Дженнифер Эшли - Нежданно-негаданно

– Мама Александра, – с сияющими глазами сказала Мэгги. – Кажется, она уже здесь.

Экипаж повернул. Диана с трудом приоткрыла глаза и выглянула в окно: они проехали через красивый ухоженный парк по дорожке, затем по трем круто изогнутым мостам и наконец остановились перед домом с портиком, правое и левое крылья которого напоминали большие руки. Вечер уже был поздний, но лучи яркого июньского солнца все еще пробивались сквозь листву.

Дорога показалась Диане вечной: ныла каждая клеточка, во рту пересохло. Кучеру в пути пришлось четыре раза останавливать карету – так сильно ее укачивало, поэтому сейчас она мечтала лишь о ванне, холодной воде и постели.

Кучер соскочил с козел и открыл дверь кареты, опередив четырех лакеев, вышедших навстречу. Один из них, с мягкой табуреткой в руках, раздраженно отодвинул его в сторону и соорудил ступень как раз в тот момент, когда Диана начала спускаться.

– Дом Стоуков, леди, – объявил кучер.

Лакеи холодно посмотрели на него. В их взгляде читалось: «Это мы работаем на виконта, а вы, сэр, здесь никто».

Диана помогла Изабо выйти из кареты и, взяв ее за руку, направилась к парадному входу. Когда они проходили мимо лакеев, девочка дернула одного из них за сюртук и расплылась в своей самой дружелюбной улыбке. Слуга посмотрел вниз и нахмурился, но через секунду оттаял, правда, с очень виноватым видом, словно ему было стыдно, что он живой человек.

В доме послышались шаги, и на улицу вышла женщина, одетая в элегантный коричневый кашемир. Ее шею украшали гранатовое ожерелье и атласный шарфик с розами. Гладкие золотисто-каштановые волосы были аккуратно причесаны.

Только сейчас Диана вспомнила, что провела в дороге двенадцать часов и стоит перед хозяйкой растрепанная, а на свое платье она даже взглянуть боялась.

Рядом с женщиной появилась необычайно красивая девочка – в черных кудрях, с экзотическими глазами и кожей цвета кофе с молоком. Она вела за руки двух малышей, очень похожих на своего отца, отметила про себя Диана.

Леди Стоук горячо поприветствовала ее:

– Леди Уэрдинг! Пожалуйста, проходите! Вы, должно быть, устали и проголодались. Ужин и постель уже готовы. Вы так быстро доехали! Дорогая, вам надо отдохнуть…

Поглощенная чувством бескрайней заботы, леди Стоук повела Диану в просторный холл. Вошедшие следом лакеи заперли массивную дверь и разбрелись по своим делам. Заметив близняшек, Изабо тут же подошла к ним и, заложив руки за спину, стала внимательно их рассматривать, как неизвестный и весьма любопытный вид ракушек.

– Где он? – спросила Диана, прерывая рукопожатие леди Стоук.

Женщина была поражена такой прямотой и даже не сразу нашлась что ответить.

– Наверху… Но, леди Уэрдинг, я должна предупредить вас: ему очень плохо.

– Сегодня утром ему стало чуть легче, – добавила темноволосая девочка, – но он нас не узнал.

От этих слов Диану затрясло.

– Отведите меня к нему!

Она понимала, что ведет себя крайне грубо, но вежливость сейчас не имела значения. Да и кого она спасала? Вот, например, леди Уитни Джонс просто жить не могла без правил приличия, а была при этом круглой дурой.

Леди Стоук не заставила просить себя дважды. Она взяла Диану под руку и повела наверх по широкой мраморной лестнице. Поднявшись на второй этаж, они прошли по большому коридору к спальне, которую в этот момент покидал высокий седоволосый мужчина с чашей и полотенцами.

– Мы попытались успокоить его, – сказал он, – но он постоянно ворочается. Если эта лихорадка скоро не пройдет, боюсь, что…

Не желая слушать дальше, Диана бросилась к дверям и очутилась в огромной комнате с высокими потолками. Лежа под широким навесом, укрывавшим от ярких солнечных лучей, Джеймс распластался на широкой кровати, сбросив с себя простыни. Часть кривых безобразных полос на его спине уже зарубцевалась, остальные все еще кровоточили.

Диана громко вскрикнула и, не помня себя, подбежала к изголовью. Она смахнула волосы с лица Джеймса: он был смертельно бледен и весь горел.

К кровати осторожно подошла леди Стоук и взялась за краешек простыни, чтобы поправить ее, но тут Джеймс резко открыл глаза. Он злобно что-то промычал и замахнулся на женщину. Диана вовремя подоспела, схватив его за руку.

– Джеймс, нет!

Она надеялась, что это пробудит его, он усмехнется, скажет что-то вроде: «Ну что, пришла полюбоваться моим голым задом?» Но Джеймс лишь издал недовольное рычание и снова впал в забытье.

Терпеливой леди Стоук все-таки удалось поправить простыню, и на этот раз Джеймс не шелохнулся.

Глаза Дианы наполнились слезами, которые она поспешила вытереть, услышав в коридоре быстрые шаги: Изабо. Девочка вошла и при виде своего друга радостно вскрикнула:

– Джо-о!

Затем она подбежала к Диане и забралась на стул рядом с ней.

– Ма! – Она чуть не задыхалась от волнения. – Джо!

Изабо потянулась к нему, словно желая обнять, но Диана удержала ее. Да, Джеймс был болен и, возможно, умирал, но сила его не покинула. Он мог бы до смерти напугать Изабо, схватив ее за руку – кто знает, когда случится новый припадок.

– Мама, что с Джеймсом? – торопливо жестикулировала она. – Он болен?

– Да, дорогая, ему очень плохо, – ответила Диана.

– Надо сказать дедушке и миссис Прингл – они вылечат его! Мы должны раздобыть лодку и отвезти его в Хейвен.

– Обязательно, чуть позже.

Диана провела рукой по горячему лбу Джеймса, затем, не думая об опасности, наклонилась и поцеловала его в висок. Он даже не вздрогнул.

– Похоже, я себя выдала, – сказала Диана.

Леди Стоук посмотрела на нее поверх ободка чашки.

– Не совсем – он сам постоянно зовет вас.

Они сидели наедине в гостиной. Мэгги позаботилась о том, чтобы Изабо не скучала, пока их мамы разговаривают, и отвела девочку играть с малышами в детской.

Диана залпом проглотила чай. Сняв плащ, она попыталась дрожащими руками привести в порядок волосы, но леди Стоук уговорила ее сначала передохнуть и успокоиться, а уже потом перейти ко всему остальному.

Она поставила чашку на блюдце и продолжила:

– Когда Джеймс приходил в себя, я спрашивала про вас, но он либо изображал непонимание, либо отказывался отвечать.

– Значит, он не хочет меня здесь видеть, – мрачно заключила Диана.

– Что вы, конечно, хочет! Иначе он бы не произносил ваше имя так часто. Я понятия не имела, что за «Диану» он зовет, пока не получила письмо от мужа. Грейсон сообщил мне, что виделся с адмиралом Локвудом и его дочерью, леди Уэрдинг, которая интересовалась – помните, как я писала? – «нашим общим знакомым». Выяснив, что вас зовут Диана, я решила послать вам письмо. – Леди Стоук пожала плечами. – Ничего страшного не произошло бы – в случае ошибки вы просто могли сжечь это послание и считать меня чудачкой.