Мэри Патни - Повеса

— Вы в состоянии сходить посмотреть на то, что осталось от Роуз-Холла?

Понимая, что рано или поздно это все равно надо будет сделать, она кивнула. Вместе с Реджи они вышли на улицу и вскоре оказались у пепелища того, что вчера еще было домом Элис Уэстон.

Теперь, когда от него остались лишь закопченные каменные стены с черными провалами окон, Роуз-Холл казался гораздо меньше, чем раньше. Спасать было нечего — дом выгорел практически дотла. Крыша и перекрытия обрушились вниз, в погреб. Над обугленными балками еще курился дым.

Элис обошла вокруг пожарища, осторожно пробираясь между обгоревшими досками и осколками черепицы, и содрогнулась при мысли о том, что тут могло бы лежать ее обугленное тело. Она боялась, что теперь ей до конца дней будет сниться кошмарный сон о том, как она оказалась в огненной ловушке. Что ж, подумала Элис, возможно, это избавит ее от того, другого, мучившего годами.

От мрачных мыслей ее отвлек голос Дэвенпорта:

— Насколько велики ваши потери в смысле личного имущества?

— Сгорели книги, одежда, множество личных вещей и безделушек — все те мелочи, без которых невозможна повседневная жизнь и которые делают ее уютной. — Элис пожала плечами, словно хотела показать, что полностью владеет собой. — В доме не было ничего ценного. Мои сбережения и лучшие из драгоценностей, унаследованных Мередит от ее матери, хранятся в банке в Шефтсбери. Единственная настоящая потеря для меня — это…

Элис умолкла.

— Итак, единственная настоящая потеря для вас — это?.. — переспросил Дэвенпорт, видя, что она не собирается продолжать.

Горло Элис Уэстон перехватил спазм.

— У меня был медальон с портретом матери, — с трудом выговорила она.

— Мне очень жаль, — мягко произнес Реджи. Глаза Элис налились слезами. Заметив это, Дэвенпорт поспешил перевести разговор на другую тему:

— Как по-вашему, что могло стать причиной пожара? Этот чисто деловой вопрос помог Элис взять себя в руки.

— Честно говоря, я об этом не думала. В это время года уже тепло, поэтому каминами мы не пользовались. Пожар могли вызвать разве что тлеющие угли на кухне или зажженная свеча или лампа — может быть, кто-то еще не спал.

— Сомневаюсь, что это была лампа, — возразил Реджи. — Когда я проходил мимо дома, света в окнах не было. Я даже подумал, что, наверное, все уже давно легли спать. А кухня… Она ведь, кажется, располагалась с другой стороны дома?

Элис кивнула. Реджи, прищурившись, обошел вокруг пожарища.

— Пожар начался в западном крыле дома, скорее всего в погребе, — заявил он. — Я проходил мимо в тот момент, когда на первом этаже прогорел пол и показались языки пламени.

Элис нахмурилась.

— Я знаю, что иногда пожары возникают из-за самовозгорания мусора или ветоши, но у нас в погребе был порядок, к тому же там чересчур влажно, чтобы что-то могло загореться само собой, — сказала она. — Если пожар начался там, я просто ума не приложу, отчего это могло произойти.

Носком начищенного до блеска сапога Реджи поддел обгоревшую деревяшку и как бы между прочим поинтересовался:

— У вас есть враги?

— Господи! — воскликнула Элис, уставившись на Дэвенпорта так, словно сомневалась, в своем ли он уме. — Неужели вы в самом деле думаете, что это мог быть поджог?

— Я просто не знаю, что и думать, — протянул Реджи, с недоумением глядя на дымящиеся руины. — Но одно я знаю точно: чтобы возник пожар, нужна какая-то причина. У меня есть подозрение, что это не роковая случайность. Когда ночью я проходил мимо Роуз-Холла, мне показалось, что какой-то человек удаляется от дома. Хотелось бы верить, что это ваша любвеобильная горничная. Но, когда она прибежала на пожар, на ней было светлое платье. Тот же человек, которого я видел, был одет в темное. Если, конечно, мне все это вообще не померещилось.

— Кому может прийти в голову мысль поджечь дом, полный спящих людей? — испуганно спросила Элис.

— Какому-нибудь сумасшедшему, — отшутился Реджи. Но когда он повернулся к Элис, лицо у него было встревоженное. — Мы не должны сбрасывать со счетов возможность того, что дом был подожжен с целью причинить вред кому-то из ваших близких. У мисс Спенсер нет какого-нибудь воздыхателя из деревенских парней, которого она отвергла и который от отчаяния мог бы решиться на поджог?

Элис хорошенько подумала, прежде чем ответить.

— Нет, — проговорила она наконец. — Поклонников у нее хоть отбавляй, но она со всеми очень приветлива. Я просто представить себе не могу, чтобы кто-то из них настолько страдал от неразделенной любви или был настолько неуравновешен, что мог решиться на такой ужасный поступок.

Реджи нахмурился:

— Может, кто-то был озлоблен в связи с прививкой против оспы и попытался отомстить? Но в таком случае логичнее было расквитаться со мной — вы-то ведь выполняли мое указание.

— Кое-кто, конечно, ворчал, но серьезного озлобления прививки не вызвали ни у кого.

— Надеюсь, вы правы. Мне бы не хотелось думать, что вы подвергались опасности из-за меня. — Дэвенпорт посмотрел Элис прямо в глаза, и она прочла в его взгляде серьезное беспокойство. — Возможно, я излишне подозрителен. Но все же — на всякий случай — будьте поосторожнее. И предупредите о том же ваших воспитанников.

— Хорошо, — пообещала Элис. — Я обязательно это сделаю.

Элис побеседовала со своими воспитанниками в тот же день за чаем. Упомянув о том, что пожар мог возникнуть в результате поджога, она не стала говорить, что это могло быть покушением на кого-то из обитателей Роуз-Холла. Она решила, что версия Дэвенпорта родилась исключительно по причине его богатого на события прошлого. В мирном и спокойном Дорсете таких преступлений просто быть не может.

Элис надеялась, что ее воспитанники не захотят жить в доме Дэвенпорта, но все трое встретили предложение Реджи с восторгом.

— Неужели мистер Дэвенпорт в самом деле ничего не имеет против того, чтобы мы поселились здесь?! — не скрывая радости, воскликнул Питер. — Он парень что надо.

Сказав это, юноша погрузился в молчание, по всей вероятности, раздумывая над тем, как бы улучить момент и попросить мистера Дэвенпорта научить его править экипажем. Уильяму пришлась по душе мысль о том, что он будет жить поблизости от конюшни. Что же касается Мередит, то на ее лице появилось не вполне понятное Элис задумчивое выражение.

— Значит, мы в самом деле будем жить здесь, а не просто гостить? — спросила она и, дождавшись от Элис кивка, мечтательно добавила:

— Этот дом гораздо лучше приспособлен для приема гостей и развлечений, чем Роуз-Холл, правда?

— Да, правда. Мистер Дэвенпорт настаивал на том, что мы должны чувствовать себя здесь как дома, а не как в гостях. Он проявил большую щедрость и великодушие.