Джулия Куин - На пути к свадьбе

Грегори кивнул. Он не мог представить, что мать знает правду о Хейзелби. Этот факт не был общеизвестен. Естественно, об этом шептались. Шепчутся всегда. Но никто не решался повторять эти слухи в обществе дам.

– Я получила приглашение на свадьбу, – сообщила Виолетта.

– Вот как?

– Как я понимаю, это будет пышное мероприятие.

Грегори на мгновение стиснул зубы.

– Ей предстоит стать графиней.

– Да, верно. Такое не празднуется в узком кругу.

– Нет.

Виолетта вздохнула.

– Обожаю свадьбы.

– Разве?

– Да. – Она снова вздохнула, причем с еще большим трагизмом, хотя Грегори не предполагал, что такое возможно. – Они так романтичны, – добавила она. – Невеста, жених...

– Как я понимаю, они оба являются непременными атрибутами церемонии.

Мать осуждающе посмотрела на него.

– Как я могла воспитать сына, полностью лишенного романтики?

Грегори решил, что ответа на этот вопрос не существует.

– Стыдись! – заявила Виолетта. – Я собираюсь пойти. Я почти никогда не отказывалась от приглашений на свадьбу.

И тут раздался голос:

– А кто женится?

Грегори обернулся. Это была его младшая сестра Гиацинта. Как всегда, она совала свой нос во все, что ее не касалось.

– Лорд Хейзелби и леди Люсинда Абернети, – ответила Виолетта.

– Ах да, – нахмурилась Гиацинта. – Я получила приглашение. В церкви Святого Георгия, не так ли?

Виолетта кивнула.

– А затем будет прием в Феннсуорт-Хаусе.

Гиацинта оглядела зал. Она делала это очень часто, даже тогда, когда никого не искала.

– Странно, что я с ней не знакома, правда? Она сестра графа Феннсуорта, верно? – Она пожала плечами. – Странно, что я и с ним не знакома.

– Леди Люсинду еще не представили свету, – пояснил Грегори. – Официально, во всяком случае.

– Значит, сегодня состоится ее дебют, – объявила Виолетта. – Это будет просто замечательно!

Гиацинта посмотрела на брата пристальным, острым как бритва взглядом.

– Кстати, Грегори, а как ты познакомился с леди Люсиндой?

Он открыл уже рот, чтобы ответить, но Гиацинта помешала ему:

– И только не говори, что ты с ней не знаком, потому что Дафна уже все мне рассказала.

– Тогда зачем ты спрашиваешь?

Гиацинта сморщилась.

– Она не рассказала, как вы познакомились. Дафна сказала, что ты очень хотел, чтобы леди Люсинда получила приглашение.

– Ты когда-нибудь замолкаешь? – перебил ее Грегори.

– Только не с тобой, – парировала Гиацинта. – Откуда ты знаешь ее? И, что важнее, насколько близко? И почему ты так беспокоился о приглашении женщины, которая через неделю выйдет замуж?

И после этого, как ни удивительно, Гиацинта замолчала.

– Я сама задавалась тем же вопросом, – проговорила Виолетта.

Грегори перевел взгляд с матери на сестру и решил, что никакого уюта – того самого, о котором он рассказывал Люси, – большая семья не приносит. Что многочисленные родственники – это сплошная неприятность и еще много чего другого, чему он в настоящий момент не мог подобрать правильного слова.

Что, вероятно, было к лучшему, – иначе он отреагировал бы на их бесцеремонность и вмешательство.

Как бы то ни было, он собрал в кулак все свое терпение и ответил обеим женщинам:

– Я познакомился с леди Абернети в Кенте. В прошлом месяце, на приеме у Кейт и Энтони. И я попросил Дафну пригласить ее на сегодняшний прием, потому что она – очень милая молодая дама, и мы вчера случайно встретились в парке. Ее дядя отказался вывозить ее в свет, и я подумал, что совершу доброе дело, если дам ей возможность на один вечер сбежать из дома.

Подняв бровь, Грегори молча подталкивал женщин к реакции.

Те, естественно, отреагировали. Не словами – слова никогда не сравнились бы по своей действенности с бросаемыми ими двусмысленными взглядами.

– Господи! – буквально взвыл Грегори. – Да она же обручена! Скоро выйдет замуж!

Это не произвело практически никакого эффекта. Он нахмурился.

– Вам кажется, что я пытаюсь помешать ее свадьбе?

Гиацинта моргнула. Несколько раз, так, как она всегда моргала, когда усиленно размышляла над тем, что ее абсолютно не касалось. К огромному удивлению Грегори, она издала лишь короткое «гм» и проговорила:

– Наверное, нет. – А потом оглядела помещение. – Но мне все равно хотелось бы познакомиться с ней.

– Обязательно познакомишься, – заверил ее Грегори и поздравил себя. Он поздравлял себя с этим как минимум раз в месяц – с тем, что у него хватало воли терпеть свою сестру.

– Кейт написала мне, что она очаровательна, – сказала Виолетта.

У Грегори упало сердце.

– Тебе написала Кейт? – Боже, что она там написала? Плохо, что Энтони знает о его фиаско с мисс Уотсон – естественно, он все вычислил, – но если об этом узнает мать, его жизнь превратится в сущий ад.

Она замучает его своей добротой. В этом Грегори не сомневался.

– Кейт пишет дважды в месяц, – ответила Виолетта, дернув изящным плечиком. – И все мне рассказывает.

– А Энтони об этом знает? – спросил Грегори.

– Не имею ни малейшего представления, – заявила Виолетта, окидывая его надменным взглядом. – Вообще-то это не его дело.

Господь всемогущий!

Грегори с трудом удалось не произнести это вслух.

– Как я поняла, – продолжала мать, – ее брата застали в компрометирующей ситуации с дочкой лорда Уотсона.

– Серьезно? – Гиацинта, внимательно рассматривавшая толпу, тут же навострила уши.

Виолетта задумчиво кивнула.

– А я все гадала, почему свадьба была такой поспешной.

– Ну, именно поэтому, – буркнул Грегори.

– Гм, – внесла свою лепту в беседу Гиацинта.

– Был страшный шум, – обратилась к дочери Виолетта.

– Между прочим, – сказал Грегори, с каждой секундой раздражаясь все сильнее, – все удалось замять.

– Но слухи появляются всегда, – отметила Гиацинта.

– Вот и не надо этому способствовать, – предупредил ее Грегори.

– Не скажу ни слова, – пообещала Гиацинта и взмахнула рукой с таким видом, будто никогда в жизни не сплетничала.

Грегори недоверчиво хмыкнул.

– Прошу тебя, пожалуйста.

– Не скажу, – подтвердила свое обещание Гиацинта. – Я свято храню секрет, пока знаю, что это секрет.

– А-а, это значит, что ты начисто лишена благоразумия?

Гиацинта недобро прищурилась.

Грегори поднял брови.

– Да сколько же вам лет? – всплеснула руками Виолетта. – Боже, вы оба ни на йоту не изменились с тех пор, как вас водили на помочах! Я не удивлюсь, если вы вдруг начнете таскать друг друга за волосы!

– Ой, мама, – сказала Гиацинта, улыбкой отвечая на слова матери. – Он знает, что я дразню его только потому, что ужасно люблю. – Она одарила Грегори лучезарной улыбкой.