Карен Хокинс - Признания повесы

Джеймс мгновение колебался.

– Карты.

– А, – отозвался Брэндон. – Стало быть, это у вас семейное.

У Верены перехватило дыхание. Ей показалось, что Брэндон едва сдерживает улыбку. Но не может этого быть. Его гордость не потерпит отношений с такими мошенниками.

Но когда она украдкой взглянула на Брэндона, то увидела в его глазах смех и тепло.

– Вообще-то вы не слишком меня удивили. Я уже заметил ваши способности за карточным столом.

– И вас это не волнует?

– Нисколько.

Действительно, подумала Верена. Их не связывают серьезные отношения, и он может извлечь выгоду из ее сомнительных связей, поскольку его это никак не коснется. Верена вздохнула.

– Теперь вы знаете все.

– Все?

Что еще можно сказать? Тут вмешался Джеймс:

– Вам бы понравился наш старик. Он – гений.

– В самом деле?

– Да. Вы убедились бы в этом, увидев его за работой.

– Не сомневаюсь, – сказал Брэндон. – И скоро мне представится такая возможность?

– Боже, нет. Родители сейчас во Франции. Без сомнения, извлекают выгоду из царящего там хаоса.

– Теперь вы знаете все наши секреты, – сказала Верена. За четыре года, прожитые в маленьком доме на Кингз-стрит, она ни одной живой душе не раскрыла их тайны, о которых сейчас рассказала Брэндону.

Не раскрыла потому, что знала образ жизни Ланздаунов. Как только джинна выпускали из бутылки, надо было двигаться в путь. Ланздаун пришел, увидел, победил, а затем ускользнул, прежде чем все открылось и обрушилось ему на голову.

Грустно, когда рассказ о своих родных можно приравнять к исповеди. И как обычно, только Ланздаунам есть в чём «исповедаться».

Но возможно, она слишком чувствительна. Возможно, у каждого есть свои тайны. Она пытливо посмотрела на Брэндона. В чем он мог бы признаться? В том, что страстно и безумно влюблен в нее?

Это было бы славно. Славно или печально? Сердце Верены болезненно сжалось.

– Ну? – спросил Джеймс, глядя на Брэндона. – Наше признание не изменило вашего решения? Все еще хотите связать свое будущее с нами?

– Еще больше, чем прежде. Мне просто не терпится начать. – Блеснули в улыбке зубы, синие глаза потеплели. – Надо внести в жизнь хоть какое-то разнообразие. А то что-то скучно.

– Разнообразие? – Верена нахмурилась. – Вы сами не знаете, что говорите. Порой я думала о том, что было бы очень неплохо поскучать.

– Скука хороша, когда она человеку по душе, – согласился Брэндон. – Но когда ее тебе навязывают, ты ловишь себя на том, что готов на что угодно, лишь бы разбить эти оковы.

Джеймс посмотрел на него с полным пониманием:

– Значит, решено. Ну и что будем делать с заварушкой, в которую угодили?

– Первым делом нужно обеспечить безопасность Верены, – вкрадчиво произнес Брэндон.

Она напряглась.

– Что?

Джеймс спрятал ухмылку:

– Вы теряете время, Сент-Джон.

– Она не должна находиться здесь, – еще более решительно заявил он. – Дело может принять опасный оборот. Особенно теперь, когда в него вмешалось министерство внутренних дел.

– И они знают, что мы здесь, – заметил Джеймс.

– Они упомянули о Верене. Не уверен, что они знают про вас.

– Узнают, – заметила Верена. Кто он такой, чтобы выдвигать подобные требования? – Думаю, они следят за домом.

Брэндон кивнул.

У Верены упало сердце. Боже, как же все это ей ненавистно. Как похоже на жизнь с родителями – всегда быть начеку, не раскроют ли их, всегда быть готовыми сбежать под покровом ночи.

Годы тренировок приучили ее, что этот момент неизбежен. В шкафу у нее до сих пор стоит дорожная сумка с вещами на случай, если придется уезжать ночью.

Она не заглядывала в эту сумку четыре года и уже не помнила, что в ней, но вид аккуратно застегнутой сумки придавал уверенности, помогал чувствовать себя защищенной.

И теперь она поняла почему. Если ты родился Ланздауном, то это на всю жизнь.

– У меня есть одна проблема в связи с образом жизни отца, – сказал Джеймс. – Если ты однажды хоть чуть-чуть нарушил закон, то навсегда остаешься под подозрением.

Брэндон кивнул:

– Вполне вероятно. Сначала они хотели обвинить в потере списка Уичэма, чтобы скрыть собственную небрежность. А потом, узнав историю Верены, переключили внимание на нее.

– Да, – согласился Джеймс, – если они потеряли нечто важное, непременно станут искать козла отпущения.

– Если мы не обнаружим преступников первыми, – вставила Верена.

– Для этого необходимо найти список, – сказал Брэндон.

Верена права, необходимо найти способ выманить злоумышленника из укрытия.

Брэндон откинул волосы со лба.

– Джеймс, как только мы надежно спрячем Верену, мы с вами... /

Верена встала, глаза ее засверкали.

– Вы с Джеймсом? Послушайте, Сент-Джон, мы в этом деле вместе. Куда вы, туда и я.

– В этом деле у вас нет права голоса. Наше предприятие небезопасно, и этим все сказано.

Джеймс с одобрением посмотрел на Брэнда:

– Две минуты партнерства, и вы уже отдаете приказы. Мне это нравится.

– Еще бы, – бросила Верена, – тебе-то он никаких приказов не отдает.

– Верена, будь благоразумна, – запротестовал Джеймс. – Не строй из себя жеманную барышню.

– Я ничего не строю. – Она сложила руки на груди. – Я участвую в деле, хочет того Сент-Джон или нет. Если только он не свяжет и не запрет меня в чулане, я пойду с вами.

Брэнд в задумчивости потер подбородок и вздохнул.

– Тогда даете слово, что не станете подвергать себя опасности?

– Нет.

Верена постучала пальцами по подбородку.

– Нам необходим план. Что, если мы притворимся, будто нашли список?

Джеймс нахмурился:

– И что дальше?

Мысль Брэндона лихорадочно заработала.

– Погоди, Джеймс. Она дело говорит. Если преступник поверит, что мы нашли список, нам останется только сидеть и ждать. Он вынужден будет действовать, опасаясь, что мы передадим список министерству внутренних дел. Шах, – произнес Брэндон.

– Нет, – возразила Верена, сияя фиалковыми глазами. – Шах и мат.

– Я понял! – воскликнул Джеймс. – Блестяще!

Верена ответила брату насмешливым взглядом.

– Не прикидывайся удивленным.

– Извини, – усмехнулся он.

– Это совсем нетрудно. Нам известен размер списка. Кроме того, преступник будет думать, что он уже у нас... будет надеяться.

Брэндон задумчиво кивнул:

– Мы можем использовать листок примерно такой же величины, но показывать его только на расстоянии.

Джеймс радостно потер ладони.

– Мы потребуем обменять его на письма... место встречи назначим. Таким образом, мы сможем контролировать ситуацию, вернуть мои письма, а главное – выяснить, кто стоит за этой аферой со списком.