Джейн Фэйзер - Бархат

– Он выбежал из дома, – произнесла Габриэль, поворачиваясь к лорду. – Похоже, малыш чем-то огорчен. Что ты ему сказал?

Натаниэль услышал в ее словах осуждающие нотки и нахмурился еще сильнее. Из дверей библиотеки вслед за ним вышел незнакомец. В руках он держал лорнет, длинные сальные волосы сосульками спадали на его плечи. Он был в пыльных сапогах и зеленой шерстяной визитке, которая явно видала лучшие дни.

– Да привыкнет он, лорд Прайд, – произнес незнакомец с елейной улыбочкой.

Габриэль сразу и навсегда невзлюбила этого человека. Она с нескрываемым высокомерием взглянула на него, а затем перевела вопросительный взгляд на Натаниэля.

Прайд выглядел расстроенным.

– Прошу прощения, графиня, – тихо сказал он. – Мистер Джеффриз будет наставником Джейка. У него отличные рекомендации.

– Как мило, – произнесла графиня ледяным тоном. – Когда вы приехали, мистер Джеффриз?

– Сегодня утром, миледи. – Будущий наставник неуклюже согнул свое угловатое тело, кланяясь графине. – Письмо лорда Прайда с просьбой подыскать наставника для мальчика пришло в Хэрроу в понедельник, и я немедленно выехал. Выбор всегда падает на меня, когда к нам обращаются с подобными просьбами. Я горжусь тем, что могу готовить детей знати к вступлению в райские врата.

Он подобострастно улыбнулся, показав ряд желтых зубов. «Как надгробные камни», – с неприязнью подумала Габриэль.

– Замечательно, мистер Джеффриз, – произнесла она. – Верю, что вам по силам довести ваших подопечных до трупного окоченения. Они волей-неволей выучатся переносить трудности и лишения.

Мистер Джеффриз удивленно посмотрел на нее.

Разумеется, она зря язвит. Он прекрасно справлялся со своими обязанностями. Но что-то в голосе Габриэль и в ее манерах смутило его. Джеффриз опять растянул свой рот в неестественной улыбке:

– Я горжусь своими успехами, миледи… Самые знатные, знаете ли, семейства нашей страны…

Его улыбка так и повисла в воздухе.

– Если вы позволите, графиня… Нам надо еще кое-что обсудить, – холодно произнес Прайд и направился в библиотеку. – Джеффриз…

– Ах да, милорд… все обсудить… конечно, милорд, – льстиво забормотал Джеффриз.

«Как же Примми, черт возьми, переживет это?» – со злостью подумала Габриэль. Натаниэль ни слова не сказал ей о том, что он уже попросил прислать наставника для мальчика. И наверняка Примми ничего не знала об этом, потому что она с доверием относилась к графине и уж, конечно, поведала бы ей все о планах лорда. На самом деле гувернантка лелеяла надежду, что его сиятельство передумал. А теперь вот что произошло. Джейка без подготовки представили новому наставнику, а о мисс Приммер вообще не подумали.

– Одну минутку, милорд, – повелительно произнесла графиня. – Можно вас на пару слов? Уверена, что мистер Джеффриз извинит нас.

Габриэль повернулась и направилась в столовую, не дожидаясь ответа Прайда. Лорд на секунду замялся, но потом махнул Джеффризу, чтобы тот шел в библиотеку, а сам последовал за графиней.

Лорд Прайд с треском захлопнул за собой дверь и гневно вопросил:

– Ну что?!

Габриэль трясло от ярости. Неужели он ничего не понимал? Удивительно! Казалось, что он просто невменяем.

– Конечно, извини, если я ошибаюсь, – ледяным тоном произнесла она, – но ты что, и вправду собираешься навязать Джейку этого… этого идиота? Я не могу в это поверить! Да, я помню, что некоторое время назад ты говорил о своих планах, но я не знала, что дело зашло так далеко. Значит, ты все подготовил еще тогда? Прогони этого болвана! У детей короткая память, и если ты…

– Попридержи язык! – свирепо зашептал лорд Прайд, покрываясь краской, – Это тебя не касается, я тебе тысячу раз говорил! Джейк – мой сын, и я буду решать, как его воспитывать!

– Значит, в один прекрасный день – сегодня – ты просто позвал его и сообщил, что отныне и до школы это нелепое существо займется им, а Примми уезжает? Кстати, куда она поедет? Она уже собирает вещи?

– Не смей разговаривать со мной таким тоном!

– Я буду разговаривать с вами так, как мне хочется, лорд Прайд! – перебила она его. Ее лицо стало бледнее, чем обычно, глаза грозно сверкали. – Из всех невежд…

– Немедленно замолчи!

Вне себя от гнева он схватил ее за руки, но она вырвалась и неожиданно для себя самой влепила ему пощечину. На короткое мгновение в комнате воцарилась тишина, которая была прервана звуком еще одного удара, и Габриэль отлетела от Натаниэля, прижимая к щеке ладонь.

Лорд Прайд молчал. Габриэль невидящим взором смотрела в окно, ее глаза наполнялись горькими слезами. Натаниэль судорожно вздохнул.

– Мне очень жаль, – произнес он.

– И мне тоже, – прошептала она дрожащим голосом. – Так нелепо… даже не знаю, что случилось.

– По-моему, нам следует научиться быть более сдержанными, – устало проговорил Прайд.

– Да, – согласилась с ним Габриэль. Она все еще была не в силах повернуться к нему, а он не подходил к ней.

Тишина стала невыносимой. Натаниэль повернулся и вышел из столовой, тихо прикрыв за собой дверь.

Габриэль почувствовала себя утомленной и больной. Она села за стол, прижимая руку к горящей щеке. Ей надо было дождаться, чтобы прошел шок, и она могла как следует все обдумать.

Безусловно, Прайд обращался с Джейком не так, как надо. Но это не давало ей права говорить с лордом в таком тоне. Она могла сказать ему все спокойно, без сарказма и издевки в голосе. Еще несколько дней назад ей казалось, что отношения между отцом и сыном изменились в лучшую сторону, но потом все опять стало по-старому. Графиня очень расстраивалась из-за их непонимания, а случай с учителем вывел ее из равновесия.

Впрочем, она могла потерять над собой контроль вовсе не из-за Джейка. С тех пор, как лорд Прайд согласился нанять ее в свои агенты, он сильно к ней переменился. Они часами сидели в его рабочем кабинете, придумывая шифр для Габриэль, и ей стоило больших усилий прикидываться новичком в этом деле. Они изучали карты Европы и обсуждали, какого рода информация сможет заинтересовать английского шефа тайных агентов, и как Габриэль будет раздобывать ее.

Габриэль и Прайд с прежней страстью каждую ночь занимались любовью и засыпали в объятиях друг друга, но что-то в их отношениях переменилось. Они перестали быть ровней. Теперь Натаниэль был инструктором, директором, нанимателем. Он не стал холоднее с ней, но говорил с графиней деловым тоном, а она была вынуждена слушаться его, потому что это стало ее обязанностью.

Но они оба – и Прайд, и Габриэль – сожалели о тех утраченных днях, когда деловые отношения не омрачали их пылкой любви.