Хизер Грэм - Любовь в огне

— Но нам трудно будет встретиться на поле боя, мы же не станем ходить в атаку.

Он увидел, что в ее глазах появилась тревога. Нет, не за себя она испугалась… Наверное, избегает Джулиана и не хочет случайно с ним встретиться. Или боится увидеть его однажды на своем операционном столе?.. Генералу стало интересно, о чем она думала в эти секунды.

Сисси заметно нервничала. Сидни решила поначалу, что молодая негритянка боится лошади.

— Все хорошо, Сисси. Она очень смирная и послушная. И улицы сейчас еще не пусты, — попыталась она ее успокоить. — Впрочем, если тебе не по себе…

— Нет, все нормально, мисс Сидни.

— Ты уверена? У тебя довольно несчастный вид.

— Нет, мэм, все нормально.

— Ты можешь остаться.

— Нет, пожалуйста, не оставляйте меня. Я буду за вас волноваться, мисс Сидни. Приличной юной леди не пристало разъезжать одной по ночным улицам.

Сидни сомневалась в том, что ее можно назвать приличной юной леди. Во Флориде их семейство все уважали, но многих коробило, что в их жилах текла индейская кровь. Порой Сидни наталкивалась и на открытое пренебрежение.

— Хорошо, Сисси. В дорогу.

Они выехали из дома. В небе уже сверкали звезды, но столица федерального государства не спала. Напротив, на улицах было очень оживленно. То и дело в разные стороны проносились курьеры, маршировали солдаты, катили кареты и фургоны. День выдался знойный, поэтому к вечеру многие семьи в полном составе отдыхали на открытых верандах своих домов, где задувал прохладный ветерок.

Сисси подавленно молчала, и Сидни догадывалась, что беспокоит ее служанку. Фешенебельные районы города остались далеко позади, и они въехали в ту местность, где находились только заводы, трущобы и промышленные склады. Сидни хорошо знала лавку Уоттса, хотя с самим хозяином еще не была знакома. Джефф Уоттс давно шпионил в пользу Юга и благодаря тому, что жил у реки, весьма оперативно передавал разведданные конфедератам.

— Как скажете, мисс Сидни…

— Мы уже почти приехали.

— Господи, поскорее бы.

Они пустили лошадей галопом. Сидни показалось, что за ними кто-то скачет. Она обернулась, но вдали было темно.

— Что такое? — спросила обеспокоенная Сисси.

— Мне показалось, за нами кто-то едет.

— Я ничего не слышу.

— Возможно, я ошиблась. Поторопимся.

— Как скажете, мисс.

Девушки вздохнули с облегчением, когда через несколько минут впереди показалась лавка. Они спешились и привязали лошадей на крыльце.

— Ну вот, Сисси, а ты боялась.

— Мы приехали сюда за покупками?

— За чем же еще? Конечно. Пока я поговорю с господином Уоттсом, ты забеги в саму лавку. Нам нужны соль, сахар, мука, кофе, чай и какое-нибудь мясо. Сгодится и окорок, только если хороший. Ты умеешь выбирать.

— Да, мэм.

Она кивнула и быстро прошла в лавку. А Сидни вдруг охватило какое-то нехорошее чувство, но она отогнала его и вошла в небольшой кабинет, примыкавший к лавке. За столом сидел пожилой человек во фланелевой рубахе и холщовых штанах. Он был довольно грузен, а лицо почти полностью заросло густыми рыжими волосами — роскошные баки, такие же усы и борода. Свободными от растительности оставались только глаза, нос и губы.

— Господин Уоттс?

— Он самый, — ответил бородатый старик и улыбнулся. — Чем могу быть полезен очаровательной молодой леди в столь поздний час?

Она подошла к столу и быстро проговорила:

— У меня сведения из Старого Капитолия. Генерал Пратт ведет караван по Харперс-Ферри. Караван лучше взять у перевала с южной стороны.

— Это все?

— Охрана у каравана небольшая. До пятнадцати чело-Век. Груз — в основном…

Сидни осеклась, услышав за спиной какой-то шум. Она повернулась и увидела, как в комнату быстро вошли двое мужчин в черных жилетах. Позади них стояла Сисси… Сидни стремительно обернулась на Уоттса.

— Прошу прощения, мисс, — сказал он совершенно другим голосом.

Господи… Она узнала этот голос!

Джесс Холстон. Офицер-кавалерист, молодой красавец, которого она выхаживала в Ричмонде после ранения и который позже не дал ей вернуться на Юг вместе со сбежавшим из тюрьмы братом…

— Негодяй! — вскричала Сидни и набросилась на него с кулаками.

Тот перехватил ее руки. Один из вошедших сделал шаг им навстречу, но Джесс остановил его возгласом:

— Сидни, прошу вас…

Она высвободила одну руку и залепила ему хлесткую пощечину.

— Черт возьми, неужели вы хотите, чтобы вас связали?!

Он хорошенько встряхнул девушку. Сидни сделала вид, что обмякла, а когда он отпустил ее, вновь ударила. Джесс чертыхнулся, и в следующее мгновение на ее запястьях защелкнулись железные браслеты. Слезы застилали ей глаза. Сидни прекратила сопротивление. Вздернув подбородок, она устремила на Джесса взгляд, исполненный ярости.

— В карету ее, — спокойно приказал он, снимая с себя накладные баки и бороду. Когда же он вынул из-под жилета большую подушку, заменявшую стариковское брюшко, то окончательно превратился в того Джесса, которого она знала и в которого когда-то влюбилась…

Сидни корила себя за то, что попалась на такой нехитрой уловке. Как она могла не узнать его голос? Как она могла не узнать эти глаза?

— Куда меня? — надтреснутым голосом спросила она.

— В Старый Капитолий, куда же еще, — был ответ.

Тут она вспомнила про негритянку и резко обернулась.

— И ты с ними заодно?

Сисси кивнула:

— Да, мэм.

— Но почему, почему? Ты ведь работала у меня, я тебе доверяла!

— Для вас я была всего лишь еще одной рабыней, мисс Маккензи.

Сидни топнула ногой:

— В нашей семье никогда не было рабов!

— Не было? — Сисси усмехнулась. — Но вы сражаетесь на стороне тех, у кого они есть.

— Я сражаюсь за права свободных штатов!

— Права южных штатов — это прежде всего право владеть людьми. Я не согласна с такими правами.

— Ты ошибаешься, Сисси! Да будет тебе известно, что сам генерал Ли планировал отпустить всех своих рабов и даровать им не нищее существование, какое они влачат на Севере, а достойную и свободную жизнь!

— Мисс Маккензи, я родилась свободной, но потом меня выкрали и продали, как вещь, на Юг. Мой хозяин в Северной Каролине почти каждый день избивал меня своим хлыстом. Даже к своему коню он относился лучше…

— На Юге не все такие!

— Но многие, — возразила Сисси. — У меня до сих пор на спине шрамы. Простите, что подвела вас, но я просто не хочу, чтобы в этой войне победили те, кто торгует и владеет людьми. Это несправедливо.

— Так мы идем, Сидни? — обратился к ней Джесс.

На выходе она обернулась и спросила сухо:

— А где настоящий господин Уоттс?