Джоан Вулф - Сделка

— Нужно поставить какой-нибудь знак, — сказала я. — Чтобы никто не въезжал на мост.

— Все будет сделано. А сейчас поторопимся домой, и я тотчас же дам распоряжения.

Во время разговора Ральф не переставал поглаживать вороного, и тот почти успокоился. Я подумала, что большинство мужчин наверняка разгневались бы на животное за непослушание, тем более в присутствии женщины, во всяком случае, не стали бы так ласково успокаивать его, как это делал Сэйвил…

Ох, не слишком ли много достоинств увидела я в этом человеке за такой короткий срок! Тем горше будет разочарование, если мне придется его испытать.

— Вам придется самой дойти до замка, если не возражаете, миссис Сандерс, — сказал Ральф, когда мы достигли конюшни. — Я должен сейчас же найти Джона и распорядиться обо всем.

— Конечно, милорд, — ответила я. — Дорога мне уже знакома.

Войдя в дом, я первым делом поспешила в детскую, но мальчиков там не было.

— Мистер Уилсон повел их к бассейну, — сообщила мисс Эллеридж.

— И я хочу! — топнув ногой, сказала маленькая Каролина.

— Я тоже! — подержала ее Джейн, младшая дочь Гарриет.

Две ее сестры, видимо, пребывали в раздумье.

Бедняжки, подумала я о дочерях Гарриет. Еще не понимают, что их матери нужен только сын, мальчик — дочери же являются обузой. Возможно, правда, их малоприятный дед питает к ним более теплые чувства. Дай-то Бог…

Выйдя из детской, я спустилась к себе в комнату, чтобы переодеться, а затем по длинному коридору направилась в малую гостиную, которая казалась мне намного уютнее других комнат.

Как я и предполагала, Джинни была там. Она заканчивала писать письмо.

— Присаживайтесь, Гейл, — сказала она. — Я как раз собиралась прогуляться перед ленчем. Надеюсь, вы присоединитесь?

Я согласилась и села в кресло отдохнуть после верховой прогулки и подумать о только что случившемся на мосту. Вернее, о том, что могло случиться.

Чем дольше я думала о происшествии, тем больше убеждалась в правильности предположения Ральфа: конь мог почувствовать опасность, исходящую от моста. Ведь известно, что многие животные обладают каким-то особым чутьем на это. У боязливого Сатаны, видимо, было хорошо развито шестое чувство.

— Готово, — сказала Джинни, складывая листок бумаги.

— Не будете переодеваться? — спросила я, привыкшая к тому, а вернее, знающая из книг о том, что знатные люди только и делают целые дни, что переодеваются — к завтраку, на прогулку, к ленчу, на другую прогулку, к обеду…

Джинни посмотрела на меня с некоторым удивлением.

— Нет, — ответила она. — Я уже одета. — И, встретив мой недоуменный взгляд, добавила:

— Я ведь росла и воспитывалась в сельской местности, где нравы проще, чем в городе. Мы тут не гуляем по саду во всем параде, в шелковых платьях и тонких кожаных туфлях. Особенно если земля сырая, как сегодня, потому что ночью прошел сильный дождь.

Какая погода была минувшей ночью, я не знала, не хотела знать, мне было не до того… Но я заподозрила, что презрение, прозвучавшее в ее словах, было направлено по определенному адресу. Как же все они невзлюбили эту женщину! Во мне, как ни странно, крепла жалость к Гарриет.

Мы совершили приятную прогулку по дорожкам и лужайкам сада с внутренней стороны замка, посидели под большим кедром; я не скрыла от Джинни того, что произошло на мосту, и она сказала с беспокойством, что все это необходимо немедленно проверить и исправить: ведь если лошади предчувствуют беду, то далеко не все люди обладают такими способностями.

Домой мы вернулись ко второму завтраку и уже сидели за столом в компании с Гарриет и ее отцом, когда вошел Джон Мелвилл, чем-то сильно взволнованный, что сразу было заметно по его лицу.

— Ральфа еще нет? — спросил он.

— Мы его с утра не видели, — ответила за всех Джинни. — Что там с мостом? Починили?

— Да. Об этом я и хотел поговорить с Ральфом.

— Что-нибудь не так, Джон? Не скрывай от нас.

— По правде говоря, Джинни, меня не на шутку обеспокоило это происшествие. — Он положил себе на тарелку кусок холодного мяса, сыр и продолжил:

— Надломилась одна из главных опор моста, и если бы Ральф проехал дальше, то, не сомневаюсь, рухнул бы вместе с мостом в воду. Чудо, что этого не случилось.

Я снова подумала о бурном потоке, и мне почудилось, я слышу треск ломающихся балок и досок и вижу, как всадник вместе с огромным вороным конем летит в этот поток.

Прикрыв от ужаса глаза, я проговорила больше для самой себя:

— Спасибо Богу и этому чуткому коню…

— Хотелось бы знать, Мелвилл, — со злостью произнес мистер Коул, — что у вас тут за порядок, черт побери, если даже хозяин не может спокойно проехать по собственному мосту?

— Порядок здесь есть и без ваших замечаний, Коул, — раздраженно ответил Джон. — Я как-нибудь сам разберусь. А мост уже чинят.

Последние слова предназначались Джинни.

В этот момент в столовую вошел Ральф. Он уселся за стол и выслушал довольно подробное объяснение Джона, а затем, не говоря больше ни слова о злополучном мосте, повернулся к сестре и положил перед ней письмо.

— Его только что привез посыльный из Остерби, — сказал он. — Думаю, будет лучше прочесть сразу.

Джинни нахмурилась, распечатала конверт, пробежала глазами первые строки.

— Боже! — воскликнула она. — Что за день сегодня! Час от часу не легче. Ты уже знаешь? — обратилась она к брату.

— Посыльный вкратце рассказал мне.

Еще один человек вошел в комнату. Это был Роджер.

— Что случилось, Джинни? — спросил он, сразу обратив внимание на бледное, застывшее лицо кузины и на письмо у нее в руке.

— У нас в Остерби был пожар, — ответила та. — Управляющий пишет, что сгорело все западное крыло дома.

— Люди пострадали? — спросил Ральф.

— Нет. Тут написано, все успели выбежать из горящего здания.

— Значит, все не так страшно, Джинни. Успокойся, могло быть гораздо хуже.

— Просто не верится! — со слезами в голосе проговорила леди Реджина. — И как нарочно, Джервеза нет в Англии. Опять на своей дурацкой конференции!

— Ну-ну, ты же так не думаешь, — сказал Ральф. Но Джинни уже не могла остановиться.

— Наш управляющий сам ничего не соображает! А Джервеза нет, хотя и от него толку мало. Я же не могу в таком состоянии, — она ткнула пальцем в свой живот, ехать туда и заниматься всем этим.

В ее голосе уже звучали истерические нотки.

— Перестань, Джинни, — повторил Ральф. — Я немедленно поеду и посмотрю, что там случилось и что нужно сделать, чтобы привести дом в порядок.

Он ласково похлопал ее по руке.

— Ты поедешь? О, Ральф, я так тебе благодарна. — Она всхлипнула.