Патриция Кэбот - Целомудрие и соблазн

И ей это нравилось!

Ох, да что же это с ней творится? Брейден Грэнвилл — записной ходок и охотник за юбками. Об этом все знают. Брейден Грэнвилл известен как человек, подверженный необузданным порочным страстям. И она просто не имеет морального права наслаждаться ласками такого человека.

И все же…

И все же он был чрезвычайно добр к ней там, в саду, и не пожалел времени, чтобы выслушать печальную историю Томми. Мало того, он вполне искренне ей сочувствовал. И он, похоже, действительно был заинтересован — заинтересован ею, Кэролайн!

— Кэролайн.

Она подняла голову и увидела, что маркиз Уинчилси не спускает с нее необычно внимательного и серьезного взгляда, сидя на своем месте в экипаже.

— Ты не заболела, Кэролайн? — Кроткие голубые глаза маркиза, такие непохожие на темные, пронизывающие глаза Брейдена Грэнвилла, были полны трогательной заботы.

— Я? — Кэролайн растерянно захлопала ресницами.

— Да, ты. За всю дорогу я не услышал от тебя ни звука.

Она вздохнула.

— Я совершенно здорова. А ты везешь меня домой?

— Конечно, я везу тебя домой! — удивился маркиз. — А куда еще я мог бы тебя отвезти?

И правда — куда? Уж определенно не в его апартаменты, чтобы соблазнить и лишить чести, как поступают все уважающие себя маркизы из ее романов.

Внезапный порыв заставил ее повернуться к маркизу и обеими руками обхватить его сильный, но не слишком выпуклый бицепс.

— Херст! — окликнула она, теребя его руку.

Он с увлечением погонял упряжку — чудесную пару гнедых, купленную для него Кэролайн, пожелавшей, чтобы у ее жениха был свой экипаж, — надеясь обогнать неуклюжий оранжевый фургон.

— Что, Кэролайн?

— Херст. — Она заставила себя дождаться, пока они с успехом обойдут оранжевый фургон, и снова дернула его за руку. — Херст, поцелуй меня!

Он послушно повернулся и мимоходом чмокнул ее куда-то в висок, после чего снова сосредоточил все внимание на дороге.

— Нет, — произнесла Кэролайн, стараясь подавить в себе некое весьма неприятное чувство, слишком похожее на досаду. — Я хочу, чтобы ты поцеловал меня как следует.

Херст не мог скрыть своего удивления, однако сделал так, как она просила. Он съехал на обочину, остановил карету, повернулся на своем сиденье и прижал свои губы к ее губам.

Кэролайн, говорившая чистую правду о своей похвальной успеваемости в школе, помнила с кристальной ясностью все подробности поцелуя, которым наградил ее Брейден Грэнвилл. И вот, вспомнив полученный урок, она отпустила руку Херста и потянулась вверх, чтобы сжать в ладонях его лицо. Затем она покрыла частыми, жадными поцелуями губы юного маркиза.

Только вместо того, чтобы расслабиться и слегка приоткрыть свои губы в ответ — как поступила сама Кэролайн в тот момент, когда ее целовал Брейден Грэнвилл, — Херст отшатнулся и уставился на нее так, будто увидел перед собой буйнопомешанную.

— Что ты себе позволяешь, Кэролайн? — ошалело выпалил он.

Кэролайн откинулась на спинку сиденья, чуть не плача от разочарования.

— Ничего, — угрюмо буркнула она.

Ну а чего, собственно, она ожидала? Что каким-то чудом ей удастся вернуть прошлое и снова испытать тот робкий восторг, которым ее когда-то наполняли поцелуи Херста — до того, как она застала его вдвоем с Жаки Селдон? Но разве может быть возврат к прошлому после того, как Брейден Грэнвилл показал ей, что такое настоящий поцелуй?

