Ли Бристол - Дважды благословенная

Лицо Адама озарилось улыбкой. Сейчас он был готов драить тарелки от рассвета до заката, лишь бы быть рядом с этой женщиной. Но главное, у него появлялся шанс выследить Итана.

— Конечно, мэм. Я согласен.

Консуэло не могла сдержать улыбки. Молодой человек ей нравился, и, кто бы он там ни был, ей было приятно, что он будет находиться при ней.

— Отлично. Скажи Джонни, чтобы накормил тебя и отвел комнату.

Вернувшись к себе, Консуэло решила было предупредить Кэмпа о появлении незнакомца, но затем подумала, что особой необходимости в этом нет: у Кэмпа сейчас и без того много хлопот, а за этим парнем она и сама как-нибудь проследит. Может быть, позже она и сведет его с Кэмпом. А пока подождет и посмотрит.

День близился к закату. Итан сидел на крыльце амбара и чинил порванную уздечку. В последние дни ему приходилось работать так много, что иногда он даже не являлся к ужину. Кэмп не видел здесь ничего странного — работы в этом сезоне действительно много, — но сам Итан понимал, что настоящая причина кроется в том, что он избегает общества Тори. Он подозревал, что и Тори это понимает.

Тори безумно влекла его. Он сам не знал, почему, но разве у таких вещей бывает рациональное объяснение? Чем больше он старался не думать о ней, тем ярче ее образ стоял у него перед глазами. Он засыпал с мыслью о Тори и просыпался с мыслью о ней, и во сне — все тот же образ… Никогда еще он так не влюблялся. Это была болезнь, безумие. И Итан понимал, что дело здесь не только в сексуальном влечении. Он ловил себя на том, что целыми днями неосознанно ищет встречи с ней, но в то же время старается ее избегать. Итан смотрел на нее издали, когда она проезжала мимо на лошади, ловил звук ее голоса, когда она разговаривала с рабочими. Каждый раз, когда Тори его замечала, он спешил ретироваться, но образ ее неотступно преследовал его.

Итан тряхнул головой, сердясь на самого себя. Да в чем здесь, собственно, проблема?! Взять да и овладеть ею по праву законного мужа! Тем более что иногда ему казалось, что она не станет возражать, будет даже рада…

Но она ему не жена, а он ей не муж. Ни в каком смысле, кроме формального. Он здесь не останется. Еще день, неделя, максимум месяц… У него есть план, и он от него не отступится. И не следует думать, что, выполнив свою задачу, он осиротит Тори, предаст ее, сделает еще более несчастной, чем теперь…

Господи, каким простым и ясным все было с самого начала — и в какой кошмарный узел все связалось теперь! Раньше он знал, что верно, а что нет, что он должен делать, а чего не должен… А теперь все так запуталось, что Итан уже не был уверен в правильности своих прежних жизненных ориентиров. Одно ему было ясно: он не мог вовлекать Тори во все это глубже, чем уже вовлек.

Тори ни в чем не была виновата. Она не заслуживала такого мужа, а еще меньше того, что он собирался сделать с ее отцом. Что ж, по крайней мере, когда все закончится, он покинет ее, брак будет расторгнут и появится полная определенность. А пока ему следует держаться от нее как можно дальше.

Итан вполне понимал это — умом. Но сердцу его от этого было не легче.

Из размышлений Итана вывел звук шагов за спиной — кто-то вышел на крыльцо. Обернувшись, Итан увидел Уэлфа Питерсона.

— Ужинать с нами идешь? — спросил тот.

— А что там сегодня? — откликнулся Итан.

— Да вчерашнее тушеное мясо, — проворчал Уэлф. — Надоело уже! Надеюсь, завтра повар все-таки сподобится приготовить что-нибудь новенькое. Так ты идешь?

Итан подергал уздечку, проверяя ее прочность.

— Сейчас, одну минуту! — Ему хотелось, чтобы Уэлф удалился, но тот, напротив, был расположен поболтать.

— Я слышал, что следует ожидать новых дождей, — продолжил беседу Питерсон.

— В ближайшие пару дней, думаю, вряд ли. Но на всякий случай отогнать скот в горы не мешает. А для этого нам надо отобрать лошадей пятнадцать — двадцать покрепче и начать их объезжать уже завтра.

Уэлф присел на крыльцо рядом с Итаном.

— Ненавижу объезжать лошадей! — поморщился он. — Адская работа!

— Ничего не поделаешь.

Уэлф рассеянно жевал травинку.

— Кстати, о лошадях. — Голос его звучал как-то уж слишком запанибратски, и это насторожило Итана. — Слышал, может быть, что для армии недавно закупили в Мексике огромный табун лошадей? Деньги за него повезут с вооруженным конвоем. Я узнал, что на следующей неделе, в пятницу, они будут продвигаться через наши края…

До Итана не сразу дошло, что имеет в виду Питерсон. Он посмотрел на Уэлфа.

— По-моему, неплохой шанс поживиться! — Уэлф не выказывал ни малейшего смущения. — Как ты на это смотришь, приятель?

По спине Итана пробежали мурашки, но он постарался не подать вида.

— А как на это посмотрит хозяин? — осведомился он. Уэлф выплюнул травинку.

— Я думал, хозяин здесь ты! Итан пожал плечами:

— Ты знаешь, кто здесь хозяин. Я так же подчиняюсь ему, как и ты.

— О старике не беспокойся. Он ничего не узнает. А узнает — пристрелить его не стоит труда.

Итан пристально посмотрел на Уэлфа.

— Почему ты выбрал меня? — спросил он.

Уэлф почесал небритый подбородок, скривив лицо.

— Честно говоря, мы тут с ребятами приглядывались к тебе и поняли, что парень ты неглупый. Организовать все как следует сможешь только ты. Старик не подходит — когда-то мы с ним задавали шороху на всю округу… — Уэлф на минуту замолчал, поглощенный воспоминаниями о былых похождениях. — Но теперь он уже не тот — нервы, должно быть, сдали после этой истории с дочерью. А ты, я думаю, идеально подходишь, чтобы возглавить это дело. Впрочем, как хочешь. Но у тебя, — Уэлф многозначительно прищурился, — кажется, нелады с законом?

— Есть такой момент, — пробормотал Итан, возясь с уздечкой, и посмотрел на Уэлфа. — Дай мне, пожалуй, подумать пару дней…

Уэлф поднялся на ноги.

— Я знал, дружище, что не ошибся в тебе, — улыбнулся он и пошел в барак.

Итан нахмурился. Казалось бы, все складывалось ему на руку и как нельзя просто: имей Итан на руках доказательства, что Кэмп замешан в подобных делах — не сносить старику головы.

Но радости от этого Итан почему-то не испытывал. Он чувствовал лишь усталость и опустошенность.

Однако ничто в мире не могло заставить Итана Кантрелла отказаться от осуществления своего плана.

Поужинав с работниками, Итан направился к дому. В душе его боролись два чувства: ему хотелось, и как можно скорее, исполнить наконец свой план и в то же время не спешить с этим. Было поздно, и Тори наверняка уже спала, а вот насчет Кэмпа Итан не был уверен. Иногда старик ложился рано, но в последние дни он обычно по вечерам принимал Итана с отчетом за день. Возможно, сегодня Кэмп тоже не спит, поджидая его.