Джулия Бирн - Пленница викинга

Он глядел прямо в глаза ее кузену, но в холодном блеске его глаз была заметна искорка веселья.

– Рорик, – так же холодно произнес Эдуард. – Ты в последние годы причинил мне немало хлопот. Думаю, теперь мне придется об этом забыть.

– Ты знаешь, почему.

– Да. – Эдуард насмешливо выгнул бровь. – Все закончилось, или ты желаешь забрать мою жизнь в обмен на жизнь Ситрика?

– Все закончилось, – ответил Рорик. А затем добавил: – Тебе ничто не угрожало.

– Мое облегчение безгранично.

Ивейна покачала головой. Она устала переводить взгляд с одного лица на другое, но кое-что было очевидно.

– Вы знакомы.

Оба дружно повернулись к ней.

Как будто только что вспомнили, что я здесь, – подумала Ивейна со злостью.

Глаза Эдуарда расширились от изумления.

– Святые небеса! Ивейна, ты бы посмотрела на себя. Ты же еле на ногах стоишь и…

– Да? – Ивейна подбоченилась. – К чему столько волнений, кузен? Меня всего лишь похитили, бросили в море, снова вытащили, не захотели выслушать, а теперь я вдруг узнаю, что вы двое прекрасно друг друга знаете и обмениваетесь шутками, которые никто кроме вас не понимает. Так как, по-твоему, я могу себя чувствовать?

Рорик усмехнулся.

– Она прекрасно себя чувствует.

– Оно и видно, – поддакнул Эдуард. – Похоже, девочка, которую я отправил в Селси, научилась показывать зубки.

– У вас научишься, – мрачно согласилась Ивейна. – И за то, что ты послал эту девочку в Селси, ты, Эдуард, мне ответишь.

– Не надо, котенок. – Рорик шагнул вперед и схватил ее за руку. – Твой кузен не привык к твоим способам вести переговоры. Я с ним сам разберусь.

– Но… – Заметив удивление на лице короля, Ивейна лихорадочно попыталась найти какое-нибудь оправдание, которое не погубило бы Рорика.

– Сначала тебе придется объясниться, – раздражительно заявил Эдуард. – Похоже, кузина, ты недовольна своим мужем.

– Ты должен был это знать, – подозрительно мягким голосом заметил Рорик.

Одних его слов, не говоря уже об угрожающем тоне, хватило, чтобы пробудить гнев Эдуарда.

– Что я тебе, предсказатель? О свадьбе договаривались через посредников, как это обычно и делается. Святые небеса, отец только что умер. Я дни и ночи просиживал на военных советах, и… – Он умолк, заметив ледяной блеск в глазах Рорика. – И я совершенно не знал этого человека, – нахмурившись, добавил он.

Голос Рорика стал еще мягче, еще более угрожающим.

– Тогда позволь мне просветить тебя.

В глазах Эдуарда мелькнула догадка.

– Вот это да! – воскликнул он. – У вас нашлось время рассказать друг другу истории своей жизни, после того как ты вытащил Ивейну из воды? Наверное, я поторопился казнить подлеца, который пытался ее убить.

Рорик пожал плечами.

– Тогда это сделал бы я.

– Нет, Рорик…

Он взглянул на Ивейну, но ничего не ответил. На мгновение сжав ее локоть, он подтолкнул девушку к Эдуарду.

– Ивейне здесь не место, – сказал он. – В твоем лагере есть женщины, которые могли бы о ней позаботиться?

– Конечно! О чем я только думаю? Вульф, – Эдуард щелкнул пальцами, подзывая одного из своих людей. – Отведи леди Ивейну в лагерь. Та девка, которая согревает твою постель, примерно такого же роста. Проследи, чтобы она хорошо позаботилась о моей кузине.

– Но…

– Иди в лагерь, Ивейна. – Тихий голос Рорика заставил ее умолкнуть. – Здесь тебе делать нечего.

– Вот именно, – согласился Эдуард. – Мы скоро закончим. После того, как я разберусь с остальными пиратами.

С возгласом удивления Ивейна взглянула на пляж. Моряки с корабля Оттара были выстроены в ряд в нескольких метрах от нее, все они стояли на коленях со связанными за спиной руками и обменивались угрюмыми взглядами. Они были живы, но…

Больше она ничего не заметила. Рорик протянул руку и развернул ее лицом к себе, прежде чем она успела понять, что куча тряпья в конце ряда это тело Оттара.

– Вижу, ты слушаешься своего кузена не больше, чем меня, – проворчал он сквозь зубы. – Я не для того вытаскивал тебя из моря, чтобы ты заболела. Ступай! Или я сам отнесу тебя в лагерь.

По крайней мере, это позволило бы ему оказаться подальше от Эдуарда. Но, чувствуя себя изможденной и понимая, что это лишь временная отсрочка, девушка подчинилась.

– Хорошо, я иду, но только если вы поклянетесь никого больше не убивать.

– Я и не собирался.

Почему-то это утверждение напугало ее еще сильнее. Она повернула голову.

– Эдуард?

Король переводил взгляд с нее на Рорика и обратно.

– В счет уплаты долга перед тобой, Ивейна? Пощадить тех, кто причастен к твоему похищению? – Он с любопытством посмотрел на Рорика. – Отлично. Я удовлетворю твою просьбу.

– Мне только Оттар угрожал, – пояснила Ивейна, словно оправдываясь. – Остальные не знали, что… не знали, кто я такая…

Она запнулась и умолкла. Эдуарду может прийти в голову все что угодно. Он не дурак: понимает, что сказано далеко не все; но зато ей не придется беспокоиться, что ее муж и кузен поубивают друг друга.

Осталось только одно. Страх, что теперь, когда она в безопасности, Рорик уплывет, не попрощавшись.

Ивейна взглянула на него, и попыталась обратиться к нему с обычной любезностью, хотя в глазах ее читалось совсем другое.

– Я бы хотела поблагодарить вас, милорд, за вашу заботу, за спасение моей жизни. Возможно, позднее…

Губы Рорика насмешливо изогнулись. Неожиданно Ивейна поняла, как нелепо выглядит, изображая знатную даму, и подобрала падающий плащ.

Но как только ее ресницы задрожали, а глаза наполнились влагой, лицо Рорика смягчилось. Он поднес к губам ее руку и поцеловал в ладошку.

– Не бойся, – тихо сказал он. – Я найду тебя. Где бы ты ни была.

Несколько часов спустя Ивейна начала сомневаться. Рорик так и не появился, зато ее вызвали к королю.

Она подчинилась со смесью надежды и беспокойства. Надежды, потому что помнила, как вел себя Рорик, когда вытащил ее из воды. И беспокойства, потому что не знала, что Рорик наговорил Эдуарду, и боялась, что его рассказ мог оказаться голой, неприкрашенной правдой.

Проходя вслед за Вульфом по лагерю, Ивейна поглядывала на свою юбку. Конечно, она радовалась, что ей одолжили одежду, но зеленый плащ и бледно-желтое шерстяное платье не вызывали в ней ни малейшего воодушевления.

С другой стороны, скромный наряд лучше подходит для беседы с королем. Особенно если вспомнить свое поведение на пляже.

Ивейна закусила губу. Что заставило ее обращаться к своему сеньору и повелителю таким тоном? Она помнила Эдуарда молодым принцем. Он был добр с ней, хотя и достаточно равнодушен, как и полагается старшему кузену; но прошло уже пять лет с тех пор, как он стал королем, отвоевав корону у своего родственника, и теперь он вряд ли потерпит подобную вольность.