Александра фон Лоренц - Любовь крестоносца

Это все красивая русская ведьма свела его с ума!

Георг и Бруно затащили его на пирушку, которая проводилась в тайне от комтура у одного знакомого купца. Были приглашены доступные женщины. Ульрих вроде бы согласился, даже повеселел. После того, как он уединился с одной довольно симпатичной эстонкой, весь вечер просидевшей у него на коленях, на него было страшно смотреть. Побыл пару минут и ушел, громко хлопнув дверью.

— Что там у вас произошло? — шепотом спросил Бруно у знакомой ему женщины.

— Бруно, ты меня знаешь, я не уродина, и не лентяйка в своем ремесле, — тут она кокетливо подмигнула крестоносцу, — но у твоего друга, наверно, проблемы по мужской части после ледяной воды этого озера, где вы дрались с русскими, как там оно называется, Чудское, что ли?

— Все, хватит, рассказывай, что с тобой? — друзья подхватили Ульриха под руки и силой усадили на кресло. Сами уселись рядом.

— Не знаю, что и сказать, не могу я без нее. Наверно, чары наложила, ни с одной женщиной больше не получается. Как узнал о том, что этот русский боярин ее увез, сразу пошел к одной хорошенькой вдовушке, как там русские говорят, клин клином вышибают, и… — обхватив голову руками, он замолчал.

— Ну? — осторожным шепотом спросил Бруно.

— А ничего, ровным счетом ничего. Вроде все нормально шло, ну как положено: и целовались, и всякие там нежные объятия, все, как учил старый Хариш. А как до основного дошло, у меня ничего не вышло. Я теперь эту вдову обхожу, как увижу, за версту. Ну, думаю, дела. Но не испугался. Думал, случайность. Но эта случайность теперь каждый раз….. А как увидел ее в Пскове, теперь и по ночам плохо сплю, а главное, как представлю ее, такое бешеное желание! Не знаю, что и делать теперь. Явно заколдовала!

— А зачем это ей, если за ней княжеский сын волочится? Он-то побогаче тебя будет, да и так женихов у нее очень много. И редкая красавица, и брат богатый, — резонно заметил Георг.

― Все, спасибо, успокоили! — рассвирепел после этого справедливого замечания Ульрих.

— Да ты не кипятись! — примирительно сказал Бруно, — вот что я тебе скажу. Запомнились мне слова одного сарацина, да будут всегда гурии вокруг него. — «Когда я спросил отца — почему у меня нет ничего? Отец ответил: сын, я дал тебе меч, иди и возьми себе сам, что тебе нужно»! Тебе нужна эта девушка, так пойди и возьми ее.

— Жениться на ней, после того как она меня бросила? — вспыхнул Ульрих.

— Не хочешь жениться, не надо, сделай ее своей наложницей, пока страсть не пройдет, только пожалей нас, тех, кто тебя любит. Потом еще и смеяться будешь над собой. — Бруно протянул руку. Ульрих положил свою руку на его протянутую ладонь и посмотрел в его верные карие глаза.

— Я пойду с тобой, Ульрих, — сказал Бруно.

— А меня вы не забыли пригласить? — обиженно спросил Георг.

— Но успех любого дела зависит от составления разумного плана и тщательной подготовки, — оживленный Ульрих сразу же стал тщательно продумывать предстоящую операцию.

— Да, хороший немецкий план нам не помешает! — франк весело похлопал по плечу приободрившегося влюбленного. После длительного обдумывания, споров и советов план принял вот такой вид. Во-первых, надо договориться с комтуром, не говоря ему об истинной цели, о поездке в Псков. Во-вторых, боярин Шумилин, брат будущей пленницы, очень часто вместе с дружиной ездит к своему сеньору, князю Александру Ярославовичу. Так что надо получить сведения о том, когда намечается эта поездка. Осведомителей в Пскове у Ордена было сколько угодно, так что в этом не было проблемы. Продуман был также план действий и на боярском подворье. Эта часть плана тоже не вызвала затруднений, поскольку крестоносцы были в гостях у боярина Шумилина и хорошо рассмотрели расположение всех построек. Дома, где жили дворовые мужики, а именно: сокольничие, псари, конюхи, те, которые могут помешать осуществлению плана, находились довольно далеко от боярского терема. В тереме было больше прислуги женского рода — сенные девушки, служанки, поварихи.

Приготовлена была крытая повозка на санях, внутри обтянутая медвежьим мехом и отапливаемая маленькой печуркой.

Не прошло и недели, как трое заговорщиков вместе со своими верными оруженосцами находились на посольском дворе, в Пскове.

Дождавшись, когда все лягут спать, друзья стали собираться. По обоюдному согласию решили, что броская одежда тевтонских рыцарей будет излишней в предполагаемом мероприятии. Надели простую темную одежду, взяли по кинжалу и длинному мечу. Тайно выскользнув из ворот посольского двора, пятеро всадников поскакали в темную морозную ночь. Шестой, оруженосец Отто, сидел, закутавшись в огромный русский тулуп, на облучке крытых саней.

Повозку и лошадей оставили поблизости от боярского подворья, в ельнике, а сами потихоньку прокрались вдоль высокой стены из частокола.

Они старались двигаться бесшумно, но промерзший снег предательски хрустел. Георг показал рукой вперед. Благодаря высокому сугробу стена в этом месте была не так высока. Друзья двинулись к этому удобному месту. Ветра сбили на сугробе плотный наст, и рыцари, не проваливаясь, подобрались к стене. Ульрих достал давно испытанную в Палестине веревку с крюком на конце и набросил его на острые концы бревен. Крюк надежно впился в высохшее дерево. Попробовав натянутую веревку, Ульрих убедился, что путь в подворье Шумилиных проложен… Ловко перебирая руками, Ульрих быстро перекинул свое сильное тело на ту сторону ограды. Перед ним стояла задача отыскать свою возлюбленную и вынести ее к дверям, на красное крыльцо. А Бруно и Георг должны были заняться сторожем. Когда же Ульрих зажжет сигнальный фонарик в комнате девушки, ворота следовало быстро распахнуть, и на лошадях подъехать к крыльцу.

Сторож сделал небольшой обход вдоль ограды, но поленился идти дальше, чем, впрочем, и спас свою жизнь. Он убедился, что покой во дворе не нарушен, и через некоторое время занял позицию вблизи центральных ворот в теплой маленькой сторожке.

Ульрих замер в тени частокола, изучая путь к заветной цели. Невдалеке от того места, где он перелез через ограду, стоял высокий нарядный терем. На массивной деревянной подклети расположились три яруса здания с замысловатыми башенками и богато украшенными окошками. К основной постройке примыкали более низкие, двухъярусные и одноярусные. Разнообразной формы крыши были увенчаны башенками и резными петухами. Вход в терем был крытый и располагался на толстых резных столбах. К нему вела также крытая, длинная лестница, украшенная ажурной резьбой; внизу она тоже начиналась богатой беседкой.