорд Шеллон. Я надеюсь, ваше дело уладилось ко всеобщему удовлетворению и путешествие было не слишком утомительным.

Несколько мгновений несносный гордец просто смотрел на Тамлин, а потом расхохотался.

– Мантия почтенной дамы не слишком хорошо сидит на моей дикой кошечке, а?

– Ох, Шеллон, замолчи. – Тамлин чуть ли не прыгнула в объятия своего мужа.

На сердце у Эйтин потеплело от того, как Тамлин бранит этого сурового лорда, как Шеллон называет ее своей дикой кошечкой. Наблюдая за ними, она вспомнила слова Моффета о том, как Тамлин командует Шеллоном. Всем было совершенно ясно, что Джулиан и Тамлин безумно любят друг друга.

Внимание Эйтин было отвлечено от любящей пары, когда кто-то тронул ее за руку. Она взглянула вниз и увидела, что Деймиан подошел, чтобы помочь ей спешиться. Но его взгляд был устремлен к Тамлин, которая все еще находилась в объятиях Джулиана. Его светлые серо-зеленые глаза наблюдали за ними с каким-то голодом, который пробуждал в Эйтин желание хорошенько пнуть его. Не сдержавшись, она именно это и сделала – ткнула его носком сапога – легкий тычок в ребра, дабы привлечь внимание к себе.

Покраснев за свое поведение, Тамлин подошла, когда Деймиан поднял Эйтин из седла.

– Эйтин, добро пожаловать. Как поживаешь? Нам не хватало тебя на празднике костров.

Когда Деймиан поставил Эйтин на ноги, она вырвала у него свой локоть. Злясь, метнула в него взгляд, который испепелил бы даже сильнейшего из мужчин. Затем она обняла свою кузину:

– Поздравляю тебя с замужеством, Тамлин. Извини, что меня не было. – Она улыбнулась Шеллону, затем вскинула бровь. – Так, значит, он прошел через обряд Меча и Кольца? Быть может, этот норманн – человек достойный. Я буду в той же комнате? Я устала после поездки, и мне нужно прилечь. – Что ей нужно, так это поскорее уйти от лорда Высокомерие, пока она не сломалась и не расплакалась. Или пока ее не вырвало. А может, и то и другое.

– В этой комнате остановился Сент-Джайлз. Ты можешь воспользоваться моей старой комнатой, – с теплой улыбкой ответила Тамлин, неловко переводя взгляд с Эйтин на кузена мужа.

Эйтин испепелила Сент-Джайлза взглядом.

– Почему меня это не удивляет? Он настоящий мастер по присвоению того, что ему не принадлежит. – Вздернув подбородок, она прошла мимо Деймиана и зашагала в сторону главной башни со всем достоинством, которое смогла наскрести.

Если она надеялась скрыться от Сент-Джайлза, то ее желание осталось неисполненным. Он взбежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и нагнал ее на полпути по коридору. Она попыталась сделать вид, что не слышит, как он бежит за ней, но когда приблизилась к лестнице, он схватил ее за руку.

– Эйтин, ты выглядишь бледной. Ты хорошо себя чувствуешь?

Эйтин нахмурилась, потом закатила глаза.

– Наблюдательный лорд Высокомерие. Пожалуйста, отпустите меня. Я утомлена долгой поездкой, и мой желудок жалуется. Должно быть, что-то съела.

Он поднял руку и провел большим пальцем по ее скуле.

– Ты из-за чего-то расстроена? Ты кажешься сердитой, измученной.

– О, и с чего бы это? Мне велят оставить дом, ехать верхом, а потом… – Она осеклась, прежде чем разбранить его то, что он растрачивает свою любовь на женщину, которая никогда не будет его, в то время как перед ним стоит та, которая любит его всем сердцем. Она едва не подавилась слезами, подступившими к горлу. – Пожалуйста, отпусти меня, мне бы не хотелось испачкать ваши сапоги.

– Ты нездорова?

Она нетерпеливо выдохнула:

– Упаси меня Бог от мужчин, которые наконец замечают то, что вот-вот их укусит. – Вырвавшись, она взлетела о лестнице, вбежала в комнату и захлопнула за собой дверь него перед носом.

Эйтин стояла у бойницы и наблюдала за мужчинами внизу, дерущимися на мечах на тренировочной площадке. Шеллон тренировался в использовании клеймора – сабли шотландских горцев – с одним из своих оруженосцев, – кажется, мужчину звали Джервас. Тамлин хлопотала, раскладывая и развешивая вещи Эйтин. Эйтин улыбнулась кузине:

– Тамлин, тебе совсем не обязательно все это делать. Для этого есть слуги. – Она знала, что напрасно тратит слова, ибо кузина редко просила других выполнить работу за нее.

– Мне не трудно. В последние дни у меня столько лишней энергии, что я просто не знаю, куда ее девать. – Тамлин улыбнулась, но улыбка померкла, когда янтарные глаза окинули Эйтин оценивающим взглядом. – Ты беспокоишь меня, дорогая кузина. Ты нездорова?

– Ох, Тамлин, меня засасывает трясина. – Эйтин шмыгнула носом, затем откусила крошечный кусочек сухого яблока, обнаружив, что оно помогает справиться с тошнотой. – Это, может быть, беспокойство… но я боюсь, что беременна. Все признаки налицо. Уна подтвердила.

– Беременна? – потрясенно повторила Тамлин, потом улыбнулась и приложила ладонь к животу. – Я, возможно, тоже.

«Сегодня ночь Белтейна, Майского праздника. Ночь великого волшебства. Оно затрагивает твою кузину в Гленроа и, как в зеркальном отражении, воздействует и на твою жизнь».

– Белтейн? – спросила Эйтин, услышав прозвучавшие в голове слова Уны.

Тамлин кивнула:

– Я увела Шеллона в сад.

Глаза Эйтин расширились.