Карен Хокинс - Похищенный жених

Эта ночь была очень долгой, и Джек полагал, что ему не нужно ничего, кроме мирной тишины его библиотеки. Однако эта тишина казалась какой-то обманчивой.

Джек поднялся из-за стола, чтобы помешать угли в камине, при этом взглянул в окно. Ветер выл с неистовой силой, по нему плыли тяжелые облака, деревья гнулись и раскачивались. Он остановился у окна, наблюдая за тем, как к Фионе и Грегору присоединился Дугал.

Она была одета в зеленый костюм для верховой езды, который подчеркивал все ее формы. Волосы были заколоты булавками под шляпкой, небольшими прядками поигрывал ветер. Она наклонила лицо, вслушиваясь в то, что ей говорил Грегор, не отрывая взгляда от его лица, губы ее были слегка приоткрыты.

Джек потер грудь, ощутив в сердце тупую боль. Минувшая ночь была ужасной. Фиона отказалась разговаривать с ним, после того как он вынес ее из игорного дома, отказалась с ним спать, когда они приехали домой, а утром отказалась выслушать его попытки объяснить ей ее поведение.

Она была не права, черт возьми! Ей не следовало посещать игорный дом. И точка. И совсем недавно они оба приняли участие в безумной баталии, которая закончилась хлопаньем дверей и сердитыми словами прощания.

Джек прислонился к оконной раме и стал наблюдать за тем, как Грегор помогал Фионе сесть на лошадь. Симпатичная гнедая кобыла по имени Офелия идеально ей подходила. Изредка Офелия демонстрировала норов, если долго застаивалась в конюшне, но после короткой прогулки успокаивалась и шла размеренной рысью.

Сегодня лошадь была раздражена, она пританцовывала и била копытами, и конюх вынужден был придерживать ее за повод, чтобы Фиона могла благополучно сесть.

Глядя на конюха, Джек нахмурился. Как зовут этого мужчину? Он казался незнакомым, Джеку следовало бы расспросить о нем Девонсгейта.

Фиона просунула ногу в стремя, села в седло и зацепилась коленом за луку седла. После этого Грегор повернулся к своей лошади. Конюх передал Фионе поводья и отошел, чтобы поправить подпругу.

То ли пронесшаяся мимо с грохотом повозка, то ли хлопающие от ветра юбки Фионы испугали Офелию. Так или иначе она нервно шарахнулась в сторону, энергично вскинула голову и поднялась на дыбы. Джек в ужасе смотрел на то, как Фиона прижалась к шее лошади, ее шляпка и хлыст упали на землю. Лошадь встала на дыбы, а затем жестко опустилась на землю.

Джек ухватился за оконную раму, у него перехватило дыхание при виде того, как Офелия рванулась вперед и понеслась по дороге с Фионой, которая припала к лошадиной гриве.

Джек выскочил в холл, затем наружу. Грегор пришпорил свою лошадь и помчался за Фионой. Джек схватил Дугала за ногу, стащил его с громадной черной кобылы, в мгновение ока вскочил на нее, сунул ноги в стремена и понесся галопом, прижавшись всем телом к лошади.

Он должен догнать, должен ее спасти. Жизнь без Фионы теряла всякий смысл.

Фиона ухватилась за гриву лошади, а взбесившееся животное неслось по улицам Лондона, вынуждая шарахаться в стороны кареты и других лошадей.

Фиону нещадно трясло. Внезапно что-то щелкнуло, и седло сдвинулось набок.

Затем оно с треском оторвалось, и Фиона взлетела в воздух. Этот момент замедлился, растянулся во времени, почти остановился. Она взлетала все выше и выше. В следующий момент она начнет падать и почувствует боль. Фиона закрыла глаза, выбросила вперед руки, чтобы за что-нибудь зацепиться, но зацепиться было не за что.

Каким-то чудом сильные руки схватили ее и притянули к широкой груди, поймав ее так легко, словно она была яблоком, упавшим с дерева. Судорожно хватая ртом воздух, Фиона вцепилась в спасшего ее человека.

Низкий голос негромко произнес:

– Держись!

Джек! Фиона с облегчением обняла его, а он притянул ее к себе поближе и посадил к себе на колени. Дрожа всем телом, она уткнулась лицом ему в грудь, вдыхая исходящий от него запах. Она начинала любить этот запах почти так же, как любила запах шоколада.

– Ты не ушиблась?

Его низкий голос рокотал у нее над ухом.

Фиона покачала головой, хотя у нее болело все тело, а в глазах стояли слезы.

Джек чувствовал, как она дрожит, видел ее слезы и еще крепче сжал Фиону в объятиях.

– Ты в моих руках, Фиона. Ты в безопасности.

– Теперь все худшее позади, – сказал Грегор, поравнявшись с ними.

Джек остановил лошадь, Грегор сделал то же самое у самого входа в Гайд-парк. Здесь были повозки, кареты, лошади и седоки – и взгляды всех были устремлены на них.

Джек не мог даже в мыслях возвратиться к тому, что едва не случилось. Лошадь понесла, и жизнь Фионы висела на волоске. Если бы она упала головой вниз… Он еще крепче прижал ее к себе, пытаясь отделаться от возникших в его мозгу картин. С бледным как полотно лицом подъехал Дугал на одной из лошадей Джека.

– С ней все в порядке?

– Надеюсь, – сказал Джек, чувствуя, что ее дыхание мало-помалу успокаивается.

Грегор поднялся в стременах.

– Фиона, ты слышишь меня?

– Она потрясена, но вполне здорова.

– Ты уверен? – Дугал потянулся к Фионе, как бы пытаясь забрать ее у Джека.

Джек стиснул зубы. Фиона была его, и он умрет, но не позволит отнять ее у него.

Энергичность его реакции поразила Джека. Объяснялось ли это тем, что Фиона была его женой? Или тем, что он был единственным мужчиной, который знал ее интимно? А может, им владело чувство собственника, неизменно присутствующее в крови Кинкейдов? Как бы там ни было, Джек знал сейчас лишь то, что если кто-нибудь попытается забрать у него Фиону, он не задумываясь убьет этого человека.

Дугал отступил, однако посмотрел на него с подозрением:

– Ты усадил мою сестру на негодную лошадь.

– Это не так, с Офелией никогда не было проблем. Ты только посмотри на нее сейчас!

Лошадь мирно паслась возле входа в парк, хотя седло у нее съехало набок.

– Значит, ты сделал что-то с лошадью такое, что заставило ее повести себя таким образом, – запальчиво проговорил Дугал.

– Фиона ездит на всяких лошадях с четырех лет, – добавил Грегор. – Она не какой-нибудь тепличный цветок.

– Я определенно думаю, что здесь что-то было не так, – стоял на своем Дугал.

– В таком случае у тебя будет возможность поразмыслить, пока ты будешь обихаживать лошадь и заниматься ее седлом, – отрезал Джек. – А я забираю Фиону домой.

Бросив мрачный взгляд на Джека, Дугал слез со своей лошади и бросил поводья Грегору. Он осторожно подошел к Офелии и без проблем взял поводья. Он начал приподнимать седло, затем остановился и наклонился, пытаясь что-то рассмотреть.

– Что там? – спросил Джек.

Дугал насупил брови.

– Под седлом шип.

– Проклятие! – Грегор в мгновение ока спешился, привязал лошадей к дереву и присоединился к брату.