Кристина Дорсей - Море желания

– Но я до сих пор решительно не понимаю, какое отношение имеет ко мне эта трогательная история. – Девушке отчего-то стало не по себе, и несмотря на теплую ночь, по телу ее пробежал озноб. – А что… что случилось с ним потом?

– Он был предан женщиной. Англичанкой.

– Предан и…

– И убит.

Даже ожидая чего-то подобного, Меридит не смогла сдержать сдавленный крик.

– На Джайреда было страшно смотреть. К тому же он во всем винил только самого себя.

– Почему?

– Бог его знает. Даже сестра, которую капитан тоже очень любит, не смогла добиться от него ничего вразумительного. И никто не смог. Вот с тех пор он ненавидит все, что имеет какое-либо отношение к Англии. В свое время он поклялся, что не оставит в покое ни одного предателя…

Даниэль смолк, наградив Меридит странной холодной улыбкой.

– Хватит! Я и так уже сказал вам слишком много. Еще раз прошу вас простить меня.

– Но извиняться тут не за что. Вы были очень любезны.

– В таком случае мне следовало бы принести извинения за моего брата, он…

– Я думаю, этого не понадобится, кузен, – послышался из тумана голос, и рядом возникла высокая фигура капитана. – К тому же я могу извиниться и сам, если, конечно, в этом есть необходимость.

Уэллис в ответ на слова кузена весело и непринужденно рассмеялся.

Меридит не уловила и половины слов Блэкстоуна, погруженная в раздумья над только что услышанной историей. Джайред же угрюмо молчал, и ситуация начинала становиться тягостной для всех.

Но тут, на счастье, появился Тим и доложил, что шлюп готов. Неожиданно для себя Меридит бросилась к мальчику и крепко обняла его, почувствовав в ответ несмелое мальчишеское прикосновение. На глазах у нее выступили слезы. Она теряла еще одну ласковую и преданную душу.

– Береги себя, Тим!

– И вы тоже, ваша милость! – И мальчик ринулся прочь.

Путешествие на лодке до берегов Лендс-Энда оказалось тяжелым и неприятным. Ближе к меловым берега канала туман стал еще плотней, и Меридит не понимала, как это капитану удается вести шлюп к цели. Маленький фонарь на носу освещал пространство не больше чем на метр вокруг, и трое путешественников казались затерянными в огромном враждебном мире.

Все разговоры ограничивались указаниями Джайреда кузену, который, не будучи моряком, все же старался хотя бы в чем-то помочь.

Сидя на корме, Меридит подумала, что они никогда уже не доберутся до берега, но вскоре шлюп зашуршал носом о прибрежный песок. Берега было не видно, но капитан уверенно выпрыгнул из лодки и вытащил ее на хрустящую гальку.

Меридит была дома.

Она задержалась в шлюпе чуть дольше, чем следовало, чтобы сполна и в одиночестве испытать радостное чувство возвращения домой, но его не было.

Уэллис протянул ей руку, и с неохотой Меридит все же приняла ее.

Капитан же явно не намеревался долго задерживаться на вражеском берегу.

– Туда! – махнул он рукой в сторону вырубленных в скале ступеней.

– Темно, как в погребе, – проворчал Даниэль. – Здесь нам будет не подняться. – Не обращая на него внимания, Джайред, не сбавляя шага, шел вперед. – Ладно, но тогда позволь мне идти за леди Меридит, ибо падение с такой высоты будет для нее смертельным.

– Хорошо. – Блэкстоун остановился на секунду и приподнял фонарь. – Будем подниматься медленней.

Но «медленней» для капитана отнюдь не соответствовало возможностям Меридит. Ноги ее то и дело путались в юбках, она, спотыкаясь, хваталась одной рукой за камни, а другой пыталась ухватиться за корявые, отовсюду вылезающие корни деревьев.

Фонарик плясал далеко впереди нее, и она упорно старалась не отставать. Неожиданно нога ее наступила на скользкий от сырости край гранитной ступени и… нелепо размахивая руками и, крича от ужаса, Меридит полетела вниз. Правда, в последнюю секунду ее пронзила резкая боль в плече, которое, вероятно, выскочило из сустава от мощного рывка вверх, и она потеряла сознание.

– Боже праведный, все ли в порядке? – услышала девушка встревоженный шепот Даниэля.

– Да, – пробормотал Джайред и, взяв девушку на руки, поспешил отойти от края скалы. Какое счастье, что он, инстинктивно бросившись на крик, успел схватить падающую Меридит за руку.

– Что произошло? – поинтересовался Уэллис, когда они выбрались наверх.

– Не знаю, – лепетала Меридит, стараясь унять дрожь в голосе и не желая покидать капитанских объятий. – Я поскользнулась, или, может быть, какой-то корень, и я споткнулась…

– Идемте скорей к дому. Вы можете передвигаться? – обратился к Меридит капитан, все же не спуская ее с рук. Так он пронес ее через весь сад.

С первого же взгляда на дом всем стало ясно, что в нем никто уже больше не живет и он мертв. Место было запущено. Парадная дверь даже не была заперта и печально скрипела несмазанными петлями, наводя холодную и жуткую тоску. Главный холл смотрелся склепом. Джайред поджег какую-то оставшуюся на столе салфетку и приподнял ее как факел. Их глазам предстала фантастическая картина запустения, усиленная разбросанной и поломанной мебелью и паутиной по всем углам.

Увидев такое разорение, Меридит едва удержалась от слез, но заставила себя молча подняться наверх в свою комнату, где, как ей казалось, она сможет провести в безопасности хотя бы сегодняшнюю ночь.

Но не прошла она и трех шагов, как к ней подбежал капитан с уже найденной где-то свечой.

– Все не так уж плохо, – пытаясь улыбнуться, прошептала Меридит, стараясь в первую очередь убедить в этом себя, а не его. – Я потом… – добавила она тихо и замолчала, не в силах говорить.

Дверь ее спальни была открыта, и Меридит метнулась туда. Увы, она была встречена таким оглушающим писком и хлопаньем птичьих крыльев, что силы оставили ее, и она упала прямо в руки Джайреда.

Капитан спокойно поставил свечу на пол и стал ласково гладить ладонями плечи и голову девушки, стараясь ее успокоить. Он понимал, что она слишком устала. Осторожно поднял он ее подбородок, чтобы заглянуть в голубые заплаканные глаза, но увидев призывно раскрытый жаждущий рот, и склонился над ним.

Меридит слабо застонала и вплела свои тонкие озябшие пальцы в черную гриву его волос. Поцелуй был бесконечен, ибо девушка знала, что он последний. Не в силах оторваться от Джайреда, она просунула руки под влажную рубашку, чтобы еще раз ощутить его горячую кожу.

Джайред оторвался от ее губ и мягко отвел от себя девичьи руки. Долгим взором смотрел он на прекрасное лицо, которое ему предстояло покинуть навеки. Оно было белым и неподвижным. Сначала Меридит, утомленная перенесенной дорогой, убитая видом разоренного дома и прощанием, даже не поняла, что происходит. Джайред властно тянул ее из комнаты за руку.