Джоанна Борн - Черный ястреб

Ознакомительный фрагмент

Жюстина проглотила еще ложку, а потом жадно приникла к миске, поднесенной к ее губам. Насытившись, она склонила голову на грудь Пакса и вновь погрузилась в забытье. Выждав некоторое время. Пакс осторожно опустил голову Жюстины на подушку.

— Ну вот и славно, — удовлетворенно кивнул Дойл. Взяв одной рукой стул, он поставил его рядом с кроватью и грузно опустился на него. — Посижу здесь. Попроси Фелисити принести чаю.

— Убрать этот нож?

— Оставь. Кажется, у Хоукера есть какие-то соображения относительно него.

— Ты же понимаешь, что это значит? Я о том, что негодяи воспользовались его ножом.

Дойл кивнул.

— А вот Хоукер, кажется, не понимает. Пока не понимает. У него мысли не тем заняты. — Пакс многозначительно посмотрел на Жюстину.

— Он все поймет.

— Ножи Эйдриана Хоукхерста известны по всей Европе. Ножи Черного Ястреба. Кто-то хочет, чтобы думали, будто Жюстину убил он.

— Так и есть.

Глава 4

В Лондоне не так уж много мест, где четверо предателей-заговорщиков могли встретиться тайно. Благодаря длительному сотрудничеству и общему прошлому они стали неразлучны. В самом начале своей деятельности они вынуждены были соблюдать предосторожности в соответствии с приказом человека, переправившего их в Англию. После его смерти они продолжали соблюдать конспирацию, исходя из приобретенного опыта. Теперь, спустя много лет, это вошло в привычку.

Мужчина, одетый в костюм палача, произнес:

— Ему почти шесть, не так ли? Довольно крупный для своего возраста.

Он достаточно большой, чтобы обзавестись собственным пони, — заговорила одна из женщин. На ней было вызывающе яркое платье, а лицо скрывала венецианская карнавальная маска. — Я надеялась, что это будет… действительно маленькая лошадка.

Две женщины и двое мужчин стояли в скрытой за занавеской нише рядом с танцевальным залом. Даже само их дыхание отдавало предательством. Слишком давно вступили они в тайный сговор друг с другом. Шантаж и убийства связывали крепче, чем узы родства.

Звуки скрипок, флейт и виолончелей сплетались в причудливую мелодию. Феи и пираты, пастушки и английские рыцари кружились в быстром шотландском танце.

Женщина в карнавальной маске произнесла:

— Я порчу его. Мы всегда портим тех, кто младше. — Она раскрыла и вновь закрыла веер. — Он кажется таким маленьким на этом огромном пони.

Женщина в костюме Клеопатры отвернулась с выражением скуки на лице. У нее не было детей.

— Его назвали Палисейд. Ну что за имя для лошади? Ведь с английского это переводится как забор?

— Да, стена, окружающая крепость. Хорошее имя. Сильное, — заметил крепкий приземистый мужчина в плаще и латах средневекового тамплиера. Он выглядел настоящим солдатом, коим по сути и являлся.

Хэмфри всегда устраивали костюмированный бал в первую неделю мая. Это давно уже стало традицией сезона. Но сэр Джордж был всего лишь баронетом, а леди Хэмфри — дочерью моряка торгового флота. Публика на балу собралась разношерстная. Танцы были слишком шумными, а манеры присутствующих не слишком рафинированными. Молодые сквайры из Йоркшира, коим не удалось произвести фурор в течение сезона, расправляли перья на балу у Хэмфри, уверенные в собственной неотразимости. Мамаши привозили сюда робких дочерей, чей дебют должен был состояться лишь в следующем году, и таким образом исподволь представляли их обществу.

Карнавальная маска возразила:

— Мне нужен не сильный пони, а послушный. На его содержание уходит столько денег, а толку никакого. Кроме того, время от времени в его взгляде появляется такое коварное выражение.

Эти четверо разговаривали и ждали, скрытые от посторонних взглядов тяжелой голубой портьерой. Они потягивали пунш, болтая о погоде, последних скандалах, политике и совершенно бесполезном пони, содержащемся в конюшнях близ Хэмпстеда.

Женщина в костюме Клеопатры внезапно сменила тему:

— Доктор ушел в пять. А потом они послали мальчишку к аптекарю. Должно быть, она все еще жива.

— Отвратительная работа! — злобно прошипела Карнавальная Маска.

— И ужасно глупая. Нам всем чертовски повезло, что его не поймали. — Лицо Клеопатры скрывала маска с золотыми узорами, украшенная перьями. Ее голову венчал черный парик, а руки были унизаны тяжелыми золотыми браслетами. — Или что ее не поймали.

— Ее ударили ножом посреди Брэдди-сквер, — вступил в разговор Тамплиер. — И сделал это не наш человек. Никто из нас не стал бы так рисковать.

— И все же злоумышленник преуспел в своем намерении, — сказала Клеопатра. — Его план был хорошо продуман. Дождь скрыл следы. Он нанес удар рядом с Микс-стрит и убежал. Так что я назвала бы его работу смелой, но никак не глупой.

— Он всех нас подверг риску, — произнес Палач. — Британская разведка не простит нам этого. И не забудет.

— Может, это просто неудачное стечение обстоятельств, — угрюмо предположил Тамплиер. — Город наводнен ворами всех мастей. Вполне возможно…

— Я получила письмо, — перебила его Клеопатра. — В нем мне предписывалось быть в книжном магазине на Харт-стрит, дождаться людей из магистрата и дать показания. — Она немного помолчала. — Нам всем дали описание одного и того же человека. И все мы последовали данному в письме приказу.

— Нож у одного из нас, — подхватил Палач. — И если она умрет, вина будет лежать на нас.

— Только один из нас виновен. Только один. — Женщина в карнавальной маске схватила веер, словно оружие.

— Один — убийца. — Украшения Клеопатры зазвенели, когда она поднесла стакан с пуншем к губам. — Но трое из нас с готовностью солгут и тем самым отправят человека на эшафот. Для убийцы уже припасено место в аду. — В ее глазах вспыхнул огонь. — Оставишь мне местечко подле огня, Эми?

— Я никого не убивала.

— Ты сказала бы то же самое, даже если б за корсетом твоего платья был спрятан окровавленный нож. Так что же, будем по очереди заверять друг друга в собственной невиновности?

— Клянусь, я не…

— О Боже, все мы очень виртуозно умеем лгать, — закатила глаза Клеопатра. — Но ты можешь продолжать клясться, если тебе от этого легче.

Тамплиер поднял руки вверх, призывая к тишине. На его голову был наброшен капюшон из металлических колец, а лицо скрывала маска цвета стали. Его наряд состоял из серебристой кольчуги, отливавшей в блеске свечей, точно рыбья чешуя.

— Что нам известно?

— Представитель военной разведки ничего не видел. — Клеопатра вращала в руке бокал, пристально глядя на его содержимое. Один из преданных ей людей занимал высокую должность в военной разведке. — Их человек, надзирающий за Микс-стрит. промок до нитки и решил укрыться от дождя в ближайшей таверне. Поэтому им известно лишь то, что говорят вокруг. Но никто не связывает убийство с Микс-стрит. Ты знаешь имя подозреваемого?