Виктория Александер - Желание леди

Ознакомительный фрагмент

– Может быть, вам следовало бы приглядеться получше.

Фелисити отступила от балкона, поняв, что ей может угрожать опасность, и крепче прижала к груди подзорную трубу, ощущая уверенность и спокойствие от ее тяжести. Труба и правда могла послужить оружием и оставить солидную вмятину на черепе. К тому же Фелисити не сомневалась, что сможет закричать в случае необходимости.

– Не думаю все же, что вам стоит…

– Если вы опасаетесь за свою добродетель, не стоит.

Над балюстрадой появилась рука, у Фелисити перехватило дыхание. Он передвигался быстрее, чем она ожидала. Удивляться не стоило. Этот человек уже спустился по стене одного дома, перебежал через лужайку и взобрался по стене, не говоря уже о том, чем мог заниматься до этого. И уставшим он совершенно не выглядел.

Незнакомец перегнулся через перила и встал на балкон. Она оказалась права: этот был высокий человек, почти на голову выше ее. В темноте трудно было рассмотреть черты его лица, но она заметила, что они довольно-таки приятные. Днем он выглядел бы просто великолепно. Леди Помфри вряд ли увлеклась бы несимпатичным мужчиной. Улыбка его показалась явно безнравственной, и перед ней точно невозможно устоять.

– Я слишком устал, чтобы интересоваться чем-то, кроме сна, в который намереваюсь погрузиться, как только окажусь в собственной постели.

– Я совершенно не испугалась, – высокомерно заметила Фелисити.

– Тогда зачем вы вооружились этим? – Он указал кивком на подзорную трубу.

– Это? – Она переложила подзорную трубу из одной руки в другую. – Это просто старая подзорная труба, когда-то принадлежавшая родственнику-моряку.

– Подзорная труба? – Незнакомец перевел взгляд с инструмента в ее руках на телескоп. – Вижу, у вас есть и телескоп.

– Я изучаю звезды. Они очаровательны.

Он расхохотался:

– Столь же очаровательны, что и соседи?

Ее лицо вспыхнуло.

– Я астроном. Не профессиональный, но все же астроном. Я не подглядываю за соседями!

– Нет?

– Услышав крики и выстрел, я захотела посмотреть, что происходит, но я не имею привычки совать нос в чужие дела.

Он с явным недоверием отвернулся, чтобы осмотреть стену сада. Именно в это мгновение Фелисити пожалела, что не ударила его подзорной трубой, но сделать это еще не поздно. Если он потеряет сознание, его, вероятно, найдут и ее репутация пострадает, а репутация этого человека весьма сомнительная и…

– Знаете, глупо, что вы не испугались. Разговаривать посреди ночи с незнакомцем, моральные устои которого сомнительны, и позволить ему войти в вашу спальню…

– Ничего подобного я не позволяла. – В голосе ее прозвучало возмущение. – Вы вольничаете. Вы без приглашения проникли в мой сад, а теперь, снова без приглашения, появляетесь у меня в комнате и…

– Что ж, именно так и поступает мужчина сомнительных моральных устоев. Теперь я вижу пролом в стене и как до него добраться, поэтому желаю вам спокойной ночи.

– Ну так идите.

– Прежде чем снова воспользоваться шпалерами, хочу поблагодарить вас за помощь.

– Я совершенно ничего не сделала.

– Это-то и ценно. – Без всякого предупреждения он шагнул к ней, взял за руку и поднес к своим губам. – Милая девушка, будь вы моей младшей сестрой, я сделал бы все, чтобы вы просидели под замком большую часть следующего года, чтобы сегодняшний инцидент не повторился.

– Неужели?

– Если бы речь шла о моей младшей сестре, я позаботился бы, чтобы она вооружилась чем-то иным, кроме подзорной трубы, на случай повторения сегодняшнего инцидента.

– Неплохо сказано.

Он засмеялся, отпустил ее руку и вышел на балкон. Перекинув ногу через перила, дотянулся до шпалер.

– Да, еще кое-что. В будущем постарайтесь не пускать мужчин с сомнительными моральными принципами к вам в спальню. По крайней мере до того, когда возраст позволит вам четко представлять последствия сомнительной морали.

Сказав это, он пропал в ночи. Лишь звук шуршащих листьев свидетельствовал, что он вообще был.

– Возраст…

Мгновение Фелисити смотрела в одну точку, потом рассмеялась. Глупец принял ее за ребенка. Конечно, в темноте, когда на ней ночная сорочка, волосы распущены да еще телескоп и подзорная труба, наверное, она и правда выглядела девочкой.

Внизу раздался стук, потом послышались приглушенные ругательства. Фелисити вышла на балкон и перегнулась через перила.

– С вами все в порядке?

– Мой ботинок застрял в вашей проклятой шпалере, и теперь я не могу его найти.

– Сэр, думайте, что говорите.

– Прошу прощения. Очевидно, придется идти по улице в одном ботинке.

– Это кара небесная, не находите? За ваши грехи.

– Вне всякого сомнения.

С этими словами незнакомец пересек лужайку и мгновенно исчез в кустах у подножия стены. Теперь он без труда найдет выход.

Придвинув кресло к балкону, Фелисити оперлась локтями о холодные каменные перила. Этот… он… явно от него веяло приключением, волнением, опасностью, неизвестностью, что случится дальше. И что странно, рука все еще хранила тепло его губ.

Жизнь с таким человеком, наверное, никогда не будет уравновешенной, скучной, обыденной.

Фелисити улыбнулась, встала, нашла на небе звезду.

– Как я благодарна тебе за внимание к моей просьбе. Он прекрасно мне подходит. Конечно, все может оказаться непросто, но это дополнит загадку. Не сомневаюсь, с ним будет весело, хотя он не совсем то, на что я надеялась. Все дело в его сомнительных моральных принципах. Но у него, кажется, есть представления о чести. И с ним никогда не будет скучно. А теперь, если можно, одно небольшое пожелание. Очень хотелось бы узнать его имя.

Глава 2

Мужчине нужна свобода поступать по своему желанию, когда он захочет и пока хочет.

– Итак, – Синклер стоял с бокалом шампанского в руке, глаза его искрились весельем, – тебя спасла маленькая девочка.

– Не назвал бы ее маленькой, – небрежно проговорил Найджел, вглядываясь в танцующие под звуки популярного вальса Штрауса пары.

В сущности, он не собирался присутствовать на сегодняшнем балу и сделал это лишь по настоянию матери. После инцидентов, подобных произошедшему три дня назад с лордом и леди Помфри, необходимо появиться на публике как можно быстрее, чтобы исключить возможность скандала.

Найджел наивно думал, что избежал неприятностей, скрывшись невредимым и незамеченным. В конце концов, леди Помфри явно не захочет обнаружить собственное неблагоразумие. Лорд Помфри в тот вечер вернулся домой прямо из объятий актрисы известной репутации. Поэтому он пожелает избежать скандала. Просто Найджел снова не учел, насколько быстро распространяются слухи благодаря лондонским слугам. Служанки и лакеи, камердинеры и повара всегда от души развлекались над похождениями представителей высшего света. Найджел подавил ухмылку. Он явно поразвлек народ, но ощущал кое-какую ответственность. Положение обязывает.