Мэри Патни - Сомнения любви

– Просто догадалась. — Мария поморщилась. — Мне и самой совсем не хочется быть на виду, но я должна понять, смогу ли я плавать в тех водах, если все же мы с Адамом поженимся. Мы с отцом никогда не вращались в высшем обществе, но мне постоянно приходилось приноравливаться к новым ситуациям, так что, наверное, у меня должно получиться.

Джулия медлила с ответом, и неуверенность отражалась на ее лице.

– Я знаю, что мне не следует ехать в Лондон, но… да, я поеду с тобой. У меня тоже есть в столице дела. — Она поднялась. — Что касается одежды, подожди здесь минуточку.

Минуточка растянулась настолько, что полосатая кошка Джулии успела прыгнуть Марий на колени и устроиться там с комфортом. Была выпита еще чашка чая и съеден еще один кусок пирога к тому времени, как Джулия вернулась с охапкой нарядов. Все это были дневные платья отличного качества, сшитые пусть не по последней моде, зато из дорогих тканей красивых цветов. Мария даже задохнулась от неожиданности.

– Откуда?

– Прошу, не спрашивай, — сказала Джулия, бросив платья на стул.

Мария кивнула. Она догадывалась, что одежда эта осталась с тех времен, когда Джулия была замужем. Должно быть, она была совсем юной, когда умер ее муж, поскольку она была не намного старше Марии, а жила в Хартли уже не один год.

Отогнув подол одного из платьев, Мария принялась изучать швы.

– Очень хорошая работа. Платья немного вышли из моды, но их можно слегка переделать, и они будут смотреться вполне современно.

– Я не хочу ничего модного, — твердо заявила Джулия. — Меня вполне устроит, если они будут смотреться просто и строго.

Действительно, теперешний стиль жизни Джулии подразумевал строгость и простоту, но, глядя на эти наряды, нетрудно было догадаться, что у Джулии было более гламурное прошлое.

– Как скажешь. В любом случае переделка много времени не отнимет. Достаточно поменять отделку и, возможно, добавить что-нибудь вроде фишо на платья с глубоким декольте.

Джулия достала розовое платье из-под вороха других.

– Я хочу, чтобы это платье ты взяла себе. Этот цвет тебе идет.

Мария с удовольствием провела рукой по рукаву.

– Ты уверена, что хочешь отдать его мне? Такой славный атлас. Это платье можно распороть и сделать вставки того цвета, какой больше подходит к твоим темным волосам.

– Я предпочла бы, чтобы ты его взяла. — Между бровей Джулии пролегла складка. Похоже, с этим платьем были связаны кое-какие не самые лучшие воспоминания.

Мария вытащила из вороха красивое зеленое прогулочное платье.

– Надень его, и мы решим, что с ним нужно сделать.

Обычно серьезное лицо Джулии просветлело.

– Мне уже все это нравится, Мария. Покуда я буду избегать общества, ничто не омрачит моего пребывания в столице.

На следующее после званого ужина утро Мария уже успела поесть и выйти из дома к тому времени, как Адам встал с постели, измотанный кошмарами и не выспавшийся. Он завтракал в одиночестве, когда Рэндалл ворвался в комнату, опередив горничную, которая впустила его в дом.

– Доброе утро, Эш. Я подумал, что хорошо бы нам пострелять.

Адам заморгал в недоумении.

– Я должен убить беззащитное создание, не закончив завтракать?

Рэндалл усмехнулся:

– Вот наиболее убедительное доказательство того, что это — все еще ты. Ты не против, если я угощусь ветчиной? — Не дожидаясь ответа, Рэндалл взял ломтик ветчины и тост, затем налил себе чаю и сел напротив Адама. — Я никогда не знал, охотился ли ты когда-нибудь, но, как я сказал вчера, ты отличный стрелок. Я подумал, что нам стоит пострелять по мишеням, чтобы посмотреть, все так ли ты меток.

– Интересный вопрос: умение стрелять закладывается в сознание или в тело? — задумчиво протянул Адам. — Я не смог бы сказать даже, с какой стороны заряжают ружье.

– Отлично! Если тот удар по голове столь пагубно сказался на твоем мастерстве, то сегодня у меня есть шанс тебя победить. — Рэндалл угостился еще одним тостом.

– Вы договорились по очереди проводить со мной время, чтобы проверить, какие куски памяти вы можете из меня вытрясти? — сухо поинтересовался Адам.

– Не много времени тебе понадобилось, чтобы нас раскусить. — Рэндалл проглотил ветчину. — Кухарка мисс Кларк — настоящее сокровище. Неудивительно, что ты не хочешь отсюда уезжать.

– Вы заключили пари, кому из вас первому удастся заставить меня вспомнить прошлое?

– Нам это не пришло в голову, но мысль неплохая. — Рэндалл доел все, что было у него на тарелке, и посмотрел на пустую тарелку Адама. — Готов проверить свое мастерство?

– Похоже, у меня нет выбора. Надеюсь, оружие при вас? — Адам встал, мысленно признавшись себе в том, что ему самому любопытно, сохранились ли у него навыки стрелка.

– Оружие — мой конек. — Проходя через холл, Рэндалл прихватил с собой длинное ружье в кожаном чехле, которое он приткнул в угол.

Утренний туман рассеялся. Солнце светило. Интересно, где Мария, подумал Адам. Он чувствовал себя лучше, когда знал, что она где-то рядом. Скорее всего она отправилась навестить Джулию.

– За садом есть подходящая площадка, чтобы никого не задеть шальной пулей.

– Получается, ты кое-что помнишь, даже если сам об этом не догадываешься, — задумчиво протянул Рэндалл.

– Возможно. Или во мне говорит всего лишь здравый смысл. — Адам пристально смотрел на своего гостя. Высокий, светловолосый, худощавый. Рэндалл был типичным англичанином, хотя и сжат, как пружина, что для англичан не типично. — Сегодня вы в лучшем расположении духа, чем вчера. Вчера у вас был такой вид, словно вы готовы всех перекусать. Какое из настроений для вас более характерно?

– Я думаю, вчерашнее. Сегодня у меня хорошее настроение, потому что до меня наконец дошло, что ты жив. У меня не так много друзей, чтобы легко мириться с потерей даже одного. Вообще-то терять друзей мне приходилось довольно часто, но не тех, кто живет в тихой и мирной Англии.

– Простите, что едва вас не подвел. — Адам поймал себя на том, что они незаметно для себя стали подтрунивать друг над другом, то есть вести себя так, как и должны вести себя старинные приятели. Интересно… — Я видел сон, в котором я вывозил вас из одного дома в Лондоне. Вы были очень больны. Это было на самом деле?

Выражение лица Рэндалла изменилось — стало более напряженным.

– Я прихожусь племянником человеку, который меня не слишком любит. Он не мог меня убить, но когда я раненый вернулся с Пиренеев, он оставил меня умирать, отказав в какой бы то ни было помощи.

Адам поморщился:

– Я рад, что предпринял адекватные действия. С его стороны были преследования?