Ли Бристол - Серебристые сумерки

Анна никогда не страдала какими-либо странностями, и позднее она так и не смогла объяснить себе, что же с ней произошло. Сердце ее вдруг замерло, длилось это секунду, а может, и того меньше, но это ошеломило ее. У Анны возникло такое ощущение, что должно произойти что-то очень важное. И первой ее мыслью было: я знаю этого человека. Конечно же, эта мысль была абсурдной. Она видела его только краем глаза во время их безумной гонки. Анна попыталась взять себя в руки и проанализировать, что с ней, собственно, происходит. И пришла к весьма неожиданному выводу: он самый симпатичный мужчина из всех виденных ею до сих пор.

Он был высоким, стройным, мускулистым, каждое его движение было полно неожиданного для ковбоя изящества. Из-под сдвинутой на затылок шляпы виднелись густые темные волосы, несколько завитков спускались к воротнику рубашки. Изумительно чистые и ясные зеленые глаза, высокий лоб, мощный подбородок с трогательной ямочкой довершали и без того привлекательную картину.

А еще внимание Анны привлекли его губы: пухлые, четко очерченные, они как бы смягчали остальные черты, хотя, безусловно, не умаляли их мужественности. В уголке рта залегла небольшая складка – может быть, от привычки вечно усмехаться? И все же в его губах было нечто, приятное женскому глазу. И глядя на это “нечто”, Анна почувствовала, как ее губы невольно приоткрываются… Да, это было запоминающееся лицо. Но все-таки где она могла его видеть раньше?

И тут вдруг возникла мысль, поразившая ее. Возможно, просто именно это лицо она всю жизнь желала увидеть?..

Анна ощутила смущение, а затем раздражение. Она постаралась сбросить с себя паутину странных ощущений и посмотрела незнакомцу прямо в глаза. То, что она увидела, заставило ее затаить дыхание. В его глазах читалось такое же удивление и явное восхищение, с какими, наверное, она смотрела на него.

Ковбой стоял возле крыльца, засунув большие пальцы за ремень с кобурой. Он чуть откинул голову назад, терпеливо снося изучающий взгляд Анны. А потом на его губах появилась легкая усмешка, та самая, от которой возникла складочка у рта.

– Да, вы очень хороши, – мягко произнес он, чуть растягивая слова. – Даже лучше, чем я ожидал.

Анна потупилась, словно смущенная школьница. Она стояла не шевелясь, а ее недавний соперник тем временем неторопливо разглядывал ее. И было что-то такое в его взгляде, от чего Анна почувствовала себя совершенно обнаженной, и невольно покраснела. Ей вдруг показалось, что он может читать ее сокровенные мысли. Его взгляд проникал сквозь плотную юбку, блузку, кожу и доходил, казалось, до самых потаенных уголков ее души. Анна уже хотела было вознегодовать, но поняла, что не в силах этого сделать. Никто и никогда еще не смог проделать с ней такого.

Она ощутила, как что-то сжимается внутри, будто в тревожном предчувствии. Сердце забилось быстрее. Она снова взглянула в глаза ковбою, такие теплые, выражающие что-то, известное только ему.

– Кто вы и что делаете у меня на ранчо? – требовательно спросила Анна. – Не считая того, что загоняете меня в ручей и вмешиваетесь в дела, совершенно вас не касающиеся.

Легкая улыбка ковбоя превратилась в усмешку.

– Мадам, вы можете называть меня Джош, а что касается остального, то я ищу управляющего.

– А что вам нужно от моего управляющего?

– Работа.

Анна оглядела своего собеседника с головы до ног.

– На ранчо “Три холма” всех работников я нанимаю лично, и боюсь, что в данный момент у нас нет вакансий. Должна добавить, сэр, что вам следует научиться производить хорошее впечатление на ваших предполагаемых работодателей. До свидания.

Анна повернулась и направилась в дом, но тихий смех заставил ее остановиться и резко обернуться.

– Нет вакансий, да? – Похоже, эта фраза Анны показалась ему забавной. – Что ж, недурной способ от меня избавиться. Скажите, вы, наверное, не местная? Чувствуется легкий акцент.

Глаза Анны вспыхнули гневом, и все очарование, только что владевшее ею, моментально улетучилось. В конце концов, он просто неотесанный американец… ковбой… А внешность – это только внешность.

Многие люди находили ее акцент очаровательным, и Анна старалась сохранить его и не поддаться техасской манере растягивать слова.

– Это британский акцент, сэр, – сухо ответила Анна. – И по-моему, ясно, что вы как раз не местный. Иначе бы вы знали, кто я такая.

Похоже, эта отповедь задела ковбоя, хотя в его глазах по-прежнему сверкали озорные искорки. Он вежливо поинтересовался:

– А кто вы, мадам?

Анна выпрямилась во весь рост, составлявший около ста семидесяти сантиметров. Она уже давно не козыряла своим титулом, однако знала, какое благоговение вызывает у американцев упоминание о благородном происхождении. С чуть надменной улыбкой Анна заявила:

– Я Анна Эджком, леди Хартли, владелица и хозяйка ранчо “Три холма”.

Однако на нахального ковбоя ее слова не произвели особого впечатления, похоже, они скорее позабавили его. Он прищурился и насмешливо уставился на Анну:

– Это точно? Что ж, отлично, если вы не обманываете. – С губ ковбоя слетел тихий смешок, он снял шляпу, отряхнул пыль с джинсов и недоверчиво покачал головой.

– Не вижу ничего смешного, – холодно бросила Анна.

– Конечно, мадам. – Ковбой обвел взглядом зеленую лужайку, потом клумбы, на которых цвели поздние летние цветы, а затем – печальные ивы и выложенные гранитной крошкой дорожки. Казалось, что он впервые в жизни видит подобное. Джош все еще усмехался, но когда он снова посмотрел на Анну, в его глазах вспыхнула искорка интереса.

В тот момент, когда он поднялся по ступенькам и посмотрел Анне прямо в лицо, Джош понял, что есть в этой женщине нечто. Существуют такие женщины, как, впрочем, и лошади, которые моментально вызывают интерес у мужчин. Это нельзя объяснить, да и понять толком нельзя. Но Анна Эджком была именно такой женщиной.

Она не могла называться красавицей в классическом понимании этого слова. Однако существовало в Анне кое-что, не имевшее отношения к внешности и для чего определение “красота” было слишком бледным. Внутренняя сила? Изящество? Джош решил, что и эти определения не совсем верны. Это нечто было такой же редкостью в Техасе, как и ее автомобиль.

Высокая и стройная. Стоячий воротник и накладные плечики накрахмаленной приталенной блузки придавали Анне этакий чопорный, “накрахмаленный” вид, и у Джоша мелькнула мысль, что, возможно, она на самом деле такая. Но вот что за фигура скрывается под всем этим?

Строгое впечатление от аристократически молочно-белой кожи и правильных черт лица смягчали собранные в высокую прическу мягкие белокурые волосы и глаза серебристого цвета. Джош подумал, что эти глаза, наверное, могут быть очень привлекательными, если не смотрят таким ледяным взглядом. Светлые брови и ресницы могли бы сделать внешность Анны блеклой, но они были столь густыми и изящно изогнутыми, что, наоборот, придавали ее лицу выразительность. Джош окончательно пришел к выводу, что Анна весьма интересная женщина, из тех, на кого мужчины оборачиваются на улице. По-королевски надменная, самоуверенная, сдержанная и почти такая же любезная, как лед в январе.