Джози Литтон - Верь в меня

Они отплыли в Хоукфорт ближе к вечеру. Начался прилив. Ветер был достаточно сильным, однако они лавировали, стараясь подольше побыть только вдвоем. Когда они наконец оказались в виду пирса, выступающего далеко в воду, факелы уже горели, а на небе появились первые звезды.

И они увидели корабль у пристани, такой, на каких плавают викинги, — с высоким изогнутым носом, но сильно потрепанный, с обвисшими и порванными парусами и покосившейся мачтой.

— Кто-то попал в беду, — заметил Хоук. — Видно, шторм, который посетил нас, наделал бед и на севере.

— Возможно… — даже не осознав, что она заговорила, Произнесла Криста. Все ее внимание было приковано к кораблю. Чем ближе они подходили к пристани, тем сильнее ее охватывало чувство беспокойства. Она уже видела этот корабль раньше. Что-то в облике головы дракона на носу, слишком большой и тяжелой, будоражило ее память. — Я не вполне уверена, но…

Она так и не договорила, потому что они уже подплыли к причалу, и Криста увидела мужчину, который стоял на пристани. Он был среднего роста, с худыми, сутулыми плечами, прилизанными волосами неопределенного цвета и бледным лицом. Одной рукой мужчина придерживал туго облегающий его плащ, а другой бешено жестикулировал перед лицом Эдварда, который, как казалось, пытался его успокоить.

Хоук выскочил на пристань и, закрепив причальный канат, попал в поле зрения незнакомца. Тот оттолкнул управляющего и ринулся вперед с видом сознания собственной значительности, не замечая пренебрежительных и насмешливых взглядов людей, собравшихся на пристани, включая и членов собственной команды.

— Так вот вы где! — вскричал незнакомец. — Вовремя, нечего сказать! Я попал в худшую бурю за все столетие, я едва не утонул, добираясь сюда, и должен выслушивать от вашего человека, что он не имеет представления о том, куда вы направились!

Хоук выслушал чужака и поднял одну бровь.

— У вас есть имя, как я полагаю?

Парень тупо уставился на него. Прежде чем он раскрыл рот, Криста выбралась из лодки и остановилась возле Хоука.

— Милорд, это мой сводный брат Свен.

Едва она это сказала, как Свен побагровел. Глаза его смотрели на Кристу с невероятной ненавистью. Он сделал шаг по направлению к сестре, но плат опутал ему ноги. Споткнувшись, он взревел:

— Ты сука! Унизила нашу семью, все испортила! Я тебя проучу…

Хоук заслонил от него девушку и одним движением оторвал Свена от земли. Он держал его за шкирку, а Свен молотил ногами по воздуху и с каждой секундой багровел все сильнее, потому что шею ему сдавливал ворот туники.

— Ты понимаешь, к кому обращаешься, кретин?

Свен смотрел на Хоука со смесью ужаса и вполне объяснимого негодования. Брыкался он все лихорадочнее.

— Я хорошо знаю, кто она такая! — проверещал он. — Это ты не знаешь!

Глава 11

— Он дурак, — сказал Хоук, растянувшись на постели в спальне у Кристы.

Он категорически отказался оставить ее одну после сцены в гавани. Лежал, заложив руки за голову, с видом вполне беззаботным, если не считать смертоносных искр в глазах. Криста находилась за ширмой и переодевалась к ужину. Она была угнетена, ее обычное жизнерадостное настроение исчезло. И вес из-за этого проклятого сводного брата. Несколько минут Хоук занимался тем, что придумывал различные способы умерщвления идиота. Впрочем, это ничего не решало, однако он почувствовал себя немного лучше.

— …Дракон называл его слизняком и тупицей и был прав, — говорил Хоук. — Его собственные люди рассказывают всем, кто пожелает их слушать, что был всего-навсего небольшой шквал, никакой страшной бури, и только глупость лорда Слизняка довела их до беды.

Об этом Хоук узнал от преданной Элфит, которая нашептала ему обо всем перед уходом, после того как принесла сюда горячую воду и медовые пышки. Эдвард женится на этой девушке, и как можно скорее, меньшего она не заслуживает.

Криста вышла из-за ширмы. Она переоделась в серовато-коричневое платье, гораздо более простое, чем те изысканные наряды, которые она надевала обычно по вечерам.

Волосы се были заплетены в две тугие косы, падающие на плечи. Хоук поморщился, увидев ее такой скованной. Она выглядела грустной, напряженной и явно испуганной. Он ругнулся про себя, но постарался принять беззаботный вид.

— Послушай, дорогая, ты ведь не. виновата, что он твой родственник. Мне тоже приходится терпеть Дору, и я последний человек, который стал бы бросать камни в того, у кого неприятная родня.

— Дело не в этом, — тихо проговорила девушка и умолкла.

Хоук встал с постели, подошел к Кристе и положил руки ей на плечи, чтобы удержать прямо перед собой, когда она попыталась отвернуться.

— Так в чем же, скажи ради Бога? Ты не хочешь, чтобы он был здесь во время нашей свадьбы? Отлично, он уберется с первым приливом. Я не могу понять, с чего ты так встревожена.

— Разве ты не слышал, как он сказал, будто знает меня, а ты нет?

— Слышал… и это тоже не имеет значения. Если только ты не сообщишь мне, что ты не леди Криста Уэстфолд. Благодарение небесам, ты вовсе не ее служанка, не так ли?

— Нет, конечно же, нет! Я Криста Уэстфолд. Но мне кажется, ты не должен просто отмахнуться от того, с чем Свен сюда явился. Он никогда ни за что не берется, если может этого избежать, но он ведь проделал весь этот нелегкий путь. Ради чего?

— Если бы он не повел себя как полоумный, я бы решил, что он прибыл пожелать нам процветания и добра. А так…

— Вот именно. После смерти отца Свен вызвал меня к себе в имение. — Криста вздрогнула при этом воспоминании. — Он недвусмысленно дал понять, что возненавидел отца за его второй брак и презирает меня. Я даже не предоставляю, что бы он предпринял, если бы ярл Скирингсшила не выбрал меня в невесты для тебя. Даже Свен не настолько глуп, чтобы противиться Вулфу, но я боюсь, что у него что-то нехорошее на уме. Он в состоянии натворить бед.

— Ты ошибаешься. Он не сможет причинить тебе зло. Хоук увидел у Кристы на глазах непролитые слезы и выругнулся про себя. Ласково, с огромной бережностью он взял в руку одну из се кос, перекинутых на грудь. Криста не противилась. Хоук медленно и очень старательно расплел сначала одну, потом другую косу и расправил пальцами золотые кудри. Когда волосы свободно рассыпались по плечам, он выбрал украшенные драгоценными камешками ленточки и протянул Кристе.

— Если можно, доставь мне удовольствие.

Она исполнила его просьбу и, поняв, чего он хочет, удалилась за ширму и надела платье, словно сотканное из солнечного света и морской пены, в котором была вечером того дня, когда раскрылась тайна се перевоплощения. Побуждение одеться как можно проще исчезло так же быстро, как и возникло. Платье матери придало ей сил, а когда она вышла из-за ширмы, выражение глаз Хоука еще сильнее приободрило ее.