Нет. Все кончено. У нее нет никакой надежды вернуть былую любовь. Все, на что она может рассчитывать, — это уважение и дружба. Между прочим, это вовсе не так уж плохо — уважение и Дружба.

Херст не спускал с нее внимательного взгляда. А потом, к ее полному недоумению, вдруг заявил:

— Кэролайн, насколько я понял из разговора с леди Бартлетт, ты в последнее время взяла манеру накоротке общаться с Брейденом Грэнвиллом.

— Да, это правда, — поспешила ответить она, — но только потому, что я собралась купить пистолет. Ты же знаешь, это для Томми, чтобы он взял его с собой, когда вернется в Оксфорд. Для самообороны, понимаешь? И больше у меня не было с ним никаких дел. Честное слово. Хочешь, я поклянусь?

— Ну что ты, я тебе и так верю, — отмахнулся Херст, — и меня волнует вовсе не это!

Она чуть не взорвалась от внезапной вспышки самой настоящей дикой ярости. Черт бы побрал этого типа!

— Мне просто хотелось узнать одну вещь, — продолжил маркиз, погрузившись в странную задумчивость. Он больше не смотрел на невесту, а рассеянно следил за слабым язычком пламени в газовом фонаре, под которым стоял их экипаж. — Во время ваших разговоров с Брейденом Грэнвиллом… Он не упоминал обо мне?

От возмущения глаза у Кэролайн полезли на лоб. Каков наглец! Он еще пытается выудить у нее сведения! Вот так просто и без затей он старается выяснить, известно ли что-то Брей-дену Грэнвиллу о его интрижке с Жаклин Селдон! Ах, если бы он только знал! Если бы он только знал, как высоко оценил его способности Брейден Грэнвилл и его люди! «Призрак»! «Призрачный любовник»!

— Мистер Грэнвилл? — переспросила она с напускной беспечностью. — О тебе? Но с какой стати, Херст?

— Разве нельзя спросить? — таким же фальшивым тоном ответил маркиз. — Мне просто стало интересно.

«И еще как интересно!» — ехидно подумала Кэролайн. Но вслух произнесла:

— Нет, он ничего не говорил.

— Ага. — Херст подобрал вожжи и, свистнув гнедым, тронулся с места. — Странный он тип, этот Брейден Грэнвилл. И твоя мать, между прочим, совершенно права. Тебе же пойдет на пользу, если ты будешь держаться от него подальше. Ты и правда заказала у него пистолет для Томми?

В последнее время Кэролайн так часто прибегала ко лжи, что запросто могла забыть, что кому говорила. В данном случае безопаснее всего было придерживаться той версии, что она изложила леди Бартлетт.

— Да, заказала.

— Ну так я сам его заберу, когда он будет готов. Договорились? Я не хочу, чтобы ты снова встречалась с этим типом.

Кэролайн затихла и просидела молча весь остаток пути до дома. Говорить ей не хотелось. Да и о чем, собственно, было говорить? Она уже выяснила все, что желала узнать.

А именно: когда ее поцеловал Брейден Грэнвилл, каждая жилка в ее теле ожила и затрепетала, и она почувствовала такой восторг, будто кто-то пускал у нее внутри фейерверки! Да, вот именно: фейерверки у нее внутри!

Зато когда ее поцеловал законный жених, она не испытала ни-че-го! Ну вообще ничегошеньки!

Следующая мысль повергла ее в самую настоящую черную меланхолию. Брюки!

Брюки определенно не подходят!

Глава 16

Полночь уже миновала, когда Брейден Грэнвилл позвонил в колокольчик на парадной двери стильного городского особняка в Мейфэре. Несмотря на поздний час, прошло не больше двух секунд, как дверь широко распахнулась и в освещенном проеме возникла фигура великана. Ширина его плеч могла с успехом соперничать с шириной мраморной каминной полки, а при взгляде на грубую физиономию невольно напрашивалось сравнение со старой наковальней, на которой изготовили не одну сотню лошадиных подков.