Марджори Фаррелл - Бессердечный лорд Гарри

— Значит, дело в ранении? Вы, должно быть, чувствовали себя на волосок от смерти?

Гарри встал и отвернулся от Кейт. Глядя в сторону, на каменистую осыпь, он медленно заговорил, с трудом произнося слова:

— Я не был ранен в Бадахосе, мисс Ричмонд.

— Как?

— Точнее, был, но не во время осады. Я вышел из этой резни без единой царапины. Я вошел в город по телам мертвых и умирающих. И, должен сознаться, все это не казалось мне более ужасающим, чем другие битвы, — добавил он с иронией.

— Тогда где же вы были ранены?

— Сомневаюсь, что люди много размышляют о том, как ведут себя солдаты после битвы, мисс Ричмонд. Что-то происходит с ними, когда они охвачены страхом и жаждой крови одновременно. Знаете, есть некая связь между убийством и… вожделением. Солдаты, прошедшие через ад, казалось, сами хотели сотворить его… Короче говоря, я наткнулся на двоих солдат, насиловавших двух женщин, монахинь. Одной их них было, наверное, за шестьдесят. Другой, послушнице, судя по ее покрывалу, — лет шестнадцать. Старшая была уже мертва, мисс Ричмонд, но солдаты продолжали свое дело.

Гарри видел перед собой не зелень травы, а белое покрывало монахини, залитое кровью, которое стащили с головы девушки, видел ее черные волосы, задранную одежду и слышал урчание солдат, похожее на хрюканье свиней, которое они издавали, продолжая насилие.

Гарри говорил каким-то скучным, монотонным голосом, и Кейт вначале не могла поверить его рассказу. Это было так ужасно, что она как будто окаменела, слушая его.

— Я приказал им прекратить насилие, но они лишь рассмеялись мне в лицо. Один из них сказал: «В любви и на войне все средства хороши». Когда же я попытался оттащить их, один вонзил в меня штык, а другой выстрелил. Мне повезло: мои товарищи, следовавшие за мной, прикончили их и отнесли меня в лазарет.

Кейт все еще не могла осознать услышанное. Лорд Сидмут — а ведь на его месте мог быть Гарет — испытал нечто настолько чудовищное, что невозможно было найти слова утешения. Ей хотелось подойти к нему и обнять, но что он может подумать о ней тогда?

— Теперь вы понимаете, мисс Ричмонд, что я увидел, в каких скотов могут превратиться мужчины. Вернувшись домой, я постарался забыть это, изгнать из памяти воспоминания, бесцельно ухаживая за женщинами, которых никогда по-настоящему не желал. Вы верно угадали это, моя дорогая Кейт, — тихо добавил он.

Кейт почувствовала, как на ее глазах выступили слезы. Она не могла быть там, но здесь, сейчас чувствовала всю его боль.

— Лорд Сидмут… — произнесла она. Гарри повернулся и посмотрел на нее.

— Весной я смотрел «Короля Лира», — медленно проговорил он. — Я знаю, как он чувствовал себя: его мир лишился смысла, все и вся прогнило. Как можно в таком мире верить в любовь?

Кейт поняла, что ее слова ничего не могут изменить. Ей придется рискнуть и попытаться раскрыть ему его собственное сердце. Она не может ошибаться: он ее любит. Кейт встала и подошла к нему. Положив руки на плечи, она сказала:

— Пожалуйста, поцелуй меня еще раз, Гарри.

Он лишь печально посмотрел на нее, и тогда она подняла руку и провела пальцем по его щеке и губам. У него перехватило дыхание, а Кейт ощутила, как глубоко внутри зарождается в ней восхитительное чувство желания. Она подняла голову и, взяв его за руки, заставила опуститься на колени перед собой. Гарри судорожно обхватил ее и зарыдал.

— О, мой любимый, — прошептала она, прижимая его голову к груди и давая ему выплакаться в ее объятиях.

Так прошло несколько минут, потом рыдания стихли, и он поднял голову. Она не дала ему времени подумать и стала целовать с бесконечной нежностью, всем сердцем желая, чтобы ее любовь стерла воспоминания последних двух лет его жизни или хотя бы представила их в ином свете. На этот раз он ответил ей. Сначала он целовал ее нежно, потом все более страстно. Вскоре они опустились на траву.

Кейт поражало и слегка пугало то, что она испытывала. Она хотела, чтобы он расстегнул ей платье, спустил его с плеч и начал ласкать грудь, и он сделал это, как будто прочитав ее мысли. Ей захотелось, чтобы он взял ее руку, опустил и прижал к тому месту, где вздымался символ его желания, и он сделал это. Он ласкал ее грудь, а Кейт почувствовала, как между ног у нее как будто что-то плавится. Когда он провел рукой по ее ногам под юбкой, она прошептала: «Подожди», быстро сняла панталоны и позволила ему поднять юбку вверх. Он застонал от наслаждения, припав лицом к ее животу.

Кейт хотела опустить руку вниз, но ей помешали его бриджи. Быстро отвернувшись, он спустил их и опять повернулся к ней. Сначала она стеснялась смотреть, но потом, подняв глаза, увидела, как он склоняется над ней. Он стал ласкать ее своим членом, нежным и твердым одновременно. «Сейчас, Гарри, сейчас…», — прошептала она.

Он понимал, что причинит ей боль в первый раз, и входил в нее медленно. Но она изогнулась и сделала движение навстречу его медленному погружению, и вот он уже был внутри. Начав ритмичные движения, он на мгновение поддался панике из-за возникшего вновь воспоминания, но через секунду уже весь был в настоящем. После своего оргазма, оставаясь в ней, он перевернулся так, чтобы наверху оказалась она, и довел ее до экстаза.

Кейт казалось, что она тает. Если бы она действительно превратилась в воду, то излилась бы на Гарри и на склон горы, даруя то, что наполняло ее, ему, траве, земле и всему вокруг. Он наполнил ее до предела, и она чувствовала, что никогда больше не ощутит пустоты.

— О Боже, — произнес он со стоном, повернувшись и привлекая ее к себе. — Я так люблю тебя, и вот что с тобой сделал.

Но в словах его не было отчаяния, хотя она поняла, что он действительно сожалеет. В голосе его она уловила тот же восторг, который испытывала сама.

— Я тоже люблю тебя, Гарри Лифтон, — сказала она, глядя ему в глаза и улыбаясь, чтобы не дать пожалеть о происшедшем.

На его лице промелькнуло удивление.

— Любишь?

Кейт ответила, нарочито используя йоркширское просторечие:

— А ты думаешь, парень, я валяюсь в траве с первым встречным? Это я первой поцеловала тебя, запомни это!

— Ты права, и слава Богу, что ты сделала это. Мой страх мешал мне. Но потом мной овладело нечто, похожее на… Не могу выразить.

— На радость и желание.

— Именно так. А ведь я желал тебя с того дня в Пэдстоу. Как странно, не правда ли? Тогда весь день царило желание и единение, чистые, не запятнанные насилием. Мне это помогло снова хоть немного поверить в себя. Вернувшись в Лондон, я почувствовал, что как будто излечился от горячки. Меня больше не тянуло ухаживать за девушками, которых я не желал.

— И за мной!

— Потому что мое так называемое прирожденное обаяние изменяло мне всякий раз, когда я оказывался рядом с тобой, мисс Кейт Ричмонд.