Бобби Смит - Счастливая карта

Утром, после бессонной ночи, Бренда казалась еще красивее, чем вчера вечером. Он нечасто проводил ночи вместе со своими любовницами, но в тех редких случаях, когда оставался у них, имел возможность убедиться, что женщины теряют все свое очарование при ярком свете дня. А вот Бренда оказалась приятным исключением. Личико ее сияло свежестью, прелестью и удовольствием.

– Не очень, – мелодично ответила она. – Но если бы ты проспал еще, мне, пожалуй, пришлось бы поменять наши билеты на пароход.

– Ты всегда можешь заставить меня проснуться, в любое время, – немного хрипло проговорил он, скользя по ней взглядом.

От пылающих щек и слегка разметавшихся волос до прелестных грудей, возвышавшихся под простыней, и кончиков пальцев стройных ног она казалась настоящей, совершенной женщиной. Его женщиной.

Ему снова захотелось ощутить ее свежесть, проникнуть в ее молодую плоть, и он набросился на нее с жадностью, даже с какой-то яростью, стремясь вновь вкусить сладость обладания ее прекрасным телом и доказать себе, что предыдущая ночь не была сном.

Бренда пыталась сдержать свои чувства, не поддаваться на его ласки, не обращать внимания на то странное и сильное действие, какое оказывали его прикосновения, но руки его скользили по ее телу, жадные и трепетные, разрушая все так старательно возводимые ею преграды, и она опять потеряла голову. Бренда погрузилась в океан наслаждения. Опытные и умелые руки Рэйфа дарили ее телу сказочные ощущения, и она инстинктивно прижималась к нему все теснее и теснее. Страсть охватила их, желание оглушило, и они вознеслись на вершину блаженства.

Гораздо позже, когда Рэйф оставил ее одну в номере, а сам отправился вниз заказать завтрак, Бренда вновь почувствовала тоску. Чтобы успокоиться, она сделала себе горячую ванну и с наслаждением погрузилась в воду. Только она начала мыться душистым мылом, как услышала звук открывающейся и закрывающейся двери. Она оглянулась.

Рэйф застыл в дверном проеме, с восторгом и изумлением разглядывая ее стройное тело. Волосы собраны на затылке, лишь несколько непокорных прядок выбились из узла; кожа порозовела от теплой воды; глаза сияют удовлетворением и радостью. Ничего не сказав, он просто шагнул к ней, на ходу сдирая с себя рубашку.

– Что ты делаешь? – заволновалась Бренда.

– Сейчас увидишь. – Он наклонился и запечатлел поцелуй на ее губах, а потом на нежной шее.

И опять дрожь возбуждения пробежала по ее телу. Она слегка выгнулась под его настойчивыми ласками, и Рэйф осыпал ее упругие груди жаркими поцелуями. Не желая терять более ни минуты, он подхватил ее на руки и понес на кровать.

– Но Рэйф… Ты весь промокнешь…

– А я и не заметил, – хмыкнул он и упал на кровать, не выпуская из рук драгоценную ношу.

В мгновение ока он избавился от остатков одежды, и они снова прильнули друг к другу в урагане страсти, слившись в неистовом порыве, пока мир вокруг них не взорвался миллионом сверкающих звезд и они не растворились в восхитительном сладострастье.

Рэйф никогда не позволял чувствам нарушать течение его жизни, и вот сейчас, с Брендой, все получалось иначе. Всего лишь один взгляд, и на него нахлынула дикая, необузданная страсть, которую надо было удовлетворить сразу же, немедленно. Он никак не мог понять, чем же Бренда отличается от всех прочих женщин, которых он знал. Что-то неуловимое делало ее непохожей на других, особенной, необычной. Он никогда раньше не испытывал столь острого наслаждения и даже слегка растерялся, он не знал, что со всем этим делать – со всепоглощающим желанием быть с ней, погрузиться в нее, раствориться в гибком и сильном теле. Тот восторг, та радость, что давали ему минуты близости с нею, были слишком велики, настолько велики, что их трудно было вынести.

Рэйф вздохнул и крепче прижал Бренду к себе. Несколько минут спустя раздался стук в дверь, и только тогда они отпрянули друг от друга.

– Нам принесли завтрак. Подожди немного, – сказал Рэйф и рассмеялся, натягивая сырые брюки и насквозь мокрую рубашку.

Бренда слышала, как Рэйф отдает распоряжения слуге. Она медленно поднялась с кровати и посмотрела в зеркало. На нее глядела незнакомая женщина, не Бренда О'Нил. Ее тело налилось новым знанием – знанием физической, чувственной любви мужчины.

Она поймала себя на мысли, что ей до боли хочется снова ощутить его силу, хоть они и расстались всего несколько минут назад, Просто сумасшествие какое-то! Все происходившее между ними было настолько прекрасным и удивительным, что хотелось снова и снова переживать эти счастливые мгновения.

Бренда вернулась в ванную и быстро вымылась. Вода уже остыла – особо не засидишься. Выйдя из ванной, Бренда завернулась в шелковый халат. В эту минуту вернулся Рэйф.

– Он ушел. Ты проголодалась?

– Просто умираю, – ответила Бренда, пристально глядя на мужа.

Ее слова прозвучали двусмысленно: то ли она говорила о еде, то ли о нем самом. Рэйф протянул ей руку.

– Завтрак подан, – объявил он и широким жестом указал на стол, уставленный восхитительной едой.

– Благодарю вас, сэр. Вы обо всем позаботились. Мне просто нечего больше желать.

– В самом деле? – понизив голос, спросил он и привлек ее к себе.

Как приятно опять ощутить в объятиях ее чудесное тело!

Вместо ответа она поцеловала его, и когда они оторвались друг от друга, то едва могли думать о еде.

– Надо все-таки поесть, – наконец промолвил Рэйф, с неохотой отпустив Бренду. – А не то мы совсем ослабеем.

Она показалась Рэйфу настолько очаровательной, что мысли о еде чуть было не улетучились из его головы, и только усилием воли он остановил себя.

– Кстати, – начала Бренда, стараясь отвлечься от мыслей о Рэйфе и его ласках, – давно Марк знает Клер?

Вчера вечером, увидев Клер с Мэрайей и Джейсоном, Бренда внезапно поняла, что она многого про них не знает. Чего-то очень важного.

– Насколько я понял, Клер была одной из подружек Дженнет.

– Значит, Марк знает ее давно?

– Думаю, да. Правда, он ничего не слышал о ней долгие годы, но, когда родители Дженнет предложили ему нанять Клер, Марк сразу же решил, что это великолепная мысль.

– Значит, они знали друг друга еще до того, как Марк женился на Дженнет… – задумчиво проговорила Бренда.

– Я не уверен, что они были хорошо знакомы, но точно знаю, что Клер и Дженнет были близкими подругами и Клер была на их свадьбе. А что?

– Ничего особенного. Просто мне подумалось, что они подходят друг другу. И потом, Клер так замечательно общается с Мэрайей.

– Да и с Джейсоном тоже. А что это с ней случилось? Как она решилась так резко изменить свой внешний вид?