Гейл Линк - Песнь надежды

– Да, о нем.

– И что?

– Я позвоню, чтобы принесли чай, – предложила Джорджи, присев рядом.

Ее подруга выглядела восхитительно: в модной шляпке, элегантном и дорогом платье в серую и сиреневую полоску, изысканно причесанная. Джорджи оценивающим взглядом осмотрела себя: простая коричневая шерстяная юбка, белая полотняная блузка, забрызганный краской голубой передник, и заключила, что не выдерживает никаких сравнений с Джилли.

Девушка не успела произнести ни одного слова, как дверь распахнулась.

В гостиную вошла крупная женщина – миссис Литтл, экономка и кухарка, держа серебряный поднос с чаем.

– Решила избавить вас от необходимости звонить, мисс Джорджина, – проговорила она.

– Спасибо, – поблагодарила та.

– Не за что, – ответила экономка, опуская поднос на маленький столик, стоящий перед диваном, где сидели девушки. На живописном подносе разместилось блюдо, а на нем – маленькие бутерброды, салат, яйца, копченый шотландский лосось, сыр и помидоры. Теплые булочки, масло, две вазочки веджвудского фарфора с клубничным и ежевичным вареньем и большой расписной чайник довершали картину.

– Желаю приятного аппетита, – сказала миссис Литтл и вышла.

– Она так о тебе заботится, – заметила Джилли, принимая из рук подруги дымящуюся чашечку чая.

– Да, – согласилась Джорджи. – Если бы не миссис Литтл, я из-за своей работы забывала бы даже поесть.

– Ты обещала мне что-то рассказать о Рейфе, – напомнила Джил, добавляя в чай молоко и взяв бутерброд.

– На днях я разговаривала с кузеном Тони, и он обмолвился, что вместе с Рейфом собирается провести уик-энд в загородном доме Алленвудов.

– Правда?

Джорджи не могла скрыть улыбки, томной и ленивой, как у дорогой и породистой кошки. – Да.

– Интересно, почему Рейф не сказал мне об этом, когда я встретила его, – произнесла Джилли, чуть нахмурившись.

– А где ты его встретила?

– В парке. Он прогуливался верхом. Один.

– А ты?

– Как назло, – призналась Джилли с досадой в голосе. – Я была с Мэг и ее младшей сестрой.

– Бедняжка Мэг, – вздохнула Джорджи, принимаясь за чай и бутерброд с копченым лососем. – Она без ума от Тони, однако нельзя сказать, что взаимно.

Джилли, соглашаясь, кивнула.

– Она убеждена, что моя мама видит его моим мужем, но я, как могла, объяснила, что Тони больше подходит ей, чем мне. Я люблю Тони как брата, но не больше.

Джорджи заулыбалась.

– Она будет терпеливо дожидаться, пока мой кузен остепенится, как бы долго не пришлось ждать. А я, зная Тони, не уверена, что это произойдет скоро.

– Ничего, у Мэг удивительное терпение.

– В отличие от тебя, так?

– Я тоже могу быть терпеливой, Джорджи, – возразила Джилли, – когда чего-нибудь хочу.

– Или кого-нибудь, – поправила подруга.

– Ты права. – Джиллиан улыбнулась. – Или кого-нибудь. – Поставив чашку и блюдце на поднос, она вытерла губы полотняной салфеткой. – Однако я не буду ждать, как Мэг. Сидеть и просто ждать, когда Рейф сам соизволит придти ко мне.

– А ты никогда не задумывалась, что Рейф, возможно, не любит тебя?

Джилли ответила вопросом на вопрос.

– Ты когда-нибудь любила, Джорджи? Большие, с золотистым отливом глаза задержались на лице подруги.

– Да, конечно, любила, – призналась она. – Однако, – прибавила Джорджи задумчиво, – любовь эта не обернулась для меня ничем хорошим, потому что человек, которого я любила, меня не любил.

– В таком случае, ты понимаешь, что когда любишь человека, то желаешь ему только хорошего. Думаешь прежде всего о его счастье.

– Согласна, – ответила Джорджи, опуская глаза. – Одному Богу известно, что я думала также.

Джилли сжала в своей ладони руку подруги.

– Я знала, что ты поймешь меня, – заговорила она. – Если бы Рейф любил еще кого-нибудь, от меня это не укрылось бы. А если все же так случится, и незнакомка окажется способной любить его сильнее, чем я, ничего не останется, кроме как смириться.

– Ты в самом деле поступишь так?

– Я очень люблю Рейфа и отпущу его, если почувствую, что так ему будет лучше. – Джилли поднялась с диванчика и принялась расхаживать по небольшой уютной гостиной. – И все же, – продолжила она, остановившись перед вазой с глициниями, которые обожала, – я слишком люблю его, чтобы уступить без борьбы.

– Восхищаюсь твоей решимостью, – призналась Джорджи.

– Это у нас фамильное, – ответила Джилли, пожимая плечами.

– И все же этим можно гордиться, – сказала Джорджина, – поскольку многие считают, что мы довольны судьбой и более удачливы, чем Мэг, которая только и ждет, чтобы с нами что-нибудь случилось, – в голосе девушки прозвучали злые нотки.

Джилли, всегда чутко улавливающая перемены в настроении подруги, снова села на диванчик.

– Ты виделась с матерью? Джорджи кивнула.

– В ваших отношениях ничего не изменилось?

– Нет. Она непреклонна. Когда я откажусь от фривольного образа жизни и амбиций, вспомню об ответственности, которую на меня накладывает мое происхождение, тогда и только тогда моя мать снизойдет до того, чтобы пустить меня на порог своего дома.

– В таком случае, она просто глупа, – заявила Джилли. – Потому что в конечном счете это будет ее потеря. А что отец? Что думает он?

– Я перестала быть его дочерью в тот день, когда ушла из дома и начала самостоятельную жизнь. – Джорджи порывисто обняла подругу. На лице появилась вымученная улыбка. – Не переживай за меня, моя дорогая Джилли. Я знала, на что иду, и была ко всему готова. Если бы я не сделала этого, увяла бы там. А теперь, – сказала Джорджи, наливая себе и подруге чаю, – поговорим об уик-энде у Алленвудов.

Джилли взяла свою чашку и, заговорив, слегка опустила голову.

– Думаю, уик-энд за городом поможет мне во многом, – произнесла она.

– В каком-то смысле, да, – поддержала подругу Джорджи, – я так и думала, что ты согласишься.

Лицо Джилли озарила радостная улыбка.

– А от кого ты получила приглашение?

– От леди Алленвуд и ее сестры леди Диллингтон. Они всегда были поклонницами моего таланта и покупали мои работы на выставках. А у леди Диллингтон, как мне кажется, свой умысел, она надеется таким образом заполучить Тони.

– Тони? Ты считаешь, она к нему неравнодушна?

– Не просто неравнодушна, но и состоит с ним в любовной связи.

Глаза Джилли расширились от удивления, когда она вспомнила потрясающе красивую баронессу, полуангличанку, полурусскую, с которой недавно познакомилась.

– Ты это точно знаешь?

– Тони сам признался мне в этом, – подтвердила Джорджи.

– Бедная Мэг, – вздохнула Джилли, – похоже, ей действительно придется запастись терпением, прежде чем Тони сделает ей, наконец, предложение.