Валери Кинг - Страсть по расчету (Строптивая леди)

— Ты сделала изумительную прическу, — сказала Шарлотта.

— Спасибо, мисс, — поклонилась девушка, застегивая бриллиантовое ожерелье на шее Шарлотты.

Потом Кэтрин передала ей длинные белые перчатки и сказала:

— Желаю вам удачи, мисс Эмберли. Шарлотта не угадала истинное значение ее слов и порозовела.

— Ты очень добра, — ответила она, отворачиваясь от восторженной молоденькой девушки и надеясь, что румянец быстро схлынет со щек.

Через несколько минут Шарлотта покинула комнату и встретилась в коридоре с леди Перселл, как раз проходившей мимо.

— О, Шарлотта, вы выглядите прелестно, — проворковала ее светлость. — Уже готовы спуститься в большую гостиную? Вы не поверите своим глазам. Стоунлей, по всей видимости, весьма преуспел, близость к принцу помогла ему купить французскую мебель. Революция явилась страшной трагедией для французской аристократии, сколько их окончило жизнь на гильотине, но она послужила к выгоде нашего бедного острова — их мебель придала особое очарование нашим гостиным. У меня в спальне стоит комод, который, говорят, принадлежал французскому принцу.

Шарлотта согласилась, что действительно ужасные обстоятельства вынудили французских дворян продавать свое имущество, хотя многим и это не спасло жизнь. Она продолжала говорить, но едва они оказались на верхней площадке лестницы, как леди Перселл внезапно схватила ее за руку, вынуждая остановиться.

— Я знаю, не мое дело вмешиваться, но кто-то должен предостеречь вас. Если вы полагаете, что Стоунлей представит вас в качестве своей невесты гостям и прислуге, то ошибаетесь. Правда состоит в том…

Договорить начатую фразу она не успела, в этот момент у подножия лестницы появился Стоунлей. Леди Перселл немедленно заулыбалась и громко сказала:

— Вы увидите, что Эшест раскинулся на многие мили и желающий прогуляться до конца этих владений просто выбьется из сил. — Она засмеялась и тихо прибавила: — Остальное скажу позже.

Шарлотта не знала, что и думать, хотя в душе полагала, что Стоунлей пригласил ее к себе, чтобы показать дом и познакомить с ней слуг. Неужели она ошибается, как хочет заставить ее думать леди Перселл? И у него совсем другие намерения? Но тогда какие?

Прошел час, и все гости собрались в большой гостиной. Дамы в тончайших шелках напоминали экзотических бабочек, а мужчины щеголяли нарядами от Уэстона и Штульца. Шарлотте почему-то стало не по себе. Леди Перселл не закончила своего предостережения, но не это заботило сейчас девушку. Ведя непринужденную беседу с Эмили и полковником, она несколько раз перехватила взгляд миссис Гастингс, обращенный к Стоунлею, — она будто бы хотела передать ему свое неудовольствие. Со своей стороны, лорд, казалось, совершенно ее не замечал. Шарлотта хотела спросить Эмили, что ее беспокоит, но в гостиной было многолюдно, что исключало любые частные разговоры.

Вскоре она заметила, что гости начали поглядывать на чудесные часы с Аполлоном, стоявшие на лепной полке над камином. Сначала она не поняла, что так волнует присутствующих, но потом догадалась — запаздывал ужин. С объявленного часа прошло уже сорок пять минут!

Глянув на Стоунлея, Шарлотта увидела, что он встревожен не меньше.

— Что случилось? — шепотом спросила она у Эмили.

Эмили не ответила, она только обменялась взглядом с мужем. Эмили казалась рассерженной, но почему, Шарлотта не догадывалась. Полковник лишь покорно вздохнул.

— Вы должны сказать мне, в чем дело! — прошептала Шарлотта. — Что происходит? Вы так настороженны, словно сейчас появится вражеское войско.

Эмили слишком уж беззаботно рассмеялась.

— Чепуха, — ответила она. — Просто порой у экономки нет полной власти над кухней.

Шарлотта очень удивилась.

— В самом деле? — заметила она. — Миссис Бернелл показалась мне весьма сведущей женщиной. Интересно, что там такое?

Эмили обратилась к мужу.

— Хотелось бы, чтобы Стоунлей лучше управлялся со своими делами.

— Что теперь говорить, дорогая.

— Неужели все так плохо? — спросила Шарлотта удивленно. Хотя миссис Бернелл и не была с ней откровенна, как того желала бы Шарлотта, все в доме говорило, что ведется он безупречно.

— Это просто неслыханно! — раздраженно зашептала Эмили. — Сделай что-нибудь, дорогой. В конце концов, он твой друг.

— Хватит, Эмили, — пресек ее полковник. — Стоунлей может поступать так, как считает нужным, даже если я с ним не согласен.

Шарлотта поняла, что они говорят не об экономке, не о поваре или опаздывающем ужине. Но о чем? Больше всего на свете ей хотелось проникнуть в тайну их загадочных переговоров.

Но не успела она еще раз попросить объяснений, как дверь в гостиную открылась, и появился дворецкий, умоляя его светлость выслушать его. Спустя минуту Стоунлей оказался перед Шарлоттой.

— Мне нужна ваша помощь, — тихо сказал он. — Не пройдете ли вы со мной?

Он предложил ей руку, и девушка, не колеблясь, оперлась на нее. Но в ту же секунду она поймала негодующий взгляд Эмили, направленный исключительно на Стоунлея, но от которого ее сердце тревожно встрепенулось в груди. Да что же такое ждет ее? Если бы леди Перселл не пыталась предупредить об опасности и если бы голос Эмили не выражал такую тревогу, Шарлотта посчитала бы за счастье помочь любимому человеку.

А сейчас она шла рядом с ним и внутренний озноб мешал ей сосредоточиться и понять — что все это значит?

32.

В холле Стоунлей, чьи манеры вдруг стали предельно сдержанными, сказал:

— У вас, Шарлотта, значительный опыт в управлении поместьем. Мне кажется, что в моем — все в полном беспорядке и я отчаянно нуждаюсь в вашей помощи.

Они вошли в широкий коридор между двойной лестницей, и Шарлотта подняла на Стоунлея глаза.

— Я бы сказала, что с этой ситуацией лучше справились бы Эмили или леди Перселл. Конечно, я много лет присматривала за Эмберли, но леди Перселл управляет — домом, близким по размерам к вашему. Как я уже говорила вам, рядом с вашей великолепной усадьбой Эмберли-парк выглядит скорее коттеджем.

Стоунлей задумчиво смотрел на Шарлотту, замедлив шаги, он словно хотел что-то сказать. Наконец произнес:

— Нет. Я убежден, именно вы подадите мне нужный совет не хуже Эмили или леди Перселл. Пожалуйста, помогите мне.

— С удовольствием, — ответила Шарлотта.

Однако она не почувствовала себя польщенной, напротив, что-то угнетало ее. Будто назойливый комарик забрался в ее мозг и, беспокоя ее время от времени, звенел, словно бы предупреждая об опасности. Шарлотта помнила негодующий взгляд Эмили и слова леди Перселл: «Кто-то должен предостеречь вас». Предостеречь от чего?