Джил Грегори - Побещай мне рассвет

Пламя в огромном камине постепенно угасало, оставляя после себя лишь мерцающие угли. Но огонь иного рода продолжал согревать Белинду в холодной ночи.

Глава 13

Белинда медленно пробуждалась с мечтательной улыбкой на губах. Не открывая глаз, она протянула руку, чтобы дотронуться до Джастина, но ее пальцы почувствовали лишь прохладную простыню. Белинда раскрыла глаза и села.

Джастин стоял возле кровати, бордовый халат облегал его великолепное тело. Улыбнувшись, он поднес к губам фарфоровую кофейную чашку.

– Хорошо ли тебе спалось, любовь моя? – спросил он.

– Чудесно, – ответила Белинда, и лицо ее засияло. – А тебе?

– О да! Я редко спал лучше. Правда, сон мой длился меньше обычного, поскольку одна ненасытная особа делила со мной ложе.

Она рассмеялась:

– Наверняка какая-нибудь порочная девчонка. Держись подальше от таких. Они ужасные бесстыдницы.

– Да, все так говорят.

Джастин подошел к дубовой горке, на которой стоял серебряный поднос с двумя фарфоровыми чашками, сахарницей, кувшинчиком для сливок и сверкающим кофейником.

– Выпьешь кофе, Белинда? Миссис Гэвин все нам принесла.

– О да. Пожалуйста. – Она зевнула, деликатно прикрыв рот ладонью. – Миссис Гэвин просто сокровище, правда? Она давно у тебя?

– Без малого шесть лет. Ее муж входил в мою команду, а сейчас служит счетоводом у меня на плантациях. Я без них двоих как без рук.

– А ты, похоже, крепко сдружился со всеми членами команды, – заметила она, подтягивая одеяло к подбородку, – ранним весенним утром в спальне было прохладно. – И многие из них продолжают работать на тебя в Виргинии?

– Большинство. По-моему, мы необычная компания. Человеку, который прежде вел такую своеобразную жизнь, очень трудно найти свое место в жизни обычной. Мы действуем как единая слаженная команда и понимаем друг друга с полуслова. Так что я очень рад, что бывшие моряки работают теперь на меня. К тому же, – сказал он, передавая ей чашку с дымящимся черным напитком, – все они преданы мне. Преданность – самое ценное качество. И оно заслуживает вознаграждения.

Джастин присел на кровать. Взгляды их встретились, и они улыбнулись друг другу.

– Доброе утро, любовь моя. – Хриплый голос Джастина был исполнен нежности, и сердце у Белинды запрыгало, как сумасшедшее.

– Доброе утро. – Ее взгляд таил в себе невысказанное желание.

Джастин отбросил одеяло и восторженно-изумленно воззрился на ее обнаженное тело. Потом, оставив кофе стынуть, они вместе забрались в постель. Белинда прильнула к его груди. Руки Джастина осторожно исследовали и ласкали каждый дюйм ее тела. Этим утром они предались любви неторопливой и нежной. Белинда смутно улавливала свежий морской бриз, задувающий в комнату, мягкий шелест золотых портьер на окнах. Даже простыни, словно паруса под легким ветром, трепетали вокруг них. Лицо Джастина, такое мужественное, полное жизни, склонилось над ней.

В этом утре ощущалась какая-то легкость, расслабленность и нега. И тело ее будто омывало теплыми волнами. Тихонько мурлыча, она водила пальцами по мышцам, перекатывающимся на спине Джастина. Он ласкал языком ее грудь, и кончики сосков твердели. Белинда и Джастин наслаждались друг другом, раззадоривая, пробуя на вкус, позволяя своим чувствам выплескиваться наружу, а немного погодя она грациозно скользнула на его могучее тело и улыбнулась, глядя ему в глаза. Ветерок обдувал ее обнаженную спину. Его теплые руки лежали у нее на груди. Утреннее солнце потоками мягкого золотистого света заливало комнату и согревало их сплетенные тела. Они слились воедино, изгибаясь, вытягиваясь, соединяясь – на один прекрасный миг вечности.

Это восхитительно – просыпаться таким образом, решила для себя Белинда. Более того, она не стала бы возражать, если бы они провели в постели целый день, да только тут в дверь постучали, выведя их из состояния блаженной умиротворенности.

– Проклятие! – Джастин нахмурился и чмокнул ее в шею. – Кто там?

– Саймон, – донесся отрывистый ответ. – У меня есть новости.

Джастин мигом соскочил с кровати и завернулся в халат, а Белинда стыдливо прикрылась простынями.

Она напряженно прислушивалась, когда Джастин, чуть приоткрыв дверь, приглушенным голосом разговаривал с пришедшим, но так ничего и не разобрала. Когда Джастин наконец затворил дверь и повернулся к ней, она увидела, что его безмятежное настроение исчезло без следа. Видимо, услышанное не слишком его обрадовало.

– Что случилось? – спросила она, отбрасывая со лба спутанные локоны. – Какие-нибудь неприятности?

– Нет, ничего такого, из-за чего тебе стоило бы беспокоиться, – ответил Джастин, при этом, казалось, думая о чем-то своем.

Он подошел к окну и выглянул на улицу. Выражение лица у него было холодное, отсутствующее. Белинда почувствовала: он не желает посвящать ее в свои проблемы. Ее собственное радостное настроение тоже улетучилось, холод пронизал ее тело. Выскользнув из постели, она застыла в нерешительности. Немного погодя Джастин повернулся к ней.

– Тебе лучше вернуться в свою комнату и одеться, – произнес он отрывисто. – Миссис Гэвин поможет тебе искупаться. Чуть позже мы встретимся в гостиной.

– Джастин. – Она подошла к нему и тронула за руку. Он не шелохнулся. – Что с тобой? Что-нибудь не так? Пожалуйста, не скрывай от меня – что бы это ни было.

Джастин посмотрел на нее. Лицо его по-прежнему было хмуро. Он протянул руку и погладил ее огненный локон, потом наклонился и быстро поцеловал в губы.

– Иди, Белинда, – сказал он. – Мы поговорим позже.

Видя, что он по-прежнему удручен и не намерен обсуждать с ней свои проблемы, она вышла, превозмогая обиду. Прошлой ночью Белинде казалось, что ее ожидает одно лишь счастье, но теперь сомнения и чувство неопределенности снова вернулись к ней. Джастин опять стал для нее чужим, и она чувствовала себя одинокой и обездоленной.

Миссис Гэвин уже находилась в ее спальне. Она раскладывала одежду на кровати, на которой этой ночью никто не спал. Воду для купания уже налили в большой чан, и из него поднимался пар. Когда экономка посмотрела на нее, Белинда вспомнила, что на ней нет ничего, кроме простыни. Ей стало стыдно.

– Б-благодарю вас, миссис Гэвин. Мне больше ничего не нужно, – запинаясь произнесла она, чувствуя, что краснеет с головы до пят.

К ее изумлению, маленькая женщина улыбнулась с обычным радушием:

– Хорошо, мисс. Позвольте заметить, я очень рада вашему возвращению. Вчера я так за вас беспокоилась! Подумать только – вы сбежали, едва встав после болезни. В жизни не видела ничего подобного.

– Я… я прекрасно себя чувствую, – пролепетала Белинда. – О болезни и думать забыла.