Кэрол Финч - Однажды в лунную полночь

Закинув ему руки за шею, Микаэла притянула Вэнса к себе. Не ожидая этого, он так и застыл, не имея сил сделать выбор между чувством долга и инстинктом собственника.

Микаэла с притворным удивлением заглянула ему в глаза и медленно провела пальцем по его чувственным губам.

— Что-нибудь не так, милый?

Вэнс со вздохом отстранился:

— Неудивительно, что Люсьену приходится так туго: у вас поразительный дар заставлять мужчину сражаться со своим худшим врагом — самим собой:

Микаэла легонько потрепала его по щеке.

— Ну, не расстраивайтесь: я всего лишь напомнила вам, насколько хорошо вы знаете себя самого. Вы слишком честны, чтобы предать друга, и вы действительно настоящий друг. А теперь, раз с этим покончено, мне надо зайти к себе в каюту и приготовиться к тому, что меня ожидает. — Придерживаясь за поручень, Микаэла осторожно двинулась вперед по палубе, а Вэнс провожал ее грустным взглядом до тех пор, пока она не скрылась из виду.

Микаэла быстро сбежала по трапу: ей не терпелось начать поиски своего исчезнувшего прошлого. На пути из Чарлстона ее постоянно посещали какие-то разрозненные видения, и иногда ей казалось: еще чуть-чуть, и картинка сложится. Но нет, в последнее мгновение все рассыпалось, и приходилось начинать все сначала. Впрочем, в одном Микаэла была твердо уверена: так как она провела достаточно продолжительное время в обители Святой Урсулы, именно оттуда потянутся нити, связывающие ее с прошлым.

— Потише, потише. — Вэнс придержал свою спутницу за руку, не давая ей втиснуться в шумную толпу, заполнившую пристань, и Микаэле поневоле пришлось приноравливаться к его размеренному шагу. В какой-то момент он остановился, разглядывая испанских солдат.

— Ну, и что дальше? — нетерпеливо спросила она.

— Похоже, испанцы вернулись надолго, — задумчиво проговорил Вэнс. — Радости от этого французам немного, да и нам лучше не спешить. Никогда не скажешь, какой прием ждет в Луизиане американских торговцев. У Люсьена есть договоренность с испанскими властями, но, поскольку дона Антонио де Уллоа сменили, не мешает сначала посмотреть, куда теперь дует ветер. К тому же мы толком не знаем, как вас здесь встретят; тем более нам надо действовать очень осторожно.

Крепко сжав локоть Микаэлы, Вэнс двинулся к ближайшему салуну, надеясь там разузнать, как обстоят дела. У двери он замешкался — подобные заведения определенно не были предназначены для дам. В конце концов Вэнс решил выбрать меньшее из зол и оставил Микаэлу у входа.

— Даже и не думайте двинуться с места, — строго приказал он. — Надолго я не задержусь, только выясню, что творится в городе. Если кто-нибудь начнет к вам приставать, кричите что есть мочи — я тут же вернусь.

Микаэла кивнула и, настороженно поглядывая по сторонам, прислонилась к шершавой стене.

Пробившись к заплеванной стойке, которую не вытирали, наверное, уже несколько недель, Вэнс заказал выпивку и заговорил с хозяином салуна, лысина которого сияла, как полная луна на ночном небе.

— Давно ли здесь испанцы? — почти равнодушно спросил он.

— Его высочество дон Алехандро О'Рейли, этот чертов ирландец на службе у испанского двора, причалил неделю назад в сопровождении двадцати шести тысяч наемников. — Толстяк даже захрипел от возмущения. — Весь город высыпал на пристань, чтобы полюбоваться, как он швартуется.

— Плохо дело. Похоже, бунт не на шутку разозлил испанского короля, — задумчиво протянул Вэнс.

— Еще одно такое восстание — и всем нам каюк, — мрачно кивнул хозяин салуна. — Этот разодетый, как петух, генерал повел своих людей прямо на площадь, сорвал французский флаг и поднял испанский. Все французские установления отменены, испанская корона восстановила свои права. О'Рейли навел тут такого шороха, что всем стало ясно, кто в Новом Орлеане настоящий хозяин.

Судя по всему, дела обстояли гораздо хуже, чем представлял себе Вэнс. Если они с Люсьеном не собираются сворачивать здесь торговлю, им придется иметь дело с новыми начальниками, которых не известно еще, удастся ли подкупить, как в свое время Карлоса Моралеса. Впрочем, все очень скоро должно было выясниться.

— О'Рейли обещал, — продолжал хозяин салуна, — что никакого наказания бунтовщикам, изгнавшим Уллоа, не будет, но его повелитель решил иначе. Участники бунта были арестованы и брошены в тюрьму. — Толстяк наклонился поближе к Вэнсу и настороженно обежал взглядом заведение. — Жозеф Вильер и пять главарей бунта безжалостно казнены, еще шестеро сидят. Узнав, что ее мужа содержат на одном из испанских фрегатов, мадам Вильер пошла просить за него. В ответ на ее мольбы испанцы швырнули ей окровавленную рубаху, всю изрезанную на полосы.

Вэнс поморщился: знай он, что творится в городе, никогда бы не взял сюда Микаэлу.

— Естественно, Мясник О'Рейли, как его все здесь теперь называют, утверждал, что Вильер настолько разъярился, что умер от удара, то есть от прилива крови к голове. — Хозяин презрительно фыркнул. — От удара-то от удара, да только удар этот нанесли солдаты. Вам, американцам, лучше быть поаккуратнее с этим О'Рейли: человек он безжалостный, жестокий и коварный…

С улицы донесся пронзительный женский крик, и Взнс поспешно вскочил на ноги; расталкивая посетителей, он кинулся к двери. С трудом проложив себе путь сквозь толпу, он с изумлением увидел, что испанские солдаты волокут куда-то изо всех сил отбивающуюся Микаэлу.

Рванувшись следом, Взнс неожиданно узнал в возглавлявшем солдат человеке Карлоса Моралеса.

— Что, черт возьми, здесь происходит? — загремел он.

В воздухе тут же засверкали лезвия мечей.

— А, это вы, капитан Кэвендиш, — с поклоном проговорил Моралес. — Я и не знал, что вы с капитаном Сафером снова посетили наш славный город.

Вэнс, в свою очередь, не ожидал, что Моралес тоже вернулся в Новый Орлеан; к тому же пленение Микаэлы привело его в ярость.

— Куда вы тащите эту бедную женщину?

Испанец искоса посмотрел на Микаэлу.

— А вот это уж совсем не ваше дело, — сквозь зубы процедил он. — Мерзавка участвовала в заговоре, из-за которого все мы чуть не лишились жизни, и теперь она должна, как и другие его участники, понести заслуженное наказание.

— Это правда? — Вэнс недоверчиво посмотрел на Микаэлу. Ответом ему был столь же изумленный взгляд.

Карлос взмахом руки велел солдатам продолжать свое дело.

— Если у вас с капитаном Сафером что-то есть для меня, мы можем встретиться после заката на площади, — понизив голос, проговорил он. — Хотя О'Рейли сильно ограничил американскую торговлю и ввел огромную пошлину на ваши грузы, договориться полюбовно всегда можно.