Ширли Грин - С первого взгляда

— Так, значит, Фарнсворт? — задумчиво уточнила Абигейл. — Мне кажется, я выбрала бы это имя, если бы скрывалась от полиции. Ну так скажите мне, мистер Фарнсворт, — она сделала особое ударение на фамилии, — как долго вы находитесь на острове? Я с самого раннего утра занимаюсь уборкой в доме и, тем не менее, никак не почувствовала вашего присутствия. Слабо верится, что вы провели здесь целый день, так ни разу и не заглянув в дом.

— Мы с сыном живем на острове вот уже три недели, — возразил мужчина. И вы не видели нас только потому, что мы ездили в Хайаннис за покупками. Я снял этот остров вместе с домом сроком на шесть недель, до пятнадцатого сентября.

— Нелепица какая-то, — сказала Абби; до пятнадцатого сентября осталось еще целых три недели. — Я никому не сдавала дом и не собираюсь ждать так долго, чтобы избавиться от вашего присутствия. Думаю, для всех будет лучше, если вы быстро соберете вещи и уедете отсюда. Вы можете уехать тем же катером, которым сегодня добрались сюда из Хайанниса. По приезде туда у вас будет достаточно времени, чтобы еще раз просмотреть эти так называемые документы на аренду.

— Катер уже ушел. Мы наняли человека, и он довез нас сюда. Теперь он вернется только пятнадцатого числа, чтобы забрать нас отсюда. Что же касается документов на аренду, то в их проверке нет никакой необходимости, огрызнулся отец мальчика. — Документы в полном порядке. Я лично все проверил, прежде чем подписать их.

— Мой папа… Просто нам нельзя ничего рассказывать о себе…

— Замолчи, Гарри!

Мальчишка торопливо зажал рукой рот.

— Я юрист. И лично проверил все документы на аренду.

— Вероятно, вы действительно их проверили. — Абби едва сдержалась, чтобы не ухмыльнуться ему прямо в лицо. Да, забавный получается разговор с этим, с позволения сказать, юристом. — И кто же подписал с вами договор об аренде?

— Мисс Спенсер, — ответил он и вдруг подозрительно посмотрел на нее. Точнее, мисс Абигейл Спенсер.

— Так, значит, договор был подписан мисс Спенсер? А.Л. Спенсер?

В знак подтверждения он кивнул.

— Это случайно была не пожилая дама, с седыми, слегка поредевшими на макушке волосами? Приблизительно пяти с небольшим футов ростом? Похожа на птичку?

— Точно. Что вы хотите этим сказать?

— Ничего особенного, — все еще продолжая дразнить его, ответила Абигейл. — Дело в том, что я единственная Абигейл во всем семействе Спенсер. Вы же явно говорите о моей двоюродной бабушке — Амариллис Петиции. Что поделать, тетушка Летти очень любит играть на бегах. Думаю, она с вашими денежками уже давно во Флориде. Или в другом подобном месте, где есть тотализатор.

— Так, значит, вы и есть та самая мисс Спенсер, которая…

— Получила в наследство весь этот остров, а в придачу и все, что находится на нем. Да, этот дом и этот остров действительно принадлежат мне.

— И сокровища тоже, — заметил мальчишка. — Ведь где-то здесь спрятаны настоящие сокровища.

— О сокровищах ничего сказать не могу — просто ничего о них не знаю. Хотя дядюшка и упоминал о каких-то сокровищах, но никогда не разрешал начать их поиски. «Мои сокровища» — так говаривал он…

Абби не договорила, так как за спиной у нее что-то подозрительно задребезжало — это зазвенели стекла в оконных рамах.

— Мой дядя Теодор был весьма своеобразным человеком. Но этот остров он завещал мне. — Абби встала. — Послушайте, уже довольно поздно и, похоже, надвигается гроза. Не лучше ли вам подумать о том, как уехать отсюда?

— Уехать отсюда? Черта с два! — ответил мужчина. — Вы или, по крайней мере, ваше семейство должны мне деньги за три недели проживания на острове. И я вовсе не намерен дарить их вам.

— В таком случае можете подать на меня в суд, — предложила Абби.

— Что непременно и сделаю, — сказал он. — Нет, мы просто не уедем отсюда до пятнадцатого сентября.

Снаружи прогремели раскаты грома. Подойдя к окну, Абби слегка раздвинула занавески. Черные тучи: бешено, мчались по небу над самыми макушками немногочисленных, гнущихся от порывов сильного ветра деревьев.

— Похоже, ветер северо-восточный, — отпустив занавески, заметила она. В такую непогоду на улицу не выгонишь даже собаку. Думаю, сегодня вам придется остаться здесь. В доме достаточно места для всех. А завтра мы, как цивилизованные люди, еще раз обсудим эту проблему и решим, что же вам делать дальше.

— Катер не придет за нами до пятнадцатого сентября, — возразил мужчина. — Поэтому мы останемся на острове.

— Я завтра же сама отвезу вас на материк. У меня есть лодка. И пожалуйста, не разговаривайте со мной таким безапелляционным тоном. Хотя я и не юрист, но все же хорошо знаю свои права.

С этими словами Абби снова демонстративно плюхнулась на диван, о чем тут же пожалела. Старая громадина, как видно, была набита конским волосом.

Мальчишка невинно улыбнулся, отчего сразу стал похож на херувима.

— Вот здорово! Значит, небольшая белая лодка с желтой полосой на борту принадлежит вам?

— Да, а что? — Встревожившаяся Абби даже подскочила на диване. — Чего ты так радуешься? Что случилось с моей лодкой?

— Ничего особенного. Просто она была плохо привязана. Полчаса назад я видел, как она отплывала от берега.

— Отплывала?

Больше всего Абби ценила спокойствие и размеренный образ жизни. До их пор лодки никогда не уплывали от острова сами по себе, особенно если учесть то обстоятельство, что здесь они были единственным средством передвижения. И незнакомцы, назвавшиеся именами литературных героев, тоже ни с того ни с сего никогда не появлялись на острове.

Да и такая женщина, как я, в мои полные двадцать девять лет просто не может оказаться на необитаемом острове в компании пирата и маленького мальчишки в придачу, подумала она.

Отец мальчика с подозрением взглянул на сына.

— Так, значит, лодка уплыла сама по себе?

— Наверное, она просто отвязалась, и ее унесло от берега.

Абби внимательно наблюдала за ними.

— Я привязываю лодку особым узлом, — сказала она. — Завязанный мной узел просто не мог развязаться сам собой.

— Гарри! — тоном обвинителя обратился к мальчишке отец.

Покраснев до корней волос, тот усердно принялся ковырять ногой в полу.

— Мне просто захотелось ее как следует рассмотреть. У нее есть мотор, и она так симпатично покачивалась на воде, что я решил немного покататься. И…

— И что? — спросил его мужчина таким тоном, словно допрашивал обвиняемого в суде.

От жалости к мальчонке Абби даже слегка поморщилась. В голосе отца не было ни капли сострадания, а Гарри, похоже, больше чем просто нуждался не только в значительных дозах сострадания, но и в любви. Даже Абби при всей своей неопытности в вопросах семьи мгновенно поняла, что мальчишка находился в состоянии эмоционального стресса. Его настроение менялось очень быстро: от улыбки и смеха до задумчивости и даже злости. А сам Селби Фарнсворт, несмотря на приятную внешность, явно не самая идеальная кандидатура для решения проблем мальчика.