Анджела Дивайн - Единственный мужчина

Пенни не смогла скрыть своего возмущения, когда женщина кокетливо улыбнулась Джону. «Видела бы она, как заботливо и мило ведет он себя по отношению ко мне». От ярости у нее снова словно бы закипело в груди. «Он, кажется, даже не собирается потратить на меня и капли своей показной галантности. Мое несчастье для него не более, чем легкое недоразумение. И, похоже, его абсолютно не заботит — насколько вежлив он бывает разговаривая со мной».

Когда Джон снова обратился к ней, его голос прозвучал резко и раздраженно.

— Вам придется некоторое время поскучать без меня. Пойду выпью кофе и сделаю пару звонков.

— Да, конечно, — покорно согласилась Пенни, украдкой смахивая тыльной стороной ладони набежавшую слезинку.

Она уже начинала стыдиться своей новой вспышки гнева и поклялась сдерживать себя во что бы то ни стало. В ее враждебности к Джону, по большому счету, не было никакого смысла. Да и показал он себя вполне прилично. «Как-никак в больницу привез. И видно, в неплохую. Вероятно, это боль и вызванный ею шок заставили ее разрыдаться», — рассуждала про себя Пенни…

Несмотря ни на что она почувствовала облегчение, когда санитар доставил ее в кабинет с зашторенными окнами, куда вскоре пришел, чтобы осмотреть ее, рыжеволосый врач. Следующие минут десять ей было мучительно больно. Пенни пришлось собрать все свое мужество, чтобы сдержать крик. Наконец, пытка закончилась, и она вновь оказалась в приемном покое. Как назло, Джоном Миллером здесь и не пахло. «Наверное, он устал ждать и уехал, — мрачно раздумывала Пенни. — Наверное, этому надо только радоваться, но я так устала и расстроена, что была бы рада видеть хоть какое-нибудь знакомое лицо. Действительно, все идет наперекосяк. Но по крайней мере Джон, похоже, знал, что делать. Кто его знает, может быть, он и неплохой человек?»

Скрывая разочарование. Пенни приветливо улыбнулась средних лет женщине, которая тяжело опустилась на скамейку напротив ее кресла. Та ответила ей дрожащей улыбкой и вдруг задохнулась в рыданиях.

— Что с вами? — испуганно спросила Пенни. — Вам плохо? Может быть, позвать медсестру?

— О нет, милая, не стоит, — всхлипывая, ответила женщина. Ее руки судорожно и непроизвольно комкали мокрый от слез носовой платок. — Со мной все в порядке, но я теряю голову от страха за своего Стива. Мой мальчик был за рулем в той самой машине, которая разбилась. Боюсь, он сильно пострадал. Они не позволили мне даже взглянуть на него, и я не знаю, что и думать. Вдруг она, как бы окаменев, замолчала, но затем, видимо, в ее сознании произошел переворот и она снова переключилась на Пенни.

— Ну а с тобой что, милая? Кстати, меня зовут Вильма Кокс. Ты-то почему здесь?

Частично для того, чтобы отвлечь собеседницу от дурных мыслей, а частично чтобы как-то скоротать время. Пенни в общих чертах, правда, иногда сгущая краски, описала все события этого бесконечно текущего для нее дня, не обходя вниманием и Джона Миллера.

— Господи боже мой! — воскликнула миссис Кокс. — Да если бы мне скинуть годков двадцать и фунтов сорок веса, милая, я бы не задумываясь рискнула повредить ногу, чтобы оказаться в объятиях Джона Миллера. Да что там говорить, ведь все молодые женщины в округе по уши влюблены в этого повесу. Хотя похоже Брэнде Сью Хартли удалось окончательно окрутить его. Она подцепила его на крючок до того, как он сообразил, что обратной дороги нет. Видать, скоро поженятся. Да что и говорить — все при ней — и красивая, и богатая. Но вот только задавала. Впрочем, как и все Хартли. Они здесь живут испокон веков. Да, денег у них «куры не клюют» — папаша Хартли здорово зашибает в страховой компании.

Для Пенни эти невинные сплетни были как нож по сердцу. «Значит, у Джона Миллера есть девушка, не так ли? Вряд ли стоит этому удивляться, и конечно, это не ее дело». И все же слова миссис Кокс задели ее за живое. Вспомнив, как Джон взвалил ее на плечо, вновь ощутив пульсирующий прилив страстного желания, охватившего ее при этом, девушка чуть не разрыдалась. «Без сомнения, он находил это очень забавным — с легким сердцем флиртовать с Пенни Оуэн. А Брэнда Хартли в это время ожидала его дома. Красивая! Богатая!!»

«Действительно, хорош, нечего сказать, — бесилась про себя Пенни, — и как можно было быть такой дурой?»

Вдруг дверь распахнулась и на пороге появился Джон с чашкой кофе и журналом для женщин в руках, который он не замедлил вручить пострадавшей. Пенни взяла его и метнула в сторону вошедшего взгляд, в котором было все — и раздражение и обида.

— Спасибо, — сухо промолвила она. Никак не подав вида, что он обратил внимание на изменение в поведении девушки, Джон обернулся к ее соседке.

— Очень сожалею, что встретился с вами здесь, миссис Кокс, — сказал Джон. — Я слышал про несчастье, происшедшее с вашим Стивом, но надеюсь, что с ним не случилось ничего серьезного. Не хотите ли немного кофе, мадам? Мне не составит труда принести себе еще.

— Что вы, спасибо, мистер Миллер, вы истинный джентльмен, — благодарно отозвалась Вильма Кокс. — Трудно найти более благовоспитанного мужчину во всей округе.

— Ты слышишь это. Пении? — самодовольно заметил Джон. — Ты уверена, что теперь не пожелаешь пополнить ряды моих многочисленных поклонниц?

Ответный взгляд Пенни был яростно красноречив.

«Опять он за свое! — в бешенстве пронеслось у нее в голове. — Легко добивается расположения любой женщины в округе — от восьми до восьмидесяти! Но не у меня!»

— Абсолютно уверена, — яда в голосе Пенни было не меньше, чем на зубах у мокасиновой змеи. — Я действительно предпочитаю воспитанных мужчин!

Миссис Кокс была явно озадачена таким необычным обменом любезностями, но не успела она разобраться в происходящем, как появился доктор и увел ее из покоя. Минут через пять она вернулась, сияя от радости.

— Как дела у Стива? Надеюсь, ничего серьезного? — спросил Джон.

— Сломана нога и запястье, — ответила миссис Кокс с видимым облегчением. Но, говорят, к началу осеннего семестра в колледже он поправится. Может, это несчастье пойдет ему на пользу — возьмется за ум и, пока будет валяться в постели, немножко наверстает отставание по запущенным предметам.

Пенни не смогла сдержать улыбки.

— Я так рада, что самое страшное для вас позади, — сказала она сразу же понравившейся ей женщине.

Миссис Кокс энергично ответила на ее рукопожатие.

— Давайте договоримся так. Когда у вас все образуется, загляните ко мне на огонек как-нибудь вечерком, — чувствовалось, что она приглашает от чистого сердца. — Я оставлю свой номер. Позвоните, как только устроитесь.