Сьюзен Джонсон - Понравиться леди

— Ты мне слишком небезразлична. Намного легче очаровать женщину, когда тебе на нее плевать.

— Зато такая любовь отнимает меньше нервов.

— Боже, опять ты не в настроении, — поморщился Робби.

— Наверное, созерцание тебя в компании твоих обожательниц вывело меня из равновесия. А милая сценка в холле достойно завершила мой вечер.

— Мой вечер был не лучше, — пожал плечами Робби, вспоминая о назойливых приставаниях обезумевших от похоти женщин. — Но от меня зависит, чтобы остаток ночи прошел намного приятнее. Смотри! — Он протянул руки. — Вот уже в третий раз я проливаю кровь ради тебя.

— И вид твоей крови должен меня утешить?

— Нет, но ты должна любить меня, как люблю тебя я, — мягко повторил Робби. — Пожалуйста, Рокси, может, хватит ссор?

Его вкрадчивые слова, казалось, проникли в ее сознание и усмирили гнев. Но по-прежнему ни в чем не уверенная, Роксана боялась, что не справится со сложностями, связанными с любовью к такому человеку, как Робби Карр.

— Мне нужно хотя бы извинение. И не одно.

— Я с радостью кладу к твоим ногам десять тысяч извинений. Или миллион, если ты снова улыбнешься мне.

Гордость и самоуверенность Робби были жестоко уязвлены. Он стоял перед ней, босой, полуодетый, высокий и сильный, с окровавленными по ее вине руками, и складывал к ее ногам миллион извинений.

— Не знаю, — выдохнула Роксана едва слышно, сраженная серьезностью его намерений и своим желанием. — Не знаю, люблю ли я тебя, как ты меня любишь… или больше.

— Не больше, — спокойно ответил Робби. — Больше невозможно.

Быть любимой так сильно… Его слова были факелом, поднесенным к ее дремлющей страсти. И она улыбнулась открытой, теплой улыбкой.

— Сними рубашку.

Робби повиновался.

— А теперь панталоны.

Он не подчинялся приказам с раннего детства. И даже тогда — лишь некоторым. И теперь чувствовал себя неловко в подчиненной роли. Но тем не менее сделал, как она велела. Расстегнул панталоны, спустил и ногой отбросил в сторону.

— Надеюсь, ты достаточно позабавилась?

— Побалуй меня, дорогой. Ты выглядишь великолепно… с головы до ног, — пробормотала Роксана, не сводя глаз с его могучей плоти.

— А ты выглядишь как женщина, которую прямо сейчас возьмет ее любовник.

Она слегка откинула голову и пристально оглядела его. Он сухо улыбнулся:

— Не сейчас.

— Тебе с таким трудом дается покорность?

— Я бы нашел другие слова, — пожал плечами Робби.

Роксана фыркнула.

— Ты добиваешься невозможного, — признался он.

— А если я начну настаивать?

— Придется заставить тебя изменить свое мнение.

Робби шагнул вперед. Роксана на мгновение застыла.

— Твоя сговорчивость длилась недолго.

— Прости.

Одолеваемый желанием, нетерпеливый, он, однако, сдерживался из последних сил.

— Может, я сумею угодить тебе другим способом?

— А именно?

Робби был так близко, что Роксана снова запрокинула голову.

— Постарайся угадать. У тебя три попытки.

— А если я угадаю правильно, меня ждет приз?

— Тебя ждет приз, даже если не угадаешь.

— Мм… ты спешишь?

— О, я готов ждать сколько угодно. — Он без всяких усилий подхватил ее на руки и понес в спальню. — Можешь думать, пока я стану тебя любить.

— А если меня оскорбит такая дерзость?

— Оскорбила бы, — улыбнулся Робби. — Если бы ты так сильно не хотела лечь в постель.

— Имеешь в виду, лечь в постель с тобой? Или тебе все равно, с кем я лягу?

— Ты спрашиваешь меня? — прошептал Робби. — Когда сегодня ночью я мог бы поиметь дюжину женщин?

Она смешливо наморщила нос.

— Впрочем, я однолюб, — со страстью сказал Робби и, подняв шелковые юбки Роксаны, устроился между ее теплыми бедрами.

— Советую таким и оставаться.

— Или?…

Он подвел свою плоть к ее жаркому лону.

— Или мне придется отказать тебе.

Роксана беззастенчиво лгала, потому что ее ноги раздвинулись сами собой. Медленно скользнув в нее, Робби прошептал:

— Почему бы нам не поговорить об этом позже? Как можно забыть безграничное, всепоглощающее наслаждение… Как можно от него отказаться?

Он проник еще глубже, и восхитительный озноб пробежал по спине Роксаны, обостряя чувственность, раскаляя кровь. Ощущение было такое, словно на нее обрушились горячие солнечные лучи. Как странно, что этот поток чувств не запечатлелся в ее памяти! Как странно, что она, пусть ненадолго, решила больше никогда не испытывать ничего подобного!

— Обещаю быть сговорчивым с завтрашнего утра, — прошептал Робби, желая угодить ей, желая подарить весь мир, потому что только с ней он чувствовал себя на седьмом небе.

— Тогда люби меня, — прошептала Роксана, в который раз пораженная его силой и мощью, эгоистично желая получить его вечную любовь.

Снова и снова ощущать его жаркие ласки. Но она не собиралась говорить об этом сейчас, когда они только что помирились, Ей было довольно этих острейших ощущений и головокружительного блаженства.

— Я буду всегда любить тебя, — поклялся Робби.

— Больше мне и желать нечего.

Роксана хотела верить его словам, даже если это — сладкий обман…

— Мне тоже, — прошептал Робби, словно прочитав ее мысли.

Он испытывал то же, что испытывала она.

Они слились в одно целое. Пульсирующая плоть и шелковистое копье соприкоснулись и сплавились. Несколько минут Робби лежал неподвижно, оставаясь глубоко в Роксане. Она тоже застыла. Он первым стал двигаться. Или это была она? Трудно сказать, ведь они были вместе. Вдвоем. И оба были не способны мыслить связно.

— Больше я тебя не отпущу, — тихо пробормотал Робби.

Он забыл обо всем, кроме всепоглощающей потребности завладеть Роксаной окончательно и навсегда.

— А я не выпущу тебя из постели, — пообещала она.

Робби приподнял голову и взглянул ей в глаза.

— Я тоже не люблю расставаться с тем, что считаю своим, — прошептала она.