Джо Гудмэн - Не отвергай любовь

Временами, лежа ночью без сна, он задавал себе вопрос, почему он отвергал себя. Это отвержение легко могло перерасти в разочарование. Он открывал глаза и смотрел на Рейчел, лежавшую у самого края кровати. Прислушивался к ее дыханию, наблюдал, как иногда во сне она подносила руки к лицу. Она стонала и издавала тихие звуки, значение которых трудно было истолковать. Что это было? Протест? Недовольство?

Ночью она никогда не прикасалась к нему. А ему хотелось этого, он все время ждал, что вот-вот ее рука притронется к его руке. Хотя он сам старался не прикасаться к Рейчел, иногда он пододвигался к ней ближе и вытягивал в ее сторону руку в надежде, что она сама дотронется до него. Но она не догадывалась об этом. Ее уязвимость была той самой каменной стеной, которую она возвела вокруг себя, хотя и не отдавала себе в этом отчета. Днем она старалась ни в чем не уступать ему и держалась с ним на равных, но ночью она была беззащитна.

И он позволял ей это.

И вот теперь он сидел на краю кровати, не зная, что делать. Он снова ждал. Если Господь хотел вознаградить его за долготерпение, то сейчас Рейчел должна была появиться перед ним обнаженной. И она должна была это сделать через несколько секунд.

Дверь открылась.

Она не была обнаженной. Но на ней была надета легкая ночная сорочка, которую быстро и легко можно снять.

Она остановилась у его коленей. Уайатт поспешно раздвинул ноги и дал Рейчел возможность подойти к нему ближе. Она энергично шагнула вперед, взяла его руки и положила их себе на бедра, а затем погрузила пальцы в его волосы. Взъерошила непослушные, выгоревшие на солнце пряди. Провела кончиками пальцев по его шее. При этом она все время смотрела ему в глаза.

— На мне нет корсета, — сообщила она.

Когда Рейчел встала между его ног, у Уайатта сразу пересохло во рту. Его язык был таким сухим, что он был не в силах произнести ни слова. Язык просто приклеился к нёбу.

— Я заметил это, — с трудом проговорил он.

Хрипотца в его голосе возбудила ее.

— Ничто не ускользает от ваших глаз, шериф.

Он не мог с уверенностью сказать, что это было правдой. Уайатт переместил свои руки на ее ягодицы и прижал Рейчел к себе. Когда он уловил витавший в воздухе тонкий аромат лавандового мыла и едва ощутимый мускусный запах ее влаги, его ноздри дрогнули.

Не в силах сдерживаться, Уайатт схватил ее за плечи и приподнял.

Мгновение — и он бросил ее на постель.

Он не хотел причинить ей боль, но его движения были порывисты и грубы. Он лег на нее сверху, взял ее рубашку за подол и задрал ее кверху.

И быстро вошел в нее.

Рейчел вскрикнула, но не от боли, а от переполненности чувствами. Она положила руки ему на плечи, ее ноги уперлись в матрас. Он стал двигаться в ней. Тихие стоны, вырывавшиеся из ее горла, возбуждали его до крайней степени. Его толчки с каждым мгновением становились сильнее и резче. Наконец тело Уайатта содрогнулось, и из его горла вырвался крик.

Некоторое время он лежал не двигаясь. Все, что он слышал, было лишь его собственное дыхание. В его голове вились какие-то смутные, неопределенные мысли.

Внезапно он поднял голову и посмотрел на Рейчел. В его взгляде застыл немой вопрос.

— Я сделал тебе больно? — Хотя он вовсе не хотел этого, его вопрос прозвучал как обвинение. Он пристально смотрел на Рейчел, его глаза сузились.

В ответ Рейчел лишь вздохнула:

— Нет.

Он прорычал что-то нечленораздельное. Рейчел не знала, что означал этот мягкий рык, вырвавшийся из его горла. Это могло означать и удовлетворение, и насмешку.

— Твоя забота выглядит очень трогательно, Уайатт.

— Я был груб.

— Разве я дала тебе понять, что мне это неприятно?

— Я набросился на тебя как… животное.

Рейчел приложила указательный палец к его губам, чтобы остановить его.

— Просто ты вел себя как мужчина, который долго ограничивал свои потребности. — Она убрала палец и добавила: — Это я пригласила тебя. Не забывай.

Он опять что-то проворчал.

— Это означает, что ты согласен со мной? — спросила она.

Заглянув ей в глаза, он кивнул.

— Хорошо, — сказала она, придвигаясь к нему. — Мне показалось, что ты забыл, кто начал первым.

— Ничего подобного. — Его голос показался грубым даже ему самому. — Твое приглашение мне очень понравилось, Рейчел. — Уайатт заметил, что щеки Рейчел покрылись румянцем. Хотя в комнате горела лишь одна настольная лампа и было довольно темно, от его глаз не укрылось ее замешательство. При этом она продолжала смотреть прямо ему в глаза. — И где же ты научилась первая приглашать мужчин?

Она пожала плечами.

Уайатт увидел, что она отвела глаза и стала смотреть куда-то в сторону. У нее был такой взгляд, что можно было подумать, что они говорили сейчас о чем угодно, но только не о том, как призывно вела она себя несколько минут назад.

Уайатт рассмеялся, увидев, что глаза Рейчел расширились и нежный румянец на ее щеках превратился в пылающие пятна.

Уайатт держал ее в своих объятиях до тех пор, пока не онемело его плечо. Затем он осторожно опустил сонную Рейчел на постель и накрыл ее одеялом, лежавшим в ногах кровати.

Он осторожно забрался в кровать и накинул на себя одеяло, хотя настоящим источником тепла являлась Рейчел. Ему было приятно, когда во сне она повернулась на бок и плотно прижалась к нему. Ее губы оказались возле его лба. Он с наслаждением прислушивался к ее вздохам. Ему казалось, что они превратились в одно существо, которое теперь так тихо и спокойно дышало в постели.

Когда он проснулся, Рейчел сидела на кровати и рассматривала сделанные им фотографии. Она была так поглощена своим занятием, что даже не заметила, что он проснулся и теперь смотрит на нее.

Воспользовавшись этим обстоятельством, он продолжал тихо лежать и наблюдать за Рейчел.

Ее голова была опущена. Она продолжала рассматривать снимки, и выражение ее лица постоянно менялось. Иногда ее рот слегка приоткрывался, ее язык время от времени притрагивался к уголку губ. Иногда она улыбалась, ее брови приподнимались. Вот она поднесла руку к лицу и потерла переносицу костяшками пальцев.

Когда уголки ее губ опустились, а выражение лица сделалось более чем сосредоточенным, Уайатт понял, что она нашла те фотографии, которые он не хотел ей показывать.

Она нахмурилась и тихо вздохнула. Прикусила губу, склонила голову набок.

— Это Сильвиана, — тихо проговорил он.

Рейчел вздрогнула от неожиданности: он повторил вслух ту мысль, которая сейчас мелькнула в ее голове.

— Как ты догадался?..

— Что-то в выражении твоего лица подсказало мне это. — Он вытащил руку из-под одеяла и приподнял голову. — Можно мне взглянуть?