Нэн Райан - Твоя, только твоя

– Да? Значит, ты сумела меня провести!

Он засмеялся и закрыл лицо руками, защищаясь от нее. Мэри Элен стукнула его и показала ему язык. Клей никогда не думал о Мэри Элен как о девчонке. Она была ему другом. То же самое было и с ней. Клей был ее приятелем, доверенным лицом, товарищем ее игр.

Много лет они вместе ходили в школу, вместе учились и играли, то есть вели себя так, словно были существами одного пола.

Но, наконец, наступил день – сначала он наступил для Клея, потом для Мэри, – когда они поняли, что принадлежат к разным полам.

Это открытие Клей сделал совершенно неожиданно в самый первый день нового года. Было очень холодно. Клей вышел из дома, чтобы встретить Мэри, которую он давно не видел, – Преблы отправились в Южную Каролину, чтобы провести Рождество с родителями Жюли, и должны были вернуться к вечеру 1 января 1845 года.

Когда на усыпанной галькой подъездной дороге Лонгвуда показалась знакомая карета, Клей выбежал навстречу.

Мэри Элен первой появилась из кареты. Ее светлые локоны сияли в лучах неяркого зимнего солнца. Девочка радостно соскочила на землю и побежала навстречу Клею. Она сделала это точно так же, как делала тысячу раз прежде. И так же, как прежде, обняла его за шею и звучно чмокнула в загорелую щеку.

Мэри крепко стиснула его и спросила:

– Ты скучал по мне?

Внешне Клей прореагировал точно так же, как всегда, когда его импульсивная подружка выражала свою симпатию.

Он сделал кислое лицо и устроил настоящий спектакль, старательно стирая кулаком со щеки ее поцелуй.

– Вовсе нет! – ответил он. – Я был очень занят.

Но сердце его не слушалось. Оно забилось неровно, пропустив несколько тактов.

Мэри Элен радостно хихикнула, схватила обеими руками Клея за руку и потащила в дом со словами:

– Нечего прикидываться! Я же знаю, что ты скучал по мне, так же как я по тебе! Скажи, что скучал, не то я тебя ущипну!

В конце концов, он усмехнулся:

– Ну, может, самую малость.

Клей долго не мог прийти в себя после того, что случилось. Сегодняшнее происшествие удивило и озадачило его. Мэри целовала и обнимала его миллион раз, и это его нисколько не смущало. А теперь он лежал без сна, хотя было уже за полночь, и снова и снова вспоминал прикосновение ее нежных теплых губ к своей холодной щеке. Вспоминал аромат чистоты и свежести, которым веяло от ее великолепных золотистых, почти белых волос.

К тому времени, когда Клею исполнилось пятнадцать, он уже был по уши влюблен в Мэри. Но он не сказал ей о своей любви. Он никому не сказал об этом. Он тщательно хранил свой секрет. Он будет хранить его долго – до тех пор, пока Мэри не повзрослеет и не поймет, что любит его, – если это вообще когда-нибудь случится.

Если нет, этот секрет умрет вместе с ним.

Последующие дни и недели Клей провел в сладком мучении. Они с Мэри по-прежнему проводили все время вместе, но теперь все изменилось.

По крайней мере, для него.

Каждый раз, когда она ему улыбалась, называла его по имени, дотрагивалась до него, мальчик чувствовал, как у него слабеют колени, и он с трудом преодолевал желание заключить девочку в объятия и прижать к своему неистово колотившемуся сердцу.

Наступило лето. С ним пришли новые мучения.

– Пошли купаться! – позвала его Мэри Элен в первый же теплый день, когда он пришел в Лонгвуд.

– Ах, нет… наверное, не стоит, Мэри…

– Но почему? Клейтон Террел Найт, я хочу знать, почему нет? – настаивала Мэри Элен.

Она не верила своим ушам. Ее прелестное личико с детским недоумением обратилось к другу.

– Мы ведь каждый год ходим купаться, как только потеплеет!

– Да, конечно, но… – Он замолчал.

– Что «но»?

Клей посмотрел в ее темные глаза, от которых так трудно было отвести взгляд, и покачал головой:

– Ты не поймешь!

– Я же не тупая, ты попробуй, объясни!

Он нервно рассмеялся. Мальчик не собирался объяснять ей настоящую причину. Вместо этого он сказал:

– Мэри, я просто не хочу идти, вот и все.

– Ну, ты и неженка, – беззаботно заявила она. – А вот я все равно пойду освежиться!

И тут же рванулась прочь. Клей схватил ее за руку и потащил назад.

– Ты прекрасно знаешь, что тебе не разрешается купаться одной!

– Знаю! – И Мэри Элен улыбнулась ему одной из своих самых ослепительных улыбок. – Поэтому, хочешь, не хочешь, тебе придется пойти со мной! Пожалуйста! Ну, пожалуйста, Клей!

И они пошли купаться на свое любимое место, на берегу. Они нашли его, пять лет назад. Здесь, за водоворотом, могучая Миссисипи образовала небольшую лагуну, укрытую в тени деревьев. Место было тихое, уединенное и находилось в трех четвертях мили от пристани вверх по течению. Дети считали ее своей. От реки их отделял отрог утеса Чикаро, и здесь им не была видна река, но и их никто не мог видеть. Устье лагуны было скрыто кустарником.

Лицо Мэри порозовело от волнения. Как только они пришли к воде, она торопливо сбросила туфли, не задумываясь, стащила с себя платье, освободилась от кружевной нижней юбки и теперь стояла на узком берегу в рубашке и панталонах.

– Кто смел, тот и съел! – крикнула она и, зажав нос большим и указательным пальцами, бросилась в прохладную прозрачную воду.

Клей остался стоять на берегу. Ему не хотелось раздеваться даже до пояса. Мальчик опасался близко подходить к красивой девочке, которая, не задумываясь, разделась до нижнего белья.

Он прекрасно знал Мэри. Если он пойдет купаться, она захочет поиграть, захочет окунуть его с головой, захочет проехаться у него на спине – так, как это было всегда. Сейчас Клей не знал, сможет ли он все это выдержать.

Мальчик медленно присел на корточки.

– Пожалуй, сегодня я не стану купаться, – сказал он.

– Ой, здесь та-а-а-к холодно! – протянула Мэри. Губы ее дрожали, девочка энергично шлепала ногами по воде.

– Ну, зачем только ты заставил меня купаться! Еще слишком холодно для плавания! – продолжала дразнить его лукавая подружка.

Клей усмехнулся, но ничего не ответил.

– К-Клей! Я за… замерзаю!

Клей поднялся, достал одно из полотенец, которые они принесли из дома, и стал у кромки воды.

– Пожалуй, тебе уже пора выходить!

– О-о-ох, ты прав! – воскликнула она и поплыла к нему.

Он наклонился, чтобы подать ей руку. Мэри взялась за нее и позволила вытащить себя на берег. Несмотря на яркое солнце, она вся дрожала. Клей посмотрел на нее, и ему стало так же жарко, как ей было холодно.

Его милая, прекрасная Мэри стояла прямо перед ним, в детской невинности беззаботно демонстрируя свои девичьи прелести. Двумя руками она выкручивала свои длинные светлые волосы и совершенно не думала о том, как сильно ее облегает мокрое нижнее белье, как соблазнительно оно подчеркивает все линии ее стройного тела